Ангелы: Анабазис: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Полынцев обежал хмурым взглядом сидящих «таёжников» и кивнул. Говорить о том, что плёнка мала — ветер будет донимать с краёв и в дождь все вымокнут, — не стал. И то ладно. Ведь ответственность на командине, а опыта за Медведевым порядочно, чтобы успеть подумать о мелочах. И говорить об этом необязательно. Да и ребята его… Достаточно посмотреть, как они втихаря ухмыляются, что бы понять, что вопросы об их ночлеге излишни — эти устроятся с всевозможным комфортом, даже в худших условиях.

— Товарищ капитан, — Юрий прокашлялся, прежде чем продолжить — Может быть, расскажите, кого мы так трепетно охраняем?

Полынцев повёл плечами и, подумав, ответил:

— Ну, раз сложилась такая сказка… Отчего ж не рассказать…

Михаил посмотрел на то, как Полынцев достал из кармана сигареты, прикурил, наклонившись к самому огню. Не так уж просто Инквизитор относится к «тварям», как пытается показать! В круге костра прекратили позвякивать посудой и ожидающе примолкли. Так просто, для себя, Медведев отметил, что сигарету командир «Р-Аверса» по кругу пускать не собирался. В принципе, и не должен. Но всё равно — жест. «Каждый сам за себя — основной закон джунглей».

— Называют они себя — Тэра, — заговорил Полынцев, сощурившись на свет костра. — Раса их пришла на Землю ещё до ледникового периода и за прошедшее время неплохо ассимилировалась. От человека они фактически не отличаемы. Те же рожи, те же потроха. Только мозги иначе работают да способности выше наших. Выносливость, как у верблюдов. Регенерация на грани фантастики. Быстрота реакций. Вам, должно быть, показалось, что он сверхъестественно дрался, когда его брали? Магия там, гипноз, ясновидение?.. Но всё проще — он успевал просчитать чужие действия и приходил к выводам о траектории атаки быстрее, чем она оформлялась. В результате одного движения хватает, чтобы противника положить. Из научно необъяснимой магии у них немного фокусов, но весьма неприятных — умеют, черти, своё личное оружие вытаскивать из какого-то тайника в подпространстве, в глубокой медитации могут остановить сердце, сымитировав смерть, бывает, сквозь огонь пробегают — и хоть бы хны… Ну, на что они ещё способны? Генерирование тепла, лечение наложением рук, видение потоков энергии,… да много всего…

— А откуда знаете? — вклинился Славян.

— В «Р-Аверсе» есть отдел по обучению, — усмехнулся Полынцев. — Там инструктор — тэра-полукровка. Живьём показывает множество фокусов, доступных ему. Потрясающее зрелище. После этого фильмы о Супермене или человеке-Пауке кажутся не сказкой, а реальностью. Вангу, Джуну и многих других проверить уже не представляется возможным, но нынешние экстрасенсы уже на учёте как «неразбуженые» Тэра. На внешность особо не отличишь, поэтому проверяют тотально кровь, сетчатку глаз и прочее.

— Что значит «неразбуженные»?

— Это значит — «куколка», — охотно пояснил Полынцев, — Тэра может жить среди обычных людей и не ведать, что он не-человек. Под воздействием окружающих он будет вполне адекватным, не подозревая о сущности своих ненормальных способностей. В «кукольном» состоянии он может пребывать до встречи с тэра-пробудителем, который обнаружит родство в человеке и передаст ему часть своей силы. Инициация для них священнодействие, замешенное на крови и энергетике, потому не каждый может пробудить себе подобных… Но даже в «кукольном» состоянии тэра можно определить… По иному развитию психики. Все тэра-полукровки люди какие-то недоделанные, чудные, хотя всего-то два механизма разума нас отличают: способность к взрывным сверхусилиям и повышенная чувствительность. А в результате — совершенно иная природа и осмысление жизни! Тэра — потенциальные убийцы. С детского возраста способны осознанно убивать ради выживания или отстаивания своих представлений. И умеют, чёрт возьми! Игры, обман, манипуляции не понимают вообще — всё принимают за чистую монету, даже совершенную ересь. Поздняя половозрелость, зато с фонтаном гормональных переживаний, настолько, что творят непотребства совершенные, если себя не контролируют. Гуманистических принципов не приемлют. Такие понятия как «прощение», «милосердие», «благодарность» у них искажены до неузнаваемости…

— Это как? — поинтересовался Юрий.

— Под прощением они понимают наказание или самонаказание, — с готовностью отозвался раверсник. — Простил по-настоящему тот, кто ударил. Тот, кто отпустил грехи и не обиделся — не простил. Милосердие — это, по их мнению, сумасшествие, которого нельзя допускать, поскольку милосердие немотивированно. Благодарность — это та ещё штучка! «Спасибо» или не говорят вообще, или, если сказали, то считают себя уже вполне свободными от каких-либо обязательств. «Долг» для них понятие несуществующее. Они просто не понимают, что это такое. По их мнению, они никому, кроме себя, ничего не должны. Даже маме с папой…

«Ну, с прощением всё понятно… — подумал Медведев, — одна из прелестей Закона Джунглей и состоит в том, что с наказанием кончаются все счеты. После него не бывает никаких придирок. Но вот вопрос благодарности и долга… это серьёзно».

