— Здравствуйте, люди добрые! — поклонился старик. — Слышал я, о чём спор у вас. А чтобы зря не спорить, не ругать Урожай понапрасну — вот вам три яблоньки. Посадите их и ждите: через год я снова приду к вам в эту пору и скажу, почему Урожай не ко всем поровну ласков…
Тряхнул старичок льняной бородой, тронул усы пшеничные и дальше отправился.
Долго молчали изумлённые Иваны: сам дед Урожай к ним приходил, разговаривал с ними.
…Стали поутру яблони сажать.
— Вот беда, — ворчит Иван-дымокур, — лишнее дело на меня свалилось. Эдак и покурить не успеешь.
Кряхтел он, кряхтел, ворчал он, ворчал, но всё-таки посадил яблоньку у себя в огороде. Очень уж ему хотелось угнать, почему к нему Урожай неласков. А посадил-то как: копнул лопатой ямку, ткнул в неё деревце, засыпал корни кое-как и даже не полил. Умаялся бедняга! Снова под куст дымить завалился, да так о тех пор и не подходил больше к яблоньке.
Иван-певун у себя в саду с песней яблоню сажал:
И после он приходил к ней. Иногда землю лопатой копнёт, иногда лишнюю ветку обломит, а чаще всё около неё песни пел. Красивые, ласковые песни:
Слушали люди и думали, вот как любит Иван-певун свою яблоню, вот как он заботится о ней. А бедную яблоньку в это время то червяки, то тли всякие грызли, то паутиной её затягивало, то мучилась она в жаркие дни от злой жажды. У Ивана же до дела руки