– Чепуха. Если придется, вызову врача.
– Зачем? Я чувствую себя отлично.
Перспектива застрять в доме его матери еще сильнее расстроила Сирину. Что, если Маргарет поднимется наверх и придумает еще что-нибудь или пристанет к ней с какой-нибудь очередной бумагой? Однако это казалось маловероятным. Сирина сомневалась, что Маргарет сможет что-нибудь сделать теперь, когда у них будет ребенок.
– Я не хочу валяться в кровати, Брэд.
– Мы обсудим это утром.
В эту ночь он крепко сжимал ее в объятиях, а она несколько раз плакала во сне, так что к утру он не на шутку обеспокоился.
– Никаких дискуссий. Настаиваю, чтобы ты полежала в постели. У нас сегодня званый обед. Тебе нужно как следует отдохнуть, набраться сил.
Эмоциональных, но не физических… В этом он был прав. Но перспектива остаться в постели все еще угнетала Сирину.
– Я вернусь домой сразу же после портного и составлю тебе компанию.
– Обещаешь? – Сидя на кровати в солнечной комнате, она напоминала красивое дитя.
– Даю слово.
Брэд поцеловал ее перед уходом, и она примерно полчаса лежала с закрытыми глазами, позволяя мыслям плыть в произвольном направлении. Вспоминая их прогулки по римским садам, памятники в Париже, день свадьбы, она так увлеклась приятными воспоминаниями, что не сразу услышала стук в дверь, раздавшийся незадолго до ленча.
– Да?
Сирина подумала, что это Тэдди, и, когда дверь открылась, уже собиралась встретить его теплой улыбкой. Но эта улыбка мгновенно погасла, когда она увидела Маргарет Фуллертон. На ней было очень простое платье из черного шелка, в котором она казалась еще более зловещей.
– Можно войти?
– Конечно.
Сирина быстро выбралась из кровати и накинула на себя шелковый халат, который Брэд купил ей в Париже. Маргарет ждала, пока она оденется. Сирина догадывалась, что свекровь вряд ли пришла справиться о ее самочувствии. Она ощущала, как гулко колотится сердце. Сирина указала на два удобных кресла в дальнем конце комнаты.
– Не хотите ли присесть?
Маргарет кивнула, и они обе сели. Затем, вопросительно посмотрев на Сирину, спросила:
– Ты рассказала Брэду о нашем разговоре?
Сирина отрицательно покачала головой.
– Хорошо.
Маргарет расценила это как обнадеживающий признак. Разумеется, это могло означать лишь одно – Сирина хотела заключить с ней сделку. Будь она честной девушкой, ее потрясло бы сделанное ей предложение и она рассказала бы обо всем Брэду.
– Я только что провела два часа с моим адвокатом.
– О…
В глазах Сирины неожиданно появились слезы, в последнее время такое с ней довольно часто случалось. Врач объяснил, что слезливость – частое явление во время беременности, особенно в первые месяцы, и ни ей, ни ее мужу не следует беспокоиться. До сегодняшнего дня и она, и Брэд так к этому и относились. Но сейчас она почувствовала себя совершенно по-другому. Она чувствовала себя так, словно эта женщина явилась сюда, чтобы уничтожить ее. И в этом она не ошибалась.
– Хочу, чтобы ты прочла несколько документов, Сирина. Возможно, мы смогли бы прийти к какому-нибудь соглашению, невзирая на ребенка. – Маргарет говорила об этом так, словно речь шла о какой-то ущербности, и Сирина начала ее ненавидеть. Она медленно покачала головой и вытянула вперед руку, словно останавливая Маргарет.
– Не хочу смотреть на них.
– Полагаю, захочешь.
– Нет.