– О, тут начинается самое интересное! Твои предположения? Давай, все не должно быть просто.
– Все и так не просто!
– Никто не должен разжевывать для тебя все, Лена. Напрягись! Сделай усилие!
– Но как… Как я могу стать Орниксом?
– Стать? Ты уверена, что тебе надо им становиться?
Я замерла в исступлении. Ответ напросился сам собой. Я не сдержала нервного смешка. Затем меня охватил испуг и… Некое чувство, что дарило надежду. Ту самую, за которую до этого момента я цеплялась вслепую. Но теперь… Теперь это было прямо передо мной. То, как я могу выжить. Но какой ценой?
– Я и есть Орникс.
– Браво! Я бы тебе поаплодировал, но ты мои руки уже съела.
– Но как? Точнее почему?
– Ты спрашиваешь, почему самое грозное чудовище было изгнано из этого мира?
– Я не…
– Ты монстр, Лена! Самый опасный монстр, который чуть было не уничтожил все и вся!
– Неправда!
– Еще какая правда, – Люка закивал. – Ты и представить не можешь, что здесь натворила.
– Это…
– Опять начнешь? Невозможно? Так не бывает? – он пропищал эти слова, пытаясь изобразить девочку-дуру, которой, наверное, я сейчас и выглядела. И как после этого я могу быть монстром? В голове не укладывается!
Люка опустил взгляд. От его тела осталась одна только шея и малая часть правого плеча.
– Я… У меня осталось не так много времени, и не так много власти над собственными силами. Ты чувствуешь?
– Что? – с жадностью спросила я.
– Силу внутри себя?
Я прислушалась. Сначала мне показалось, что ничего не изменилось. Все было как прежде. Возможно ли, что колдун просто пытался меня запугать? Но зачем ему делать это столь странным образом?
Но тут случилось невероятное, я почувствовала тепло. Сначала нагрелась правая ладонь, затем левая. Тепло разрасталось, превращаясь в жар. Затем появился пар. Легкие маленькие клубы стали отходить от кожи, а после они начали светиться. От моих рук исходил свет, яркий, чем-то напоминающий солнечный, но гораздо чище, белее. Я не верила своим глазам, вместе с тем испытывала нечто просто потрясающее. Словно я вышла из привычных рамок обычного человека и стала чем-то, что было гораздо больше. Тем, что было сильнее.
– Я исчезаю, – Люка смотрел на меня с завистью и ненавистью одновременно. Это была его магия. Его сила. И держала ее в руках сейчас я. – Но кое-что я все же сумею тебе преподнести напоследок. Маленький дар, – я уставилась на него: разве мог он подарить мне еще что-то? – Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор прежде, чем эта тварь пробудится, Лена.
Призрачный Люка бросился прямо на меня и тут все вокруг растворилось в уже знакомой мне тьме.
Глава 22. Сказка о чудовище
Я стояла в темном углу обшарпанной горницы. Свет от лампад еле касался моих ног. У дальней стены стояла деревянная кровать без спинок. На ней лежал рослый мужчина. Косая сажень в плечах, густая черная шевелюра. Он был красив, статен. Он почти не шевелился, но его крепкие руки не давали даже на секунду усомниться в своей силе. Только взгляд выдавал больного. Те самые опустошенные глаза, в которых медленно угасал огонек жизни. Я уже видела такие, когда умирала моя бабушка. Болезнь медленно съедала ее изнутри, и к моменту, когда жизнь уже почти покинула ее тело, она смирилась с неизбежным, а вместе с этим и пришла та самая пустота.
– Пап, – в комнату вошел мальчик.
Это был Люка. Немного старше, чем в моем прошлом видении. Он медленно приблизился к кровати отца и остановился в паре шагов. Он сжал руки за спиной, нервно перебирая пальцы. На его лице читалась грусть, но он не был охвачен паникой и страхом. Нет, он тоже смирился. Хотя и старался этого не признавать.
Я понимала эти чувства: мысленно уже похоронить того, кто еще жив, но уже на грани – не самое лучшее, к чему можно прийти рядом с неизлечимо больным. Но, как бы это ни прозвучало, это помогает. Помогает тебе смириться на какое-то время с тем, что ты потеряешь дорогого человека, только… Когда это все же происходит на самом деле, ты вдруг оказываешься к этому не готов. Парадокс. Но это так. Пережить потерю в мыслях и испытать ее наяву – разные вещи. Можно опустить руки, якобы перестать надеяться, но, когда их по-настоящему отдергивают вниз без права «подождать еще день, хотя бы минуту», это уже другое.
– Подойди ко мне, сын, – тихо произнес мужчина.