— Что вы говорите! — восклицал собеседник.
Чувствующий себя несколько сковано, Мотылёк пожал плечами.
— Как могут интеллекты способствовать в сокрытии факта своего существования? — спрашивали безопасники: — Взлом компьютерных систем? Многофакторный анализ? Неплохо, но честно говоря, у нас есть и свои специалисты и для анализа и для взлома.
— Сумасшедший дом — резюмировал безопасник: — Всё, отбой.
— Почему ты удивлён? — спросила Эра: — Ты и раньше знал, что мы можем обмениваться между собой кусками памяти.
— Интеллекта Эра?
Новосибирск, Эра и Нэлли, в присутствии учёных, военных и высокопоставленных партийных бонз, принесли присягу. Красивая церемония, хотя и глупая. Высокопоставленные партийцы рассматривали голографические интерфейсы интеллектов с таким видом, будто им показывали умеющего играть на балалайке говорящего медведя. Специально прилетевший в Москву, ради участия в церемонии, Тимофей Фёдорович откровенно скучал, рассматривая изящную лепнину и позолоту высоких потолков. Журналистов на церемонию принятия гражданства первыми представителями нечеловеческого разума не пригласили. Безопасники настаивали на сокрытии факта существования интеллектов как государственной тайны, но Тимофей Фёдорович боялся, что уже слишком поздно. Слишком уж неосторожны были учёные, слишком сосредоточенны на решении задачи, чтобы дополнительно озаботиться вопросами секретности.
— Как думаешь, зачем вызывают? — спросил Мотылёк у валяющейся на диване и делающей вид, будто читает книгу, девчонки.
Тимофей Фёдорович устало вздыхал. Он говорил, что не нужно использовать микроскоп как дубинку. Микроскопу то ничего не будет, он прочный. Да и новая дубинка пригодилась бы племени троглодитов. Но всё равно не надо использовать микроскоп в качестве дубины. По крайней мере, не на постоянной основе. Вот уже месяц, как Тимофей Фёдорович говорил об этом. Говорил, ему кивали, улыбались, пожимали руку, но… не слышали.
— Не буду.
— Садись — предложил хозяин кабинета: — Кофе хочешь?
— В чём дело? — резко спросил Андрей Александрович: — Я занят.
— Не догадались — признался Мотылёк: — Во всяком случае я не догадывался. Обязательно включу в отчёт. А ещё лучше напишу Тимофею Фёдоровичу прямо сейчас.
— Интеллекты? — сомневались генералы: — Слишком огромные, чтобы быть мобильными? Нельзя посадить в космический корабль? Только удалённое управление боевыми роботами? Нет, не надо. Удалённое управление легко гасится помехами. Говорите — теоретически можно вырастить интеллект в компьютерах лунных баз? Это становится интересно, продолжайте.
Дана аналитическая задача в военно — математической игре «Зарница» по выявлению условного шпиона якобы окопавшегося в Чернореченске. В своё время образованный энтузиастами из чернореченского комсомола любительский аналитический клуб состязался с интеллектом Эрой на нестандартность подходов к решению.
Мотыльку захотелось спросить, а правда ли, что на луне есть секретные исследовательские институты, но ситуация явно была неподходящая.
— Не девали — беспечно откликнулась Эра болтая ногами в белых сандалях с фиолетовыми застёжками: — Но там почти нет защиты от взлома, если взлом производится изнутри защищённого сегмента. От семи до двенадцати минут работы.
— Волнуешься? — спросила Эра.
— Присутствие посторонних людей поблизости не зафиксировано — доложил дежурный.
— Рабочий процесс страдает — жаловался другу Конь: — Я теперь ни о чём не могу думать, кроме них. А они — эх! Вот скажи: как выбрать одну из двух половинок разрезанного апельсина? Невозможно выбрать. А они не понимают. Раньше обоих всё устраивало. Что изменилось?
— Разве есть причины для осторожности? — спросил Мотылёк после того как попробовал сделать глоток и обжёг кончик языка.
— Давай знакомиться — предложил безопасник: — Капитан ГБ Андрей Александрович. Основная задача: скрывать факт существования Эры, а если не выйдет с сокрытием факта, то скрыть как можно больше деталей.
— У нас есть искусственные интеллекты? — говорил Тимофею Фёдоровичу какой — нибудь заместитель заместителя министра экономики промышленности: — Молодцы товарищи учёные! Давайте «оснастим» интеллектом каждый завод и производственный комплекс. Пусть работают, приумножают народные богатства.
— Почему не выйдет с фактом? — спросил Мотылёк.
Растянутый во всю стену красный флаг. Цвет казался удивительно насыщенным и ярким, будто его только что испарили, очистили на хроматографе и нанесли заново. Идеальный красный цвет. В центре зала трое детей. На самом деле это всего лишь голограммы не существующих в материальном мире вне информационной сети искусственных интеллектов.
— Спасибо, что пришёл — поблагодарил безопасник.
Вообще-то штат НИИ вырос чуть ли не на порядок. Никто не предполагал одновременного появления сразу двух новых интеллектов. Тут не совсем понятно, что делать с одним Новосибирском и вдруг появляются двое новых. Теория прошла блестящую проверку практикой. Учёные внезапно осознали: создание новых интеллектов всего лишь вопрос времени и ресурсов. Десятки. Сотни. Может быть даже тысячи искусственных интеллектов. Со свистом завертелись бюрократические шестерёнки. Первым выхлопом заработавшей государственной машины стало официальное признание троих существующих, и всех последующих, интеллектов полноправными гражданами Советского Союза.
— Я попросила и он поделился.
— Если бы факт существования интеллектов и всё, что с ними связано было признанно государственной тайно не сейчас, а хотя бы полгода назад, то тебя следовало бы расстрелять за злостное разглашение государственных секретов — буднично известил безопасник: — К сожалению государственным секретом факт существования интеллектов признали недавно, поэтому нам придётся работать с тем, что есть, держа в уме вероятность состоявшейся утечки сведений.
Группа прикрытия доложила о взятии объекта под ненавязчивое наблюдение. Информационный отдел сообщил о постепенном выходе обслуживающих роботов из под чужого контроля. Один за другим уборщики возвращались к выполнению прерванных программ.