— Сам ведь просился в семью, так?
— Да, но...
— Теперь ты принят. Уже успел забыть, кто твой дон?
— Нет, Сол, я не забыл. Дон ты...
— Стало быть, помнишь. Хорошо. А раз я дон, что это значит?
— Это значит исполнять все, что ты велишь.
— Вот именно. Исполнять все, что я велю. А я велю открыть эту дверцу.
Сол указал на замок.
— Нет, нет, ма-лыш.
В голосе блондинки слышался сильный акцент. Она затараторила что-то невнятное. Не то по-польски, не то по-русски. Приподнялась, поправила волосы, и Сол увидел, что она поистине красавица. Почему Джуси заставляет ее работать на улице? Ей место в доме. Жаль. Красивая девочка.
— Ну, открывай же, Чарльз. Говорю тебе, я замерз.
Чарльз протянул назад руку и щелкнул замком.
Проститутка явно выражала недовольство. Сол догадался по ее интонации.
Он сел на заднее сиденье и захлопнул дверцу.
— Не обращай на меня внимания, милочка. Заканчивай свое дело. Я подожду.
— Сол, она не говорит по-английски.
— Как это не говорит?
Он же видел ее переговоры с Чарльзом.
— Знает только деньги.
Блондинка улыбнулась и кивнула:
— Да, день-ги. В рот — пятьдесят, трахаться — сто.
— Отлично, милочка. Теперь быстро заканчивай. Нам нужно поговорить о деле.
Блондинка выразила недоумение. Сол показал через сиденье на причиндалы Чарльза:
— Не смотри на меня. Смотри на него. Продолжай. Нагнись и делай то, что делала.
Она поняла. Голова ее опустилась на колени партнера. Чарльз кашлянул и заерзал. Нервно глянул в зеркальце заднего обзора. Сол слышал чмоканье блондинки, но звуки, издаваемые Чарльзом, мало походили на выражение удовольствия.
Блондинка опять затараторила. В голосе ее слышалось разочарование.
Сол подался вперед и глянул через спинку сиденья.
— Что случилось, сверхжеребец? Я думал, у негров не возникает проблем с мужской силой.
Чарльз пробормотал что-то под нос.
— Заплатил ты ей?