Неправильно ли, что спину Елены опалило искрами от услышанного, от абсолютного собственничества, промелькнувшего в голосе Архангела, и темной страсти, проявившейся на лице? Скорее всего да. Но Елене было все равно.
Елену волновал лишь тот факт, что теперь она была связана с Архангелом, который считал, будто основные правила изменились.
— Да, — согласилась она. — Мое сердце принадлежит тебе. — В его глазах вспыхнуло удовлетворение. — Но больше ничего, — их взгляды схлестнулись, Елена не желала отступать. — Значит, я младенец по меркам бессмертных. Ладно. Но я все же охотница. Хорошая настолько, что ты нанял меня.
Раздражение сменило страсть.
— Ты ангел.
— С магическими деньгами ангела?
— Деньги не главное.
— Конечно, нет, ты богаче Мидаса, — пробубнила Елена. — Но я не собираюсь становиться твоей маленькой жевательной игрушкой…
— Жевательной игрушкой? — в глазах Архангела заблестели огоньки развлечения.
Елена проигнорировала Рафаэля.
— Сара сказала, что я могу вернуться на работу, когда пожелаю.
— Сейчас твоя преданность ангелам превыше преданности Охотникам Гильдии.
— Микаэла — Сара, Микаэла — Сара, — пробубнила Елена притворно задумчивым голосом. — Ангельская Богиня-Стерва против лучшей подруги, ну и дела, какую же сторону, думаешь, я выберу?
— Но это всё равно не важно, правда? — спросил Рафаэль, приподняв бровь.
У Елены появилось такое чувство, что архангел знал что-то, неведомое ей.
— Почему нет?
— Ты не сможешь привести в действие никакой из своих планов, пока не научишься летать.
Эти слова заткнули Елену. Она впилась взглядом в Рафаэля и упала на подушки, медленно раскинув крылья, на которых цвет безлунной ночи перетекал в индиго, затем сменялся темно-синим и, озаряясь багрянцем, наконец, приобретал сверкающий оттенок белого золота.
Попытка дуться длилась около двух секунд. Елена и угрюмость никогда не были совместимы. Даже Джеффри Деверо, презирающий всё в своей «отвратительной» дочери, не смог приписать Елене этот грех.
— Тогда научи меня, — сказала она, выпрямившись. — Я готова. — Желание летать сдавливало, словно тиски, стало опустошающей душу потребностью.
Выражение лица Рафаэля не изменилось.
— Ты даже не можешь дойти до балкона без посторонней помощи. Ты слабее птенца.
Она видела, как за обладателями маленьких крыльев и тел присматривали те, у кого они больше. Их было немного, но достаточно.
— Убежище, — спросила Елена. — Это безопасное место для ангельских детей?
— Это место являет собой всё, что нам необходимо, — взгляд глаз чистейшего греха переместился к двери. — Идёт Дмитрий.
Елена втянула воздух, ощутив, как искушающий аромат Дмитрия обернулся вокруг нее, заскользил словно мех, секс и распутное потакание желаниям. К сожалению, после трансформации Елена не получила иммунитет к этому специфическому вампирскому трюку.
С другой стороны, это хорошо.
— С одним ты не поспоришь — я до сих пор могу выследить вампира по запаху.
И это определяло Елену как прирожденного охотника.
— У тебя есть потенциал, чтобы принести нам пользу, Елена.