Больше никому она не позволит себя поцеловать. Никому не позволит ощутить сладости её губ. Никому не отдаст свою невинность, ибо тот единственный, кто был её достоин, только что оставил Кристину.
Ямата осторожно проникла пальцами под ворот комбинезона и нащупала цепочку, на которой висели личные жетоны Вектора. Она бережно сняла их с головы Вектора, дабы передать их Лупо.
Она посмотрела на них. На эти жетоны, на которых была все ещё тёплая кровь. Затем, прижала их к сердцу, произнеся:
- Я люблю тебя, Вектор.
“Сказала”, — мысленно улыбнулась Фора. — “Всё-таки сказала. Ха, да только уже поздно, идиотка. Он был прав. Какая же ты трусиха, Ямата! Стоп...”
Его последние слова.
“Какая же ты трусиха...”
До Форы вдруг дошло то, что повергло её в настоящий шок.
— Ты знал. — произнесла вслух она. — Ты знал, что я...
Из горла Яматы вырвался нервный смешок.
— “Ну само собой, ты всё знал. Ты ведь наш разведчик...”
Наконец отпустив эмоции, Фора встала на ноги и ещё минуту не могла двинуться с места. Она все еще не желала признавать, что её любимый мёртв. Ямата уже была готова уйти, но тут, девушка услышала справа от себя быстрые шаги. Кто-то бежал к ней по коридору, с той стороны, куда она и тащила Вектора.
Вынув свой нож, Фора приготовилась пустить в ход свои навыки, но в проходе, выбежав из-за поворота, показалась фигура девушки с красными волосами. Это была Клэр. Только увидев оперативницу USS, она направила на неё пистолет, который ей отдала Лупо, но поняв, что угрозы от Форы нет, тут же опустила оружие.
— Вы, — с досадой произнесла Клэр, не смея сойти с места.
— Снова ищешь приключения? — злобно спросила Фора, сжимая в ладони жетоны Вектора. — Тебя уже не должно быть здесь.
— Мы сбежали! — воскликнула Клэр, уже не боясь гнева своей собеседницы. — Нас что-то схватило, и...
— Заткнись, — уже переходя на угрожающий тон, прошипела Фора. — Лучше больше не попадайся мне на глаза, иначе я лишу своего командира удовольствия лично с тобой разделаться.
С этими словами, Фора прошагала мимо Клэр и направилась дальше. Она хотела найти более-менее знакомые места, где была большая вероятность найти свой отряд. А ещё лучше, пересечься с тем ублюдком, что убил Вектора. Взыгравшая в сознании Форы жажда отомстить, стала едва ли не смыслом её существования, настолько сильной была ярость.
Решив не нервировать оперативницу лишними словами, Клэр воспользовалась данной ей возможностью и продолжила свой путь. Пробегая мимо тела Вектора, девушка на мгновение замерла.
“Убили одного из них? Боже...” — подумала она, повернув голову в сторону уходящей.
— Мне жаль... — прошептала Клэр, дабы её слова не долетели до слуха Форы.
“Позднее...”
Вдох. Ещё один. Я дышу.
Вокруг темнота, тело пронзает острая боль, чую, как сломанное ребро изнутри впивается в кожу. Боль, сводящая с ума. Но я...
Неужели жив? Помню, как холодная сталь моего же ножа, проникает в плоть и скрежет по костям. Помню, как пытаюсь добраться до рычага. Добираюсь до него. Помню рывок. А дальше?... Чёрт. Ничего, лишь глухая пустота и вкус крови.
Неуловимая грань бытия ускользает от меня. Каждый раз, когда я пытаюсь понять, жив ли я или уже мёртв? Перед глазами я вижу только картины воспоминаний, что всплывают в сознании. Утонуть в них не сложно, словно моим разумом играют, как старой плёнкой, вынуждая вновь переживать то, что всеми силами я так старался забыть. Но от этого, мне становилось легче. Физическая боль постепенно пропадала, а на её место приходило чувство некой опустошенности...
Я вспоминал Раккун-Сити....
***Дверь за спиной захлопнулась. Наконец-то безопасность. Спектр и Белтвей, прикрывая отход отряда, забежали в убежище последними. Хорошо, что они не были ранены.
Я от бессилия падаю на колено, глубоко дыша. Мое дыхание сбилось, когда мы пробегали вдоль дороги, ведя огонь по спецназу. Уроды едва не взяли нас в клещи, но высадка Б.О.О. подпортила им планы, как и добавила нам головной боли. Я истратил весь боезапас и из патронов у меня оставался только один наполовину пустой магазин к пистолету.
Бежим вперёд, прячась за каменными оградами и тем, что осталось от машин. Приближаемся... Лупо командует не вступать в бой, сбрасывая с себя труп заражённого. До убежища – десяток метров, но непреодолимой стеной между нами встала пара Т-103.