Но проблема Рэнди Слиповица заключалась не только в любви к бездомным собакам и кошкам. Он обожал также лошадей. Каждый полдень без исключения он проводил на ипподроме, что-то выигрывая, но больше проигрывая, как почти всякий кретин, живущий только лошадьми. Он занял у Будды сто семьдесят пять кусков, чтобы купить эту мастерскую, но проводил здесь слишком мало времени, чтобы дело наладилось. Он, наверное, думал, что все устроится само собой и мастерская каким-то образом превратится в волшебную машину, штампующую деньги. Но так дела не делаются. Нельзя постоянно оставлять вместо себя помощника. Беллз видел, что крах неминуем. Слиповиц еще не задерживал платежей — пока, — но Беллз понимал, что дело идет именно к этому. Насколько он мог судить, мастерская ничего не стоила. Если Слип не отдаст деньги, Будда не захочет с ней связываться, так же как и Беллз. Поэтому-то Беллз сегодня здесь. Чтобы дать старине Рэнди небольшой финансовый совет и вернуть его на путь истинный, пока он с него не сбился окончательно.
Слиповиц затянулся сигаретой.
— Что случилось, Беллз? — Его глаза перебегали с Беллза на Живчика, потом на Майка и снова на Беллза. На Стенли он не смотрел. Делал вид, что того вообще тут нет. Никому не доставляло удовольствия видеть Стенли.
Беллз, улыбаясь, подошел к нему и погладил головку лениво раскинувшегося котенка.
— Какой симпатичный, Рэнди. Как его зовут?
— Я назвал его Панчо. Потому что у него в любое время дня сиеста. — Слиповиц глубоко затянулся. Глаза его перебегали с предмета на предмет.
Беллз взял у него котенка и обхватил его одной рукой, поглаживая шерстку на его брюшке.
— Слушай, Рэнди, у него соски. Какой же это Панчо? Это девочка.
— Знаю, знаю. Просто для меня она выглядит как Панчо. Понимаешь, что я хочу сказать?
Беллз улыбнулся:
— Да. Понимаю.
— Так что вас привело сюда, Беллз? Нужен новый глушитель?
Беллз покачал головой и почесал котенку шейку. Котенок зажмурился и потянулся, испытывая блаженство.
— Так все-таки... что случилось, Беллз?
Тоцци заметил, что руки Слиповица дрожат. Парень был смертельно напуган. Он продолжал сбрасывать на пол большим пальцем пепел с сигареты, даже когда никакого пепла на ней уже не осталось.
Беллз смотрел на котенка, продолжая почесывать его шейку:
— Как бегают лошадки, Рэнди? Тебе везет?
Слиповиц пожал плечами:
— Когда как. Ты знаешь, как это бывает. Есть хорошие дни, а есть и не очень... иногда. Ты же знаешь.
Тоцци не мог с точностью сказать, спит ли Панчо, но выглядел котенок именно так.
Беллз продолжал почесывать его шейку.
— Скажи мне вот что, Рэнди: как у тебя идут дела?
— Дела?
— Да. Сколько глушителей ты продаешь за день? Примерно.
— Целиком?
— Да.
— Ну, понимаешь, всю систему целиком продаешь нечасто. Обычно людям нужны только отдельные части. Трубки, конденсаторы, сам глушитель и все такое. Нечасто бывает, чтобы кому-то понадобилось заменить всю выхлопную систему.
— Интересно. И сколько машин у тебя проходит за день? Примерно.
Слиповиц взглянул сквозь плексигласовые панели двери в гараж. Кроме «БМВ» Беллза и его собственного «понтиака», на площадке перед мастерской не стояло ни одной машины. А это означало, что сегодня работы было не так уж много. Он с большой осторожностью поднес окурок ко рту, последний раз затянулся, затем бросил его на пол и затоптал.
— Да когда как, Беллз. День на день не приходится. Сегодня, видишь, почти ничего нет, но это естественно в это время года. Как только пойдет снег и погода испортится, тут места свободного не будет. Ты ведь знаешь, дороги тут посыпают солью. И машины быстро ржавеют. Да еще жидкая грязь — собирается в нишах колес и замерзает. Ты едешь, а куски замерзшей грязи откалываются и — раз — попадают в глушитель. Можешь протащить их так сотни две футов. Ты даже не представляешь, какой вред это наносит машине.