Дверь открылась. Одер остановился.
— Мы уходим, — сказал он. — Кому надо — берите замок. Больше тьмы не будет.
Хотелось приоткрыть глаза и посмотреть, что там да как.
— Призраки исчезли, — кажется, это лысик сказал.
— Знаю, — ответил Одер.
— Сочувствую, — а это уже Низам. — Она была шикарной.
О, какие комплименты. Главное не краснеть, а то заподозрят, что труп-то ненастоящий.
— Я могу сказать только одно — тьмы больше не будет. Вы можете разъехаться по своим королевствам и налаживать жизнь там, — Одер слегка всхлипнул, и прижал меня к себе. Моя голова безвольно опустилась на его грудь. — Призраков больше нет, никто здесь не будет ухаживать и защищать замок, если вы останетесь править. Тем более половина замка просто разрушена. Цените то, что у вас есть, и не топчитесь на чужой могиле.
— А как же настоящая принцесса Анастасия? — спросили хором братья.
— Будьте так любезны помочь ей в это трудное время. У нее, кроме этого замка ничего нет, — ответил Одер.
— Тебе помочь? Мы могли бы ее торжественно сжечь, — продолжил лысик.
Ага, сжечь принцессу и ее корону. Немедленно.
— И развеять над морем, — предложил Тхадон.
Ох, что-то мне не нравятся их идеи.
— Я сам, — ответил Одер.
Мы вновь двинулись. За нами шли остальные драконы. Я слышала их шаги.
— А Маркольм?
— Он хотел эту землю, пусть забирает, — тихо сказал Одер. — Я же говорил — мне плевать на отбор.
— Но не плевать на девушку, — ответил лысик.
— На ту, кого полюбил, — с улыбкой ответил любимый.
Эпилог
Я всегда думала, что замок принцессы Анастасии огромный. За то время, что я там была я даже половину комнат не обследовала. Что же касается замка любимого — мне показалось, что я попала в небольшой город.
Само строение находилось внутри города, но представляло собой нагромождение домиков поменьше. Они облепили друг друга, как полипы волноломы.
Мне поначалу казалось, что подобное строение должно, в конце концов, завалиться, но любимый убедил, что все будет в порядке.
— Милочка, ты кушай, тебе силы нужны, — мне в тарелку накладывали пюрешку с мясом, а я сидела с таким видом, что уже видеть еду не могла.
Рядом со мной сидела красивая женщина средних лет. Золимия — мама моего Одервальда. У нее была стратегическая цель — откормить невесту, пока та не лопнет.
Она мне стала второй мамой. Я всегда вспоминала своих родителей, и Одер видел эту грусть в моих глазах, но мы оба понимали, что ничего не изменить.
Я страшно боялась, что не понравлюсь этой женщине. Она выглядела весьма надменной и горделивой, и, когда я увидела ее в первый раз, поняла, в кого мой любимый. Но так же, как и него — это все было напускное. А что? Надо же лицо держать перед подданными. Свадьбу мы сыграли сразу по возвращению, и знакомству с мамой. Народ ликовал, а я себя впервые почувствовала в нужном месте, где меня любят. Нашла свое место в жизни. Драконов на свадьбу мы не звали. По понятной причине. Как бы не было жалко принцессу Анастасию, которая осталась там с ними.
— Я не могу больше, — выдохнула я, опустив руку на живот.
— Это ты не хочешь, а мой внук хочет, — сказала свекровь.