— А где братья? — я спросила у Тхадона, чуть ли не впадая ужас от грязной тряпки.
— Завалы разбирают, — стер со лба пот мужчина.
Рубашка натянулась, и подчеркнула рельефность его мышц. Такой мощный. Не то, что мой бывший. Хотя что тут говорить, они все красавцы. Что-то я не о том задумалась.
Даже страшно представить, где развалы сложат.
На кухне царил порядок, и все блестело. Возле мойки стоял Одервальд и пытался отдереть застывший жир со сковородки.
— Кто готовил? — спросила я, ставя рядом с ним тарелку.
— Маркольм, — Одер не оставил мытье сковородки, лишь немного напрягся.
— Их лучше в пенку поставить, потом легче отмыть, — сказала я.
Одер слабее их, и с ним можно попробовать подружиться. Тем более, он единственный, который ни за что не борется здесь.
— Слушай, давай дружить, — предложила я.
Сковородка с гулом упала в мойку, а мужчина посмотрел на меня таким взглядом, будто я предложила усыпить его любимого котика.
— И зачем? — он скрестил руки на груди.
Вот он единственный, кто не накачанный и не упитанный, но фигура у него спортивная.
— Давай откровенно говоря, мне не с кем тут общаться. Призраки, ты сам видишь какие, твои собратья вообще хотят убить меня. Мне просто, — я обхватила себя руками. — Нужен хоть кто-то, с кем можно просто пообщаться.
— Нет, — ответил мужчина. — Мне моя жизнь дороже, если они увидят нас вместе, то подумают, что вы решили выбрать меня. Я этого не хочу.
— Ты боишься их?
— Я рационально мыслю, — усмехнулся он.
— Тогда почему ты уедешь отсюда? — спросила я.
— Потому что это невозможно, — спокойно ответил он.
— В смысле? Если тебе это не надо, то тебя здесь ничего не держит.
Нашла кому дружбу предлагать. Вон как смотрит надменно.
— До конца отбора никто из этого города не может выбраться, — мужчина тяжело вздохнул и выдохнул.
— Не верю.
— Хотите проверить? — он изогнул бровь.
— Как?
— Мы можем выехать за город, — ответил он.
— То есть нормально, если мы вдвоем поедем? Это никак не отразиться на твоей безопасности.
— Не недооценивайте меня, — он хищно улыбнулся.
— Я после вчерашнего вообще никого не недооцениваю.
— Хорошо, собирайтесь. Возьмем карету.