— Ты его живьём видел недавно, да? Или по видео? — Гусев был крайне заинтересован и даже не пытался скрыть это.
«Значит, ты и правда в школе сох по нему, — отметил про себя Электроник. — Мне не казалось. Да и сейчас, чтобы ты там про большую любовь с Вовкой не пел, всё ещё не забыл этого… козла. Выходит, не один я такой идиот».
— Последний раз мы по видео общались год назад где-то, а лично я его лет десять не видел. И ещё столько же не хочу.
— Громов, вы ж друзья не разлей вода со школы были! — выпучил глаза Гусев. — Чё, не уж-то поссорились?
— Друзья? — скривился Эл. — Я не знаю, считал ли он действительно меня своим другом хоть когда-нибудь. Только никакой нормальной дружбы между нами с самого начала не было.
— Как так? — продолжал обалдело таращиться на Громова Макар. Даже с кресла своего вскочил от переживаний.
— А так, — Элек с деланным равнодушием хлебнул свой сок и продолжил, — ты же в курсе, как мы с ним познакомились?
— Ага, — кивнул Гусев. — На помойке. Он там от меня прятался, а ты от своего профессора.
— Ну да. Он когда узнал, что я его искусственно созданный клон, да ещё и киборг в придачу, видно решил что от этого я… — тут Эл резко выдохнул, прикрыл глаза на пару секунд, а потом уже уверенно продолжил, — не совсем человек. Так, что-то среднее между роботом и куклой. Я тогда и сам про себя так думал… — тяжко вздохнул Эл. — Ну глупый был, всего полгода после создания. Нет, чтоб сообразить, что чувства-то у меня чисто человеческие. Я ж тогда привязался к нему сильно…
— Влюбился?.. — предположил Макар, сам пугаясь собственной догадки.
— Именно. Только, конечно, отчёт себе в этом не отдавал. По-началу. А Серёжа… он же таким весёлым был, обаятельным, — лицо Электроника просветлело и на какой-то миг он напомнил Макару себя прежнего — наивного и восторженного мальчика, с которым всегда было легко и интересно, и с кем хотелось дружить без всяких задних мыслей. Настолько приятным и открытым человеком он был. Но наваждение быстро исчезло, и на место милого Элека Громова опять вернулся замкнутый, немного циничный и мрачноватый Электрон Викторович. — Он красивый был, — добавил спустя минуту Эл. — По-настоящему красивый. И хотя я точная его копия, но, глядя на себя в зеркало, никакой особой красоты я не видел. Наверное дело в мимике, ужимках, жестах, запахе…
— Запахе? — переспросил Гусев.
— Да, запахе. Он так пах, что у меня голова иногда кружилась. Не знаю чем, но мне всё время хотелось быть к нему ближе, коснуться, прижаться, уткнуться носом в его шею… — воспоминания захлестнули Эла, он словно бы вернулся на двадцать лет назад, снова был счастлив — рядом любимый человек, а жизнь представляется увлекательным приключением. — Но это я отвлёкся, — усилием воли Эл возвратил себя в настоящий момент. — Так вот, Серёжа решил использовать то, что мы двойники и отправил меня вместо себя в школу, а потом и домой. Это ты тоже знаешь. Наверное, недели две мы так жили, пока его отец замки везде не сменил, и всё, соответственно, не раскрылось. И знаешь, Макар, это были самые лучшие две недели в моей жизни.
***
— Эл, а Эл? — Серёжа доел принесённый Электроником обед и хитро улыбнулся своему новому другу. — А ты знаешь, что ещё люди делают?
— Что? — заинтересовался Элек. Всё, что хоть как-то касалось жизни настоящих людей для киборга имело важное значение.
— Иди сюда, покажу, — Серёжа подошёл к стоящей в сарае раскладушке и поманил Эла пальцем. — Ложись.