— А чем эти Тэра мешают? — Смотря в землю, спросил Якоби. Его заметно потряхивало — вечерний холодок да плюс лихорадка от ранения. Клинок тэра был остёр. Судя по состоянию — зацепил-таки кость.

Полынцев помолчал, прежде чем ответить. Потом заговорил медленно, с остановками. Момент восхищения способностями тэра прошёл, и снова вырвалась задавливаемая сильной волей организованного сознания ненависть:

— Тэра — паразиты. Именно так. Вирусы. Глисты. Они паразитируют на человечестве. Неразбуженные — сами того не понимая, собирают силу с окружающих людей, а разбуженные… это другая сторона медали. У тэра своя структурная сеть вот уже веков тридцать. Храм Солнца. Действует по всей планете. Тайно-тайный союз.

Михаил задумался: «Тайно-тайный? Это из классификаций иезуитов. Союз, о котором даже догадываться не должны. Свидетели и особо думающие уничтожаются. Тайна — превыше всего. Неужели до сего дня сохранились такие организации? При нынешнем-то уровне работы СМИ, демократии, плюрализме и свободе слова, когда любой гадкий утёныш, мечтая стать соловьём, поёт обо всём, что знает, чего не знает и о чём догадывается? А тэра до сих сохранили и тайну своего существования, и развитую сеть».

— Этот союз активно вмешивается в жизнь людей, перестраивает общества и меняет политику государств. Всё, вроде бы, по мелочи работают, но всегда в точку. Там человек не успел на встречу, здесь письмо глупое затерялось, а в результате — война меж странами или падение урожая на полях государства… Тонко работают. Держат нас, человечество, в узде. Направляют уколами стимула в полупопия — направо, налево, направо! Войны — их механизм нашего сдерживания.

— Угу, — протянул Анатолий Якоби. — То, в чём раньше евреи и масоны были виноваты, теперь, в свете последних инструкций правительства, положено сваливать на этих…, етит их душу,… тэров!

Медведев в душе взвыл. Предки Якоби ухитрились пострадать в прошедшем веке от всех правительств России — от временного до первопрезидентского. Теперь Анатолий, взятый в «Тайгу» только благодаря прошению капитана, тихо точил зубы на гонителей рода. И под негласным надзором и мягкой опекой Юрия стачивал их.

Полынцев высказывание Якоби проигнорировал. Словно его и не было. Только Медведеву не нужно было объяснять, чем дело кончится. Такую реплику особист не забудет. «Эх! — думал Медведев, — Щенок готов утопиться, лишь бы укусить луну в воде… Вот и Толька, как тот щенок. Укусил-таки луну в воде».

— Самое нехорошее, что нас ждёт, господа, это время, когда такие, как этот, — Полынцев кивнул в сторону пленника, — смогут полноценно раскрыть себя. Сеть Храмов стремится к мировому господству, к диктатуре по расовому признаку. Это внутренний враг, имеющий потенциал стать внешним. Человечество будут ждать тяжёлые дни, если мы не сможем остановить их. Пока же у нас ещё есть время для действий. На нашей стороне то, что они фактически не отличаются от людей, пока их способности не разбужены. А значит — уязвимы, как мы. Это нас спасает. Иначе бы уже давно они смогли организоваться и поработить род человеческий…

— Ну, блин, понятно дело! — Опять вклинился Якоби. — Значит, сильный враг. Уважим пулей в лоб?

Полынцев тонко усмехнулся:

— Ваше предложение не…

— А я не предлагаю. Я, етит твою душу, настаиваю, — усмехнулся Якоби.

— Толя! — одёрнул Михаил.

Но было поздно — Батон взорвался:

— Какого черта мы тащим его по лесам? Куда должны были довести? До лысого склона? И где он, твою дивизию!?.. Мы здесь, может, ещё год топтаться будем! И возможно — из-за него же! Завёл, тварь чёртовая, не выберемся! Всё, нафиг, задолбало! Это в вашем управлении садомазо распространённо, а мне не в кайф, когда за здорово-живёшь калечат! Нам его не вывести, самим бы выбраться! Не можем довести — пристрелить к чертям собачьим! Пишите потом — при попытке к побегу. Нефиг мужику маяться беспричинно, а нам тут ковыряться! А не могёте своего суженного-ряженного сами кончить, так за этим не постоит!

Медведев стиснул кулаки: «Йок! Зная Полынцева, Батону светит очень нехороший приём дома. А с его-то личным делом… Эх. А если я влезу — тоже ничего хорошего…. Вот, ведь, блин — Батон…»