Запах стекла: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Хофман бессмысленно копался в полицейских бумагах. Ситуация, казалось, была ясной. Пан Фелициан Матысик, возраст семьдесят два года, офицер Войска Польского на пенсии, взял из дома легальный ТТ и поехал с семьей в лес, на шашлыки. Жена (старая, между нами говоря), дочка, зять, внучата. Где-то так… А чего, каждый же на шашлыки ездит с волыной. Это же совершенно нормально, разве нет? В ходе жарения животной плоти к ним подошли четверо. У троих были автоматы Калашникова, у четвертого никакого оружия не было. Он только спросил: действительно ли Матысик — это Матысик. Затем события покатились быстрее. Этот четвертый, без оружия, сказал, что ему неприятно по причине присутствия семьи, но ведь Матысик и сам должен понимать… На что офицер Войска Польского на пенсии вытащил ТТ и застрелил тех трех, с калашами.

Аааа…хмелья сегодня работали не самым лучшим образом. И чем тут заниматься? Нормальные такие польские шашлыки в лесу. Внук вырвал у одной из жертв автомат Калашникова и начал пулять по убегающему гражданскому, единственному спасшемуся из мясорубки. Выстрелил тридцать два патрона, но всего лишь попал в щиколотку мужчине, который менял колесо своего «шевроле матиз». Беглеца не нашли, у жертв не было документов, их отпечатков пальцев в картотеке не было.

Просто так, обычное воскресное утро. Три трупа, один раненный, пенсионеры и дети пуляют во все, что только шевелится… Нормалек.

Хофман выпил минеральной воды.

— Господи! — произнес он вслух. И кто написал эту чушь? Что это за хрень, блин? Что это?

Жертвы: три плюс одна. Мужик из полицейской группы повесился, двое погибло в аварии, у четвертого сердечный приступ. А это что? Что это такое?

Хофман закусил губу. Ему вспомнился кошмар из детства. Он пытался успокоить затрясшиеся неожиданно руки. Еще раз поглядел в дело."Это вы Фелициан Матысик?», — спросил нападавший без оружия. «Да», — прозвучал ответ.

Шашлыки получились неудачными. Леса под Вроцлавом, которые частенько патрулировали инспекторы в служебных «малышах», сами по себе отвращали от подобной формы воскресного отдыха. А еще тучи, угрожающие возможностью неожиданного душа. Матысик еще раз проверил оружие. ОН никогда не ошибался. ОН стоял сейчас под деревом — туманный силуэт, невидимый для других — и беспрерывно смеялся. Но семидесятидвухлетний офицер на пенсии свое знал. Он тяжело поднялся, игнорируя вопросы внуков, идет ли он отлить в кустики, а так же вопрос дочки: не надо ли в чем помочь.

Сейчас. Это произойдет сейчас.

Четверо мужчин вышло из-за деревьев. У троих были калаши, которые они держали так, чтобы быстро ими воспользоваться. Дебилизм. Десантники из спецотряда. Такие себе чертовски натренированные парни, которых часто можно увидеть в телевизоре, как они идут гуськом, каждый с рукой на плече идущего впереди коллеги, с готовым к выстрелу оружием. По телевидению они выглядели чертовски грозными. Вся их проблема заключалась в том, что в своей жизни они никого никогда не убили. Одни только учения. И ноль трупов.

— Это вы пан Фелициан Матысик? — спросил четвертый, безоружный.

— Да.

— Мне весьма жаль, что в присутствии семьи, но… вы же сами знаете.

— Знаю.

Матысик вытащил из кобуры заранее перезаряженный ТТ и выстрелил одному из десантников прямо в голову. Практически в упор.

Направляя оружие в другого, пришлось уже определять линию прицела. На кровь, которая брызнула в лицо, вн имания не обращал. Выстрел. Перевод линии прицела на третьего. Выдох. Выстрел. Пуля 7.62 Токарева идеально прошла через череп. И никакой реакции у кого-либо из жертв. Они и вправду были хорошо натренированы, вот только никто не научил их убивать. В этом у них не было никакой практики.

Матысик опустил оружие. Подошел к четвертому.

— Да? Слушаю вас.

— Аааааа… — громко и четко произнес гражданский.

— Не совсем понял.

— Аааааа…. — повторил тот и сглотнул слюну.

— Ну да. Теперь все ясно, — с издевкой произнес Матысик. — Застрелить тебя не могу, урод, потому что дело о превышении пределов необходимой обороны будет тянуться в суде три года.

Гражданский, скорее всего, не поверил. Он повернулся и начал убегать. И вот тогда случилось то, чего никто не планировал. Внук Матысика, одиннадцатилетний пацан, схватил Калашникова одной из жертв и выпалил всю обойму. Тридцать два патрона. Ни одна из них в беглеца не попала. Автомат дергался так сильно, что, собственно, палил он в белый свет, как в к опеечку. В основном, дырявил тучи и, похоже, эффективно, потому что начал падать дождь. Но какого-то эффекта достиг — мужик, который метрах в пятидесяти ремонтировал свой «шевроле матиз», неожиданно заорал и начал хромать. Из щиколотки правой ноги пошла кровь.

Матысик мельком глянул на туманный силуэт, смеющийся под деревом. ОН всегда был прав. Фелициан научился это ценить.

Тридцать лет назад группа по расследованию, состоящая из отдыхавших и трех пацанов, сующих повсюду нос, пошла выяснять, что же на самом деле произошло в пансионате «Поруда» в Печисках. И это привело к тому, что «почти пятилетний» мальчишка очутился в одной из быдгощских больниц в полном шоке и с гадкой раной на плече.

К сожалению, метрах в трехстах от виллы, в которой все они проживали, детективам перегородила дорогу старая, чуть ли не разваливающаяся «ниса», стоящая поперек песчаной дороги. Увидав группу, двое мужчин и женщина широко улыбнулись.

— Добрый день, — сказала женщина. — Мы из быдгощской аварийной газовой службы. А дальше идти нельзя.

— Почему?

— Авария. А собственно говоря, даже катастрофа, — молодая женщина указала на клубы дыма, поднимающиеся над верхушками деревьев. — Нууу… именно так заканчивается неумелое применение газовых баллонов.

— Жертвы взрыва имеются?