— Ты такой взрослый…, сын, — выдавил из себя Андрей, и развернувшись, направился к выходу, — пойдёмте в машину, там и поговорим.
Стас и Тереза, пробиваясь сквозь толпу, еле поспевали за ускорившим шаг Андреем.
— Тётя Тереза, я не знаю о чём с ним говорить, — произнёс Стас, не знаю даже как его называть — папа или дядя Андрей.
— Попробуй называть папа.
— Какой же он мне папа, если я его впервые в жизни увидел?
— Ну, формально — он твой отец. Ты же носишь его отчество?
— Это не о чём не говорит.
— Ты прав, конечно, но другого выхода нет. Тебе здесь придётся пожить какое-то время, и без общения не обойтись.
— Хорошо, я попробую, — согласился Стас.
Они выбежали на улицу, прикрывшись от дождя куртками, и пошлёпав по лужам, впрыгнули в открытые двери припаркованной машины.
— Давненько такого дождя не было, — сказал Андрей, поворачивая ключ в замке зажигания. — Сильно промокли?
— Терпимо, — ответил Стас, — а мы куда сейчас, к вам или в гостиницу.
Андрей повернулся назад, и пристально посмотрел на сына, стараясь не отводить в сторону глаза, тот тоже смотрел на него не моргая.
— Не называй меня на «вы». Хорошо?
— Хорошо, дядя Андрей.
— Стас, — строго произнесла Тереза, — мы же договорились.
— А я вам сказал — постараюсь, но пока не получается.
Андрей нажал на газ, и машина рванула с места.
— И всё же, мы куда едем? Домой к… тебе или в гостиницу? — не унимался Стас.
— Домой не получится… Я снял квартиру неподалёку, — ответил Андрей.
— Почему?
— У меня семья… Они не знают о тебе… Мне нужно сначала подготовить их… Всё так неожиданно получилось…
— Вот видите, тётя Тереза… Семья… Нужно подготовить… Всё так неожиданно… А вы говорите папа… Зря мы приехали.
Андрей резко затормозил, и свернул на тротуар.
— Стас, зачем ты так? Я же со всей душой. С открытым сердцем. Я не знаю, что сказать тебе, не знаю как смотреть на тебя, я чувствую себя виноватым во всём, а ты ещё подливаешь масла в огонь. Да, я не могу тебя представить семье, потому что не знаю, чем это может закончится для меня. Поэтому, прошу, не разрушай мою жизнь. Я сделаю всё что захочешь, обеспечу тебя деньгами, только умоляю, не становись между мной и моей семьёй. Я очень любил твою мать, но я не мог представить, что новая любовь будет сильнее… А я оказался слабым, да ещё и трусом. Ты не представляешь, каково мне сейчас всё это говорить.
— Ладно, поехали, — спокойно сказал Стас, положив руку на плечо Андрея, — я больше не буду.
Маленькая квартирка, которую он снял, специально для Стаса, была в паре кварталов от дома, можно было через минуту, под любым предлогом, оказаться здесь, вышел купить свежую газетку, или в магазин за пивом. Очень удобно. Главное — сохранить тайну его прибывания. Холодильник был забит продуктами, а на столе лежал буклеты с достопримечательностями Будапешта.
— Располагайтесь, — сказал Андрей, запирая дверь, — Тереза, ты тоже можешь пока пожить здесь. Есть две комнаты. Ты же не будешь возражать, Стас?
— Нет. Я сам хотел это предложить. Мне тяжело будет без знания языка. Я так понимаю, что ты будешь приходить не часто.
— Так как это будет возможно. Я ведь работаю…, — он многозначительно посмотрел на Терезу, и едва заметно покачал головой…, — на телевидении.