— Трупы сжечь нужно, чтобы ни заразу, ни хищников не плодить, — размышлял Женька.
— Посуду забрали, корзины тоже, — отметил Женька. — А свои старые покрывала побросали.
— У — у, — застонал Тим, снова сжимая кулаки.
— «Тр-трр» какое-то, — пожал плечами Николаич.
— Что там? — поинтересовался я.
— Парни! — окликнул нас Николаич. — Права человека и весь гуманизм остались в двадцать первом веке. Огонь!
Запасов у нас хватало. Мы же планировали не меньше недели в районе стойбища провести. Огород посадить, проконтролировать, чтобы его не вырыли, научить плести корзины, ловушки и другие мелочи. Только наши миротворческие планы как-то сразу потерпели крах.
Андрюха привычно отправился за руль. До моря мы не дошли. Да и не планировали. Если уходить, то с утра. В заливе хватало скалистых гребней, что выступали из воды. А на реке нам было спокойнее.
— Знать бы, откуда те придут, — размышлял Тим. — Но, наверное, нам лучше к лодке отойти.
Неандертальцы тем временем нас увидели. Заулюлюкали и ускорились. Между прочим, они не дубинки имели, а копья. Потрясали ими и, похоже, метали хорошо.
— Зачем они вообще на другое племя напали? — недоумевал Олег.
— Если это враждебное племя, то оно уже близко. «Наши» даже рыбу на углях оставили, — кивнул я на ближайший очаг.
Мне, допустим, тоже было не по себе. Но я за четыре года первобытной жизни столько всего и разного поубивал, что на еще один вид «хищников» среагировал относительно спокойно.
Никогда не думал, что потребуется столько усилий на погребальный костер. И дрова нужны сухие, и тела так просто не загораются. Но мы не хотели уходить, пока не убедились, что костры не потухнут. И только-только стали собираться, как Тим выкрикнул:
— Все правильно, — подтвердил Женька. — Мы сейчас спасём племя Грыта. Эти все равно догнали бы их и уничтожили. У Грыта пара десятков воинов. А неандертальцев с полсотни бежит.
Часть 33
Путешествие по морю далось нам нелегко. Когда ветер ослабевал и нужно было грести, сразу возникала проблема, что следить за тремя детьми мог только Лёва. Андрей у нас рулевой. Маринке малышню доверять не стоило. Та и за борт могла выкинуть.
Девица уже сообразила, что детей мы везем домой. И, несмотря на невыгодный обмен, в племя не вернем. Да, собственно, и возвращать их некому. Племя ушло куда-то вверх по течению реки.
Впрочем, голод нам уже не грозил. Зато других проблем и забот хватало.
— Еще парочку ткацких станков соберем, — предложил Женька.
— Я попробую прялку сделать, — огласил планы Тим. — Все быстрее нить будем крутить.
Особых бытовых работ пока не наблюдалось и можно было заниматься ребенком. Николаич заверил, что все успеем. Ткать пока, и правда, было не из чего. Наш дом изнутри я уже отштукатурил и ждал только древесину для полов. Все остальное было вторично. Пока на первом месте наши воспитанники.
Где-то на первый или второй день, как вернулись домой, эта королевна отпихнула Кира, когда тот подошел посмотреть, как воду в умывальники наливают.
А вечером в спальне снова встал вопрос о сексе. Потому как хотелось, и очень.
Стоявший рядом Тим отреагировал сразу. Мы никогда Маринку не наказывали физически и точно не били. Но тут она моментально получила звонкий подзатыльник и с рёвом кинулась жаловаться своему кумиру, что вышел из бани. Женька тоже все видел. И отвесил не менее звонкий подзатыльник. Естественно, что вечером мы ели мед, обделив порцией первобытную подружку.
Мне на эти «показательные выступления» было наплевать. У нас с Кирюхой другая проблема имелась. Он боялся всех и вся. Боялся чужих прикосновений. Того, что его ударят, подойдя со спины. Доверял только моим рукам и частично Тиму. Так что когда нужно было грести, Кир сидел у меня под ногами, крепко вцепившись в ногу. Спиной он прислонялся к борту (это чтобы никто сзади не подошел).
Тимур еще нашему сыночку панаму связал. Смотрелся в этой обновке Кир презабавно. Сам смуглый. Мордашка худенькая. Зато огромные карие глазищи блестят из-под белой панамы. Интересно, что Маринка с трудом привыкала к новым вещам, к тому, что нужно носить обувь. Димка тоже пытался по возможности стянуть с себя тряпки. Только наш Кир с удовольствием кутался в полотенца и покрывала, создавая для себя укрытие-норку.
Можете представить, как мне было неудобно работать веслом? А гребли мы много и долго. Олег пытался поймать хоть какой-то ветер. Заверял, что паруса нужны крупнее, а мачты выше. Но в четыре дня мы уложились. И, наконец, добрались домой.
Только спать ребенку было негде. В общем, первую кроватку унесли на берег. Лёва подобрал место в лачуге и расположил Аленку там. Ни ходить, ни даже сидеть девочка пока не могла. Так что в этом плане хлопот с ней не было. Кашку или супчик Лёва варил в маленьком котелке под навесом. Женька, когда притаскивал дрова и разбирался с уловом, немного занимался малышкой. Растирал ручки с ножками, делал щадящий массаж. И к обеду они всем семейством возвращались в поселок.
— Пока в большом доме поживем, — успокаивал я. — Только не представляю, как будем на охоту ходить, Кир меня совсем не отпускает.