2004 год, 29 сентября
72. Благодарность владыке за помощь
Дорогой о Господе о. Петр!
Два месяца назад я писала Вам, чтобы Вы помолились у гробницы глубоко почитаемого мною блаженного святителя Иоанна, чтобы Господь Бог через его заступничество послал нам ребенка, так как мы женаты уже семь лет и у нас нет детей. Я сначала обращалась к врачам, даже принимала таблетки, которые должны были мне помочь, но в глубине души я всё-таки верила, что Господь всё сотворил и всем управляет, что Он и есть мой самый главный Врач. И вот месяц тому назад, когда я отказалась от всех лекарств и докторов, случилось чудо – я узнала, что ожидаю ребенка. Господь Бог послал нам великую милость, и нашей радости нет конца.
Хотя я просила помощи у многих святых, я верю, что мне очень помог святитель Иоанн Шанхайский. Я хочу попросить Вас, чтобы Вы отслужили благодарственный молебен у его мощей и просили о его предстательстве, чтобы беременность протекала благополучно.
С благодарностью,
Леся Прокопив
Каррел, шт. Нью-Йорк, США
2004 год
73. Аня помолилась, и владыка Иоанн услышал ее и позвал нас к себе
В мае 1995 года обгорели в машине моя внучка Аня (ей было 1 год и 8 месяцев) и ее братик Владимир (2 года и 8 месяцев). Анечка после почти двухнедельного шока очнулась и спросила: «А где же Боженька?» Она привела нас к Богу. И только по Божьей милости Анечка, моя красотуля-внучка, ставшая после огня обезображенным инвалидом, попадает в лучший госпиталь мира – Бостонский, где операции бесплатные, а питание нашей с Аней души и тела, проживание взяла на себя Богоявленская церковь в Roslindale (район Бостона) во главе с нашим незабываемым батюшкой Романом. Там мы впервые и узнали о святом Иоанне и о Ксении Петербургской.
Когда мы приехали в первый раз в Бостонский ожоговый центр в 1997 году (в августе), мы пробыли здесь восемь месяцев, до марта 1998 года, потому что делали 4 тяжелейшие операции, а между операциями был перерыв по 2 месяца, хотя это очень мало. И вот после третьей операции Аня почувствовала себя очень плохо – она стала нервной, какой-то другой, ничто ей не было мило, ручки-ножки сводило судорогой, и я написала письмо отцу Петру в Сан-Франциско. Кроме того, срочно сообщили владыке Митрофану в Нью-Йорк о тяжелом состоянии обгоревшей девочки из России, заботу о которой взяла на себя церковь в Roslindale. Очень быстро пришел ответ от отца Петра, к его теплому умному письму были приложены книги о владыке Иоанне, святое масло и деньги. Отец Петр отслужил молебен у мощей святителя Иоанна, владыка Митрофан отслужил молебен у Курско-Коренной иконы Божией Матери в Нью-Йорке, батюшка Роман отслужил молебен о здравии Ани здесь, в бостонском храме. Ане становится всё лучше и лучше, она требовала от меня (ей было 4 года), чтобы я читала ей не сказки, а книгу о святителе Иоанне. И состояние Ани настолько улучшилось, что ей сделали четвертую операцию, которая была ей просто необходима, хотя врачи и боялись делать ее.
Мы прочитали все книги о святителе Иоанне, которые прислал нам о. Петр, плюс все, что давала нам читать наша матушка Ирина. Аня всё говорила: «Как я буду у него, я попрошу себе волосы».
Наши милые прихожане летом 1999 года взяли нас с Анечкой в Джорданвильский монастырь, где одна из женщин, стоящих у иконы свт. Иоанна, посоветовала помолиться ему: ведь он сделает всё так, что Аня даже сможет приложиться к его мощам. Аня помолилась, а я, конечно, очень хотела бы повезти Аню в Сан-Франциско, но видела, что из бостонского храма были у мощей святого Иоанна только единицы. Аня перед каждой операцией просила нашего доброго батюшку Романа благословить ее иконой святого Иоанна Шанхайского.