Элек за те несколько дней, что они дружили, привык доверять своему двойнику безоговорочно. Он подошёл к Серёже и лёг на раскладушку. На спину. Серёжа сел рядом на край, улыбнулся и провёл рукой по волосам Эла. Потом, едва дотрагиваясь, подушечками пальцев погладил щеку, обвёл контур губ, наклонился и поцеловал киборга в губы. Эл всё также лежал и боялся пошевелиться — вдруг, если он не будет лежать смирно, Серёжа решит, что ему не нравится, и перестанет показывать, что ещё делают люди? А близнец продолжал целовать его, иногда поочерёдно засасывая то одну губу, то другую. Потом отстранился и сказал:
— Эл, ты тоже можешь целовать меня. Не бойся, я не кусаюсь. А если кусаюсь, то не сильно, — тихо засмеялся Серёжа. — Ну же, давай!
<…>
С тех пор почти всё свободное время Эл проводил в гараже у Серёжи. Преимущественно в горизонтальном положении на узенькой раскладушке. Пока не приключилась та неприятная история с замками, и Серёжа не был вынужден положить конец их с Электроником маленькой афере.
***
— Ты помнишь, я распсиховался тогда и сбежал, — спокойно сказал Эл, а сам предусмотрительно отвернулся к окну, чтобы проморгаться. — Я ведь воспринял Серёжины слова как предательство — мол, я для него и не человек вовсе. И не буду им никогда. И всё, что между нами было, ничего, соответственно, не значит.
Макар молча слушал своего собеседника, даже стакан с недопитым виски в сторону отставил — пить больше не хотелось. Рассказ Эла для него прозвучал как пощёчина. Не от Электроника, разумеется, от Серёжи. Это будучи подростком он мог сколько угодно себя обманывать, что, мол, с Сыроегой он хотел только дружить. А сейчас к чему лукавить? Макар в школе был влюблён в Серёжу, хотел его. Да и спустя столько лет он не может однозначно сказать, что чувства бесследно прошли. Даже с Элом все эти годы Гусев поддерживал связь по одной простой причине — тот напоминал ему Сергея. Он шёл на юбилей Таратара и в тайне надеялся, что случится чудо, и Серёжа тоже приедет. Чуда не произошло, и Макар потащился с Громовым «продолжать банкет». Может, хоть поговорить о Серёге получится?.. И вот, после всего он узнаёт, что у него был шанс в юности, был… Он упустил его по незнанию, не проявил настойчивость, и его любовь предпочла другого…
— Я, конечно, накрутил себя, не без этого, — продолжал свои воспоминания Электроник, — но мне так плохо было. Хуже — только, когда меня похитили, — Эл хотел сказать ещё что-то, но не смог вымолвить и слова — совершенно внезапно и посреди полного благополучия его скрутило так, что он еле успел добежать до ванной, зажимая двумя руками рот и давя в себе рвотные позывы.
— Эл, что с тобой? — задал риторический вопрос Гусев и решил последовать за приятелем. Всё ж таки это ненормально — рвота у человека, который за последние два часа только стакан сока выпил, а до этого одну траву на банкете ел. Гусь, сидевший весь вечер за одним столиком с Громовым, был очень удивлён, что Эл обошёлся только овощным салатом и фруктами. Диета — объяснил ему тогда Громов.
Полоскало Электроника знатно, даром, что киборг. Минут пятнадцать он не мог отползти от унитаза, цепляясь за фаянс дрожащими руками. Макар придерживал ему голову, после того как Эл неловко дёрнувшись, ударился лбом, пытался поить водой, потому что желудок давно опустел, и Эл желчью сжёг себе весь пищевод. Наконец, Элек смог оторваться от своей многострадальной сантехники и сидел, прислонившись спиной к ванной. Пил маленькими глотками воду из стакана, который держал перед ним Макар, и… плакал.
— Он убьет меня, — прошептал Эл осипшим голосом.
— Кто убьёт? — не понял Макар.
— Серёжа…