Московиц вел себя так, словно ему было что-то известно.
– Вот видишь. Огастин и тебя ввел в заблуждение. Если ведомство генерального прокурора намеревается обвинить меня в убийстве, мне не требуется алиби до тех пор, пока они не предъявят свои доказательства. Бремя доказывания виновности лежит на стороне обвинения, а не защиты. Они должны предъявить оружие. Они должны доказать, что я находился там в момент совершения преступления. Так предписывается законом этой страны, Московиц.
– Да-да, я знаю все это. Так в чем же дело? Как ты думаешь, почему они выбрали именно тебя?
– Просто я оказался под рукой. Подходящий козел отпущения. Когда ты столь любезно напечатал мое высказывание в зале суда, Огастин, очевидно, решил, что сможет повесить все это на меня и таким образом спасти процесс Фигаро. Если не будет найден настоящий убийца, они используют меня.
– А что Огастин имеет против тебя? Между вами что-нибудь произошло?
Теперь в голосе крысы уже не было прежней надменности. Крючок проглочен – хотелось узнать как можно больше.
– Я не знаю, что имеет против меня Огастин. Почему бы тебе самому не спросить его об этом?
– Я-то спрошу.
Замечательно.
Опять заныли швы под мышкой.
– Впрочем, кое о чем я догадываюсь, но это между нами. Понимаешь?
– Само собой, не волнуйся.
– Предположим, что Огастин добьется обвинительного заключения и передаст дело в суд. Суд он будет вести сам и, естественно, добьется обвинительного приговора. Моя голова будет здорово смотреться на его заборе. Согласен?
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что обвинительный приговор, вынесенный мне, здорово повысит его шансы на предстоящих выборах мэра. Он хочет завоевать голоса либералов, либералов нацменьшинств, а им по душе придется осуждение агента ФБР – убийцы. Не находишь?
– Возможно.
Тоцци казалось, что он слышит, как работают мозги Московица.
– Только это строго между нами, Московиц. Все это лишь мои предположения.
– Не волнуйся, я не проболтаюсь.
Тоцци ухмыльнулся.
Как бы не так. Готов поспорить, что проболтаешься.
– Послушай, – заторопился Московиц, – мне надо кое-что проверить, навести кое-какие справки. Мне нужны другие источники, чтобы подпереть твою информацию. Я перезвоню тебе.
– Разумеется. Нет проблем. Я знаю, как это делается.
– Пока, и спасибо, что позвонил. Рад, что ты не обиделся.
– Нет-нет, все в порядке.
Чертов ты засранец.
– Я перезвоню тебе, Тоцци, обещаю.
Крысеныш повесил трубку.
А Тоцци так и остался сидеть, уставившись на трубку и ощупывая швы на ране.
Когда будешь говорить с Томом Огастином, не забудь передать ему от меня привет и наилучшие пожелания, ублюдок.