– В девятый.
И, покосившись на Нэйтаса, подтолкнул меня локтем:
– Вам помочь? – встрепенулась я.
И я опять, в который уже раз, пересказала события прошедших суток.
– А ну, Горыныч, давай-ка, расколдовывай. Неча над хорошим парнишкой дековаться12.
– Ну, а ты как хотела. Иномирец же, не привык к нашему нахрапу.
Надо было определиться, на какой поезд садиться.
– Лохматыч! Ты где?
Нэйтас кивнул и протянул мне руку:
– Что?
– Да не переодевалась я. Это – так, мираж, наваждение. Ну, не в лаптях же мне по Москве ходить!
– Сам отдашь, или отбирать придётся?
Когда я закончила, в чат посыпались вопросы. Потом началось обсуждение. Дед Горыныч едва успевал передавать микрофон желающим высказаться. К чести выступавших, все они говорили конкретно и по делу. В результате договорились, что во всех странах объявляется режим повышенной опасности, что обо всех странностях будут сразу сообщать Горынычу, которого назначили координатором проекта, и что присутствующие в обязательном порядке оповестят всех сородичей, не попавших на конференцию. Портреты Гэттора и Стэнна, нарисованные Нэйтасом прямо во время конференции и отсканированные хохликами, были скачаны полторы тысячи раз, и я, наконец-то, вздохнула с облегчением: теперь у меня появился реальный шанс найти Стэнна, где бы он ни был.
Я оглянулась, отыскивая Степана Ильича, но его в катере не было. А ведь я точно помнила, что он сидел позади меня, да ещё в восторге в ладоши хлопал, подскакивая на месте от возбуждения, вызванного такой лихой погоней.
– Очень приятно. А теперь, не могли бы вы ввести нас в курс дела.
– Ладно. Куда идти?
– Зачем спрашивать, когда можно самому всё увидеть? Давай уже быстрей! Надо успеть догнать Стэнна до восьми часов. А то я проснусь и так его и не увижу. У нас всего четыре часа осталось!
Я подбежала к ней. Под кустом, около которого стояла Ефросинья Анисимовна, на траве подсыхали бурые пятна, очень похожие на кровь.
Внезапно окружающий пейзаж показался мне знакомым. Где я могла его видеть? В Интернете? По телевизору?
– Ну, почему сразу «ловушка», – заступилась я за Гэттора. – Ты же сам сказал, что След этот только ты учуять можешь, а Гэттор уверен, что ты убит. Ну, а раз ты мёртв, то и со снятием заклятия можно не возиться. Тем более, что заняться этим вплотную ему Стэнн мешает, преследует постоянно. Так что, нам просто повезло! Ты же сможешь провести нас по этому Следу?
Пока Баба Яга давала историко-географическую справку, ступа замедлила ход и начала опускаться.
Нэйтас кивнул:
Я растерянно оглянулась на Горыныча.
– Что?
– Да ладно, – махнула рукой Ефросинья Анисимовна. – Еды на всех хватит.
– Куда дальше? – спросила я.
– Слезай, деваха, нет их уже. Садись лучше, поговорим, – дед похлопал ладонью по сиденью стула, стоящему рядом с ним.
– Блин! Как не вовремя катер подвернулся! – простонала я. – Уйдёт ведь!
Всё ещё не пришедший в себя после полёта парень торопливо закивал:
И в этот момент я вдруг окончательно перестала верить в происходящее. Ну, Баба Яга и Змей Горыныч – ещё куда ни шло, но майор Пронин…14
[12] Дековаться (народное) – насмехаться, издеваться.
[14] Майор Про́нин – персонаж ряда произведений писателя Льва Овалова, а также многочисленных советских анекдотов и других форм фольклора. Собирательный образ советского милиционера, который часто попадает в невероятные ситуации, выходя из них живым и невредимым.