Прошло полчаса… час. Шарлотта сидела задумчиво, затем указала на маленькую квадратную панель с рядами крошечных лампочек, висевшую возле двери.
— Это сигнализация, — объяснил Чарли. — Когда Марджери впускала нас, она открывала дверь ключом, значит, основная система отключена. — Марджери была секретаршей Лемана.
— Но зачем столько лампочек? Не понимаю…
— Видишь вон те сейфы? — Чарли, не отрывая глаз от карточек, указал на сейфы у дальней стены. Левая рука быстро двигалась вдоль разделителей.
— Вон там, в темноте?
— Да. Вот те три ряда сейфов поставлены под особую сигнализацию. Мне когда-то Марджери все это объясняла.
— А что в них? В запертых сейфах, я имею в виду?
— Марджери говорила, что там самые скучные личные документы: счета судоходной компании Лемана, юридические бумаги, все в таком роде.
— Ну да, и поэтому их заперли с особой тщательностью.
— Я же не сказал тебе, что поверил ей тогда.
— Но если там…
— Вот оно, — сказал вдруг Чарли.
— Что?
— Нашел.
Он держал в руках маленький пожелтевший листок бумаги. Это была докладная записка на бланке ФБР, датированная 3 апреля 1953 года, адресованная Леману и плохо отпечатанная.
Под запиской карандашом было нацарапано: «См. № 74».
Дочитав, Шарлотта взглянула на Чарли.
— Это означает сейф № 74?
— Да.
— Это там, — она указала на ряд сейфов в темноте.
— Вот именно.
— В запертом сейфе.
— Меня это нисколько не удивляет.
Раздался металлический лязг.
— Это еще что такое? — сам себя спросил Стоун.
Шарлотта ничего не сказала. Расширенными от страха глазами она неотрывно смотрела на Стоуна. Он медленно обвел взглядом всю комнату.
— А-а-а, — наконец понимающе протянул он, — это просто включили вентиляцию. — Теперь тишина комнаты сменилась странным отчетливым гулом, жужжанием отлично отлаженной системы, фильтрующей воздух и уничтожающей излишнюю влажность. С помощью этой системы в архивном помещении постоянно поддерживался определенный режим.
Чарли, успокоившись, вытащил из нагрудного кармана маленький футляр из темно-синего бархата и крошечный черный фонарик марки «Мак-лит».
— Это зачем?
— Сейчас покажу тебе один фокус. Недавно научился.