И вдруг через неделю или через две (не записала, а теперь точную дату забыла, но знаю, что очень быстро) наш милый батюшка Роман звонит в госпиталь и говорит: «Есть разговор». Когда нас из госпиталя привезли на службу (опять прихожане!), о. Роман объяснил, что на одну из последних служб пришел мужчина, которого он не знает, расспросил об Ане и сказал, что он даст деньги для этой девочки, но только не на лекарства, не на отель, не на билет в Россию, а чтобы она с бабушкой, сопровождающей ее везде, т.е. со мной, съездили к мощам свт. Иоанна. Когда батюшка это говорил, у меня от волнения сковало всё тело, ведь я знала, что никто не слышал об Аниной просьбе. Даже сейчас, когда прошло почти шесть лет, я не могу без волнения вспоминать этот случай, когда владыка Иоанн услышал Аню и позвал к себе. И мы были там незабываемые три дня в сентябре 1999 года (мы жили у его воспитанницы Ларисочки Красовской), а помощь его, присутствие его имеем до сих пор.
1999 г., сентябрь. Бостон. Мы только что вернулись из поездки в Сан-Франциско, где мы были у мощей свт. Иоанна. И к нам подходит женщина (потом мы узнали, что ее зовут Римма Vilker), поинтересовалась, что с девочкой, где живем между операциями. И вдруг на следующий день она находит нас, дает ключи от свободной квартиры и буквально заставляет нас жить там до отъезда домой (а мы должны были улетать через месяца полтора). Значит, владыка опять позаботился об Ане. А мы между операциями жили в славной и дружной семье Климовых, у них тогда было шесть детей. Конечно, Мэри и Андрей Климовы совершили подвиг, взяли изуродованную огнем девочку, на которую не каждый и смотреть-то мог. А тут вдруг Римма предложила какую-то сказку. Я еще сопротивлялась, ведь Мэри так много для нас сделала, как же я могу оставить Мэри в трудный момент. Но Римма и слушать не хотела никаких «но». Она сказала, что ее бывший муж после разговора с ней приостановил продажу своей квартиры, с тем чтобы Аня с бабушкой пожили там до отправления домой, в Россию. Мы жили там, как в сказке. Тихо, спокойно, холодильник забит разными продуктами. Мы с Аней стали заниматься, гулять, только Ане было скучно без детей Мэри. Мне было там очень хорошо. Ведь семья Климовых тоже устала от нас – клиника, перевязки, госпиталь и т.д. И ведь своих шестеро детей. А мы два раза приезжали из России и в эти периоды жили в семье Климовых. А тут, после нашего путешествия в Сан-Франциско к святителю Иоанну, владыка пожалел и Мэри, и нас. Этого случая без владыки бы не было. Сколько раз мы в Москве, приезжая на операцию или на лечение в ожоговую больницу из Калмыкии, где мы жили до 2000 года, оказывались в такой ситуации, что ночуй хоть на улице; меня на квартиру берут, а глянут на Аню и сразу отказывают. А тут, в центре Бостона, мы целый месяц жили в пустой трехкомнатной квартире! Владыко, милый владыко, слава тебе! И забота его об Ане продолжается до сих пор.
Вот как мы переехали в Подмосковье. Ане люди дарят квартиру в нашей деревне. Вдруг все врачи московской больницы настаивают, что Ане жара Калмыкии очень вредна, а священники в разных местах благословляют именно на Подмосковье. Но попробуй продай дом в Калмыкии, оттуда идет почти массовый отъезд не только русских, но и многих калмыцких семей. Люди дома продают годами. Мы продали дом за неделю. Мэр Элисты, столицы Калмыкии, дал «КамАЗ» для перевозки наших вещей (это 1500 км). Мгновенно купили квартиру в Подмосковье, но только двухкомнатную, где жили наши три семьи. После дома жить в такой тесной квартире (что делать, если денег хватило только на нее) – это ужас. Плюс ко всему там всё чужое. Всё родное: и природа, и люди, и родня – остались в Калмыкии. И вдруг нас вызывают на почту, где отдают нам кипы писем, бандероли, переводы. Оказывается, что кто-то написал в «Русский дом», указав наш калмыцкий адрес! Почта Калмыкии смогла найти через наших родственников наш адрес в Подмосковье и отправляла долго, наверное в течение полугода, нам корреспонденцию. До сих пор не знаем, кто написал. Поехала в Москву, в редакцию этого журнала, чтобы поблагодарить их. Там главный редактор возмутилась, как без ее ведома прошла статья?! Мы на каждое письмо ответили, потом стали приезжать к нам люди из Москвы, а потом передали нам деньги, чтобы мы купили квартиру Ане, чтоб оформили на нее и чтоб прописана там была только Аня. Семья же имеет право там жить, но только до тех пор, пока Аня вырастет, и дальше распоряжаться будет квартирой только она. Милый владыка Иоанн Шанхайский, мы уже в России, а он знал все наши нужды, помогал нам и в России. И даже наш игумен Георгий сказал: «Валентина, это еще раз доказывает, что Аня под Божиим крылом». Так, благодаря владыке Иоанну, Анина семья приобрела отдельную квартиру, а мы, остальные члены семьи, живем в своей двухкомнатной квартире, где прописана и Анина семья, кроме Ани. Милый владыко, слава тебе! Дивен Бог во святых Его!
Только успели оформить подарок-квартиру на имя Анечки, как подошло время операции в Бостонском ожоговом госпитале осенью 2000 года. Как пригодились нам все переводы! Прилетаем, а сама думаю, где нас устроят, какую семью уговорит батюшка Роман принять нас. И вдруг опять что-то сказочное. Нас помещают в Бостоне в церковном домике. Второй батюшка уехал, и комната освободилась. Да я и мечтать о таком не могла. Мы жили как дома, даже еще лучше! Нас одевали, кормили, поили, возили не только в госпиталь, но и на экскурсии, помогали воспитывать мою внучку – ведь они познакомились с ней, когда ей не было и четырех лет! Батюшка устроил Аню в частную школу, где она второй класс окончила лучшей ученицей и стала прекрасно говорить на английском языке. Жить рядом с храмом в окружении любви, тепла батюшки Романа с матушкой Ириной и их всех прихожан – это смог сделать только владыка Иоанн Шанхайский.
Когда мы были у мощей святого Иоанна в сентябре 1999 года, каждый день мы были в соборе, и перед отлетом Ларисочка Красовская привезла нас еще раз (уже глубоко вечером, улетали через пару часов) поклониться святому Иоанну. Я понимаю, что второго приезда к нему никогда не будет, такие подарки делаются только один раз, плачу от счастья, прощаюсь с ним, и, прежде чем захлопнуть дверь, мы с Аней крикнули: «Владыко, до свидания!» Лариса бросилась нас обнимать, говоря: «Вы понимаете, что сказали: до следующего свидания!» Владыка, выходит, ясно дал нам понять, что он ждет и во второй раз. И действительно, когда мы приехали в октябре 2001 года на операцию и поместили нас в церковном домике (какое счастье!), нам Марина со Славой говорят, что помогут купить билеты в Сан-Франциско, чтобы мы с Аней вновь съездили к мощам святителя Иоанна. Милый владыка, он не только поддерживает Аню нравственно (она верит в Бога, учится хорошо; хотя она изуродована огнем, но ходит прямо, не комплексует, ведет себя как обычный человек), но и поддерживает материально. Он помогает нам выдерживать это испытание. Мы были там четыре дня – это уже 2002 год, и каждый день в храме отпевали покойников; даже когда мы пришли опять прощаться с владыкой за два-три часа до отлета, в храме опять покойник. Я стала бояться лететь: а вдруг теракт? И вдруг, прежде чем мы повернулись уходить, подходит другая его воспитанница, прикрепляет мне и Ане иконочку святителя Иоанна и говорит: «Летите спокойно, с вами владыка». Страх ушел сразу. Милый владыка, он всё видит.
16 марта 2005 года. Сейчас мы приехали в Бостон уже в четвертый раз. Проблема была с нашим проживанием между операциями. В церковном доме места не было, и вдруг нам сообщает в Россию, до нашего отлета, матушка Ирина, что будем опять жить в комнате в церковном доме. Это опять владыка Иоанн Шанхайский. Я очень люблю владыку.
Когда мы были у мощей святителя Иоанна в сентябре 1999 года, то мы получили там еще вот такую его помощь (которую я всё время с благодарностью вспоминаю):
1. Мой крестник Евгений был в плену чеченском. Я просила владыку помочь крестнику. Мы прилетели в Калмыкию в конце сентября 1999 года, и вдруг через месяца полтора сообщение, что Евгения везут домой, что он жив. Я знаю, что освободил крестника только милый владыка Иоанн Шанхайский. Хотя многие родственники его считают это совпадением, а я кланяюсь владыке с любовью и благодарностью.
2. Наш прихожанин, Федя, долго не мог найти работу из-за травмы позвоночника, а в семье двое детей-подростков. Он попросил купить свечку именно за его деньги (он дал один доллар) и попросить помощи у святого Иоанна в трудоустройстве. Федя сначала ничего не рассказывал нам, а сказал потом, когда он с батюшкой Романом выбрал работу из множества вдруг предложенных ему. Приглашали даже оттуда, куда он ни разу не обращался. Как я удивилась, как я рада была! Слава тебе, любимый всеми владыко Иоанн!
Валентина Худолеева
Россия
2005 год, март
74. Подарок от святителя Иоанна
Моя семья – я, жена Кристина и сын Брайен – уже более шести лет пытаемся стать гражданами США, этой благословенной страны. Мой сын Брайен является гражданином США, так как он здесь родился. Даже если нас выдворят из этой страны, мой сын всё равно сможет здесь остаться.
Я работаю в православном издательстве «Консилиар-пресс» здесь, в Калифорнии, около четырех лет. Когда я впервые подал заявку на рабочую визу, чтобы иметь возможность работать в издательстве, то получил визу только на три года, к тому же ждать визу пришлось целый год, так что в действительности я мог работать только два года. По истечении срока действия визы я получил продление еще на два года. По иммиграционным законам нельзя продлевать визу более чем на пять лет. По закону я должен был вернуться в Румынию, заново подать прошение на визу и ждать целый год, чтобы получить визу на пять лет. В сентябре 2004 года наши пять лет истекли, мы подали прошение в иммиграционную службу для продления визы на один год, объяснив, что в действительности мы не получили пяти лет, так как целый год ждали визу. Примерно полтора месяца назад мы получили отказ на продление визы, так как мы уже отбыли пять лет и пришло время возвращаться в Румынию. Мы поговорили со своим адвокатом, и он сказал, что можно подать последнее ходатайство «об открытии дела заново и его пересмотре», что мы и сделали. На удовлетворение этого ходатайства было очень мало шансов, однако мы всё равно сделали попытку.
Для нас было очень важно остаться в Америке в этом году, так как у нас были еще дела в иммиграции. Примерно за год до этого я подал заявку на постоянное место жительства (это первая ступень на получение т.н. «зеленой карточки»), а моя жена выиграла «зеленую карточку» в лотерею (американское правительство устраивает розыгрыши каждый год). Как я уже сказал, для нас было очень важно остаться здесь, так как, если бы мы вернулись в Румынию, у нас было бы мало шансов вернуться обратно в Америку, и всё было бы очень сложно, если бы нам пришлось подавать прошение в Американском консульстве в Румынии.