Елена протянула руку, чтобы убрать их, задержавшись, поиграла с тяжелым шелком.
— Что они такое?
— Ли Дзюань, — сказал он тоном с оттенком мрака, — может создавать ходячих мертвецов.
На секунду сердце Елены замерло, когда она прочла в глазах Рафаэля правдивость слов.
— Ты ведь не хочешь сказать, что она каким-то образом может на самом деле вернуть людей к жизни?
— Я бы не назвал это жизнью. — Он наклонился, прижав свой лоб к ее.
Скользнув рукой ему на затылок, Елена прижала Рафаэля к себе, пока он рассказывал то, что не знал ни один смертный.
— Они ходят, но не разговаривают. Джейсон рассказал, что первые несколько месяцев своего существования, у них, кажется, остается подобие сознания, вероятно, они понимают кто они, но не имеют власти над возрожденными телами. Они — марионетки Ли Дзюань.
— Милостивый Боже. — Быть запертым в своем теле, понимая, что ты кошмар… — Как она поддерживает в них жизнь?
— Она пробуждает их при помощи своей силы, а затем они питаются кровью. — Голос Рафаэля окружил Елену, заполняя каждую клеточку тела ужасом. — Те, кто старше, кто уже давно возвращен на землю, питаются плотью недавно умерших людей, чтобы сохранять мясо и кожу на костях.
В душе Елены разлился холодок, заставляя все онеметь.
— У тебя тоже будет такая способность?
Глава 7
Рафаэль еще раз пропустил сквозь пальцы ее волосы.
— Наши способности взаимосвязаны с нашей сущностью. Надеюсь, что никогда не буду способен создавать возрожденных.
Дрожа, Елена обняла его за талию.
— У тебя появились какие-нибудь новые способности за последние годы?
Так как она знала его, то осознавала насколько тонка грань, по которой он скользил. Не так давно он размозжил все кости в теле одного вампира, в то время как это жалкое создание оставалось в сознании. Такое наказание Манхэттен не забудет никогда.
— Рафаэль?
— Идем, — он поднялся в воздух.
Завизжав, она переместила свои объятия на его шею.
— Мог бы меня предупредить.
— Я верю в твои рефлексы, Елена. — «В конце концов, если бы ты не подстрелила бы Урама, Нью-Йорк до сих пор бы утопал в крови».
Она фыркнула.
— Это не только моя заслуга. Я помню, как ты кидал в него огненные шары.
— Ангельский огонь, — пробормотал Рафаэль. — Одно касание, и ты мертва.
Они пролетели над смертельно красивым, огромным горным хребтом, окружавшим огни Убежища. Потеревшись щекой о его грудь, она произнесла:
— Меня трудно убить.
— Осторожнее, охотница. — Нырнув, Рафаэль понесся вниз к грохочущему водопаду. — Тебе все еще можно причинить боль.
Они были так близко, она могла скользнуть пальцами по сверкающему великолепию воды, капли, как бриллианты блестели под лунным светом. Изумление вспыхнуло внутри нее.