— К Башне.
— А, ну да, — сказал Эдди. — Это знаешь, чего мне напоминает? Как какой-нибудь дурень из Техаса надумал съездить в городок «Задницу Засвербило», что в штате Аляска, только карты дорог у него нет, и что туда ходит, он тоже не знает. Где она, твоя Башня? В каком направлении?
— Подай мне мой кошель.
Эдди пошел за сумкой. Сюзанна зашевелилась, и Эдди замер на месте, в отблесках догорающих угольков от костра алые пятна и темные тени легли на его лицо. Как только Сюзанна затихла, он снова подсел к Роланду.
Роланд порылся в сумке, которая заметно потяжелела от патронов, добытых в том, другом мире. Долго искать не пришлось: немного у него осталось от прежней жизни.
Челюстная кость.
Челюсть человека в черном.
— Мы задержимся здесь ненадолго, — сказал он Эдди, — и я скоро поправлюсь.
— А ты узнаешь, когда поправишься?
Роланд чуть улыбнулся. Его уже не трясло, прохладный ночной ветерок высушил пот. Но перед мысленным взором его по-прежнему проплывали туманные образы: рыцари и друзья, прежние возлюбленные и враги, идущие вверх по спиральной лестнице, — промелькнут на миг в окнах и вдруг исчезнут. И еще Роланд по-прежнему видел тень Башни, в которой они были заключены: долгая черная тень, протянувшаяся по кровавой равнине смерти и безжалостного суда.
— Я — нет, — сказал он и кивнул на Сюзанну. — Но она узнает.
— А потом?
Роланд держал на ладони челюсть Уолтера.
— Когда-то она говорила.
Он поглядел на Эдди.
— Она снова заговорит.
— Это опасно, — вымолвил Эдди тихим и ровным голосом.
— Да.
— И не для тебя одного.
— Да.
— Я люблю ее, старина.
— Да.
— Если с ней что-то из-за тебя случится…
— Я сделаю то, что должен, — сказал стрелок.
— А нас ты в расчет не берешь? Я правильно понимаю?
— Я люблю вас обоих, — он поднял глаза на Эдди, и в последних отблесках догорающего костра тот заметил, что щеки Роланда блестят. Стрелок плакал.
— Ты не ответил на мой вопрос. Ты ничем не поступишься, да?
— Да.
— И пойдешь до конца?
— Да. До самого конца.