— Призраки не должны вмешиваться, — вставил за дверью лысик.
— Принцесса Анастасия сделала свой выбор, — ответила Клара.
— У нас там умирают родные и близкие. Если они ничего не могут, то мы за них все сделаем! — вставил ледышка.
— Какие же они нетерпеливые, — спокойно произнес Одер.
Свечи погасли, погружая нас в темноту. Лишь кинжал сиял на тумбочке, мерцая своей белизной.
— То есть мы тоже не сможем жить во тьме, — констатировала я, ощущая тепло и надежность рядом с ним.
— Ты мне доверяешь? — спросил Одер, глянув мельком на кинжал.
— Да, — прошептала я, опустив голову на его грудь.
Несмотря на его спокойствие, его сердце билось так сильно, что могло бы с легкостью прострелить меня на вылет.
Все закончится совсем скоро.
Одер взял меня за руку, и мы подошли к кинжалу.
— Понятия не имею, сработает или нет, — усмехнулся он, беря в руку двухсторонне оружие. — Знаешь, что мне казалось странным в записях?
Он рассматривал вещицу, покручивая ею.
— Кинжалы не всегда появлялись с двухсторонним клинком. Иногда лезвие было с одной стороны. Как там говорилось. Выбери любовь, и на кончике ножа повиснет жизнь твоя.
Холодный металл коснулся моей кожи.
— Так, жизнь повисла на кончике.
— Ты решил дословно следовать стишку?
Я ощущала, как нечто неизбежное приближается к нам. Тьма будто шептала про смерть, что мы должны умереть.
Кажись, меня глючит.
Я даже осмотрелась по сторонам, пытаясь найти еще одного наблюдателя. Но в комнате нас было двое.
Крики и стоны исчезли, будто мы поместились в комнату с отличной звукоизоляцией. Не слышно ничего.
— Да, — ответил он, прищурившись. — Если умрет пара, то ничего не изменится. Должен умереть один. А точно ли должен?
Он сжимал кинжал, готовясь ударить.
— Сделай это. И ты будешь жить, — прошептала я, с ужасом ожидая своей участи.
Я ощущала это. Если он не сделает то, что до него делали остальные драконы, то он погибнет. Что бежать от судьбы? Он должен жить.
— Зачем мне такая жизнь, где нет тебя? Зачем мне жить, если я буду знать, что убил свою любовь?
— Так надо, - я посмотрела на тьму, подбирающуюся к нам.
- Давай, - я закрыла глаза.
А потом приоткрыла глазик. Что он там копается с этим кинжалом? Я же готова.
Да, внутренний оптимизм не даст мне умереть драматично.