— Внуки… — тяжело вздохнул Тим и прижал меня к себе. — Скучаю я иногда по цивилизации и тому, что не могу с тобой завалиться куда-нибудь в модный клубешник. Выпить, потанцевать.
Но потом сам таскал воду и заполнял душ. Оказалось, не так это и сложно. Обычно утром мы становились цепочкой в четыре человека и кожаными ведрами быстро заполняли посудину. Летом душ действительно был удобным. Работали мы много, потели тоже много. А так была возможность быстро ополоснуться. А еще летом случались проливные дожди. Да такие, что душевая емкость сама наполнялась на треть.
— Можно было и поменьше взять, — обливался потом Тимур, налегая на весла.
Лёва с Андреем занимались приготовлениями для обработки большого количества мяса. Лёва, когда научился делать глазурь для своих кувшинов, стал некоторые посудины покрывать этим составом изнутри и снаружи.
— Похоже, что так, — подтвердил Андрей.
— Нет у них такого понятия, что пеленки нужно стирать, а дитя пеленать, — дополнил Николаич.
— Самую крупную бери, — посоветовал Женька.
Женька тут же изображал какой-нибудь нехитрый подарок, решив, что можно поощрять не только «кнутом», но и «пряником». Теперь на шее у Маринки висело несколько нитей ожерелий из ракушек. Лили, кстати, таким игрушкам очень радовалась. И тут же тащила в рот. Вообще этот ребенок пытался попробовать все. Только кто зазевался, а она уже схватила что-то.
— Тим! Кирилл слышит! — не смог сдержать я своей радости.
— Женька говорил, что первобытным трудно открытые гласные произносить, — начал пояснять Олег. — Детей, может, и сможем обучить. Но Маринку вряд ли. Так что будет Лилия. Или сокращенно Лили.
Женька как-то подбил нас с Тимуром взять лодку и сходить на охоту за черепахами. Мы когда на корабле проплывали, видели еще одно место на западе, где на берег выбирались эти земноводные. На эту охоту пришлось брать с собой Кира. Но хлопот малыш нам не доставлял, даже с интересом наблюдал.
Мясо барана мы уже пробовали сохранять в таких посудинах как тушенку. Вначале долго варили, потом раскладывали по емкостям и еще часа три держали в духовке, стерилизуя. После Андрей затирал воском щель между крышкой и посудиной.
Но для малыша Тимур в следующую охоту выбрал некрупную черепаху. И теперь обработанная ванночка ждала новорожденного.
— Делаем из нее летний душ, — скомандовал Николаевич. — А то пока баню натопишь. И дров нужно натаскать, и ждать, пока все помоются, долго. А тут просверлим отверстие и будем воду с утра наливать. За день прогреется.
— Примерно так, — отозвался Тим и уточнил у Андрея: — Воду нагрел, чтобы ребенка сполоснуть?
— Конечно, ушки же мы ему вылечили, — отозвался Тимур и попрыгал по камням к берегу. Потом они с Женькой крепили веревками тушу, и дальше мы буксировали ее к своему берегу. Еле доволокли. Весила эта черепаха килограммов двести.
А потом отыскали берег, представлявший собой грязное месиво. Там и остановились. Кирюха с интересом все разглядывал. Николаич дремал. Тим пока был на посту. А я, подтащив ближе плот, начал сдирать мездру со шкур. Крокодилов я давно домой не приносил, в смысле их кожу. Своих на том берегу уже извели. А обувь всем требовалась постоянно. Так что даже если буйвола не прибьем, все равно не с пустыми руками вернемся. Впрочем, опасался я зря. Стадо пришло. И теперь встал вопрос, как и кого выбирать.
Зато большую тушу можно будет частично пустить на тушенку, а что-то закоптить и засолить. В любом случае, одного буйвола должно хватить на месяц. Плюс шкура, шерсть и, конечно, ценный жир, собственно, из-за которого вся охота и затевалась.
— Видели на другой стороне озера заросли растения, напоминающего иву? — уточнил Лёва. — Аспирин раньше из коры ивы получали. Это потом он стал синтетический.
Доски Николаич запасал постоянно. Мы теперь мебель в домах делали. И на лодку материала вполне хватало. Плюс опыта нам не занимать. Только навес в районе моего глиняного карьера расширили и взялись за работу. За неделю построили и обработали смолой лодку. Законопатили щели. Тим и весла новые подготовил. А для транспортировки возможной добычи решили сделать еще плот из пальмовых стволов.
Ни Маринка, ни новорожденная особых хлопот не доставили. Наша мамочка явно видела много чего в своем родном племени. И со всеми последствиями родов управилась быстро. Так что через пару часов все отправились спать.
— Но для детей лекарства все равно нужны, — не дал сбить себя с толку Олег.
Погоду для охоты мы подгадали удачную. Тепло, безветренно. Мы с Николаичем уже через полтора часа вывели лодку с буксиром к дальнему берегу. Тим разглядывал в бинокль округу.
Его шкуру тоже закинули на плот и отошли подальше. Еще какое-то время мы неспешно гребли вдоль берега. В одном месте нашли спуск к воде. Но, немного поспорив, решили, что это следы мамонтов, а не буйволов.
А еще я вдруг сообразил, что прижимаю и успокаиваю Кирюху, который испугался звука выстрела. Испугался звука!
Тимур соскочил на валун, возле которого мы закрепились, и, прицелившись, выстрелил. Две особи шустро спрыгнули в воду, а одна осталась лежать на берегу. Тим, как всегда, не промахнулся.
Слабенький спиртовой коктейль Николаич действительно разрешил замутить. Мы, как и положено, на праздник принарядились. Маринке из цветов венок сплели. Свои волосы украсили. Брюки надели и начали отмечать.
Всё, что смогли припомнить, только шиповник и гусиный жир. Водоплавающих птиц мы, правда, на озере не встречали, но это не значит, что их нет поблизости.
— Угу, — задумчиво покивал Андрей и начал снимать с себя штаны. — Помните, меня крокодил хватал за ногу? — Мы дружно покивали. Переживали тогда все. — Так вот, даже следа не осталось, — продемонстрировал Андрей. — У Саши новый зуб вырос. У Олега сразу два на месте тех, что Тимур удалил. А у меня зуб мудрости, который я лет десять назад вырвал, тоже проклюнулся. Наши раны заживают моментально. Ожоги и порезы не оставляют следов. Мы перестали простывать. И даже Лёва теперь легко переносит морскую качку.
— Выпить и потанцевать завтра устроим, — зевая пообещал я.