Слайтман еще больше понизил голос.
— Какую ты выбрал шахту, Роланд? «Глорию» или «Красную птицу-2»? — а поскольку стрелок сразу не ответил, добавил: — Разумеется, я пойму, если ты мне не ответишь…
— Не в этом дело, — прервал его Роланд. — Просто мы еще не решили.
— Но это будет одна из них?
— Да, какая же еще? — рассеянно ответил Роланд и начал сворачивать самокрутку.
— А вы попытаетесь забраться выше?
— Нет смысла, — ответил Роланд, — будет не тот угол. — Он похлопал себя по груди, повыше сердца. — Надо попасть им сюда, помни об этом. В другие места… бесполезно. Пуля, даже пробив броню, не причинит зомби вреда.
— Это проблема, не так ли?
— Это возможность, — поправил его Роланд. — Ты знаешь каменистые осыпи перед входом в каждую из старых шахт, где добывались гранаты?
— Ага.
— Вот там мы и спрячемся. Ниже шахты. А когда они подъедут, встанем и… — Указательным пальцем левой руки Роланд нажал на воображаемый спусковой крючок.
Улыбка осветила лицо бригадира ковбоев.
— Роланд, это блестящая идея!
— Нет, — возразил Роланд, — всего лишь простая. Но простота обычно дает наилучшие результаты. Думаю, для них это будет сюрприз. Не успеют они очухаться, как полягут от наших пуль. Раньше это срабатывало. И должно сработать вновь.
— Пожалуй, это так.
Роланд огляделся.
— Лучше нам об этом не говорить, Бен. Я знаю, тебе можно доверять, но…
Резиновый мячик подкатился в ногам Слайтмана. Его сын, улыбаясь, вскинул руки.
— Па! Брось его!
Бен бросил, сильно. Мяч полетел, как тарелка Молли в истории деда Тиана. Бенни подпрыгнул, поймал мячик одной рукой, рассмеялся. Слайтман тепло улыбнулся сыну и посмотрел на Роланда.
— Они — хорошая пара? Твой мальчик и мой?
— Ага. — Губы Роланда чуть искривились — похоже на улыбку. — Почти как братья, все так.
Ка-тет направился к дому священника. Ехали они в ряд, чувствуя, что на них смотрит весь город. Смерть на лошадях, вот кого видели в них.
— Ты доволен тем, как все прошло, сладенький? — спросила Сюзанна Роланда.
— Пожалуй, — ответил он и начал сворачивать самокрутку.
— Я бы тоже хотел попробовать, — подал голос Джейк.
Сюзанна коротко глянула на него.
— Прикуси язык, сладенький… тебе еще нет тринадцати.
— Мой отец начал курить в десять.
— И умрет скорее всего, не дожив до пятидесяти, — отрезала Сюзанна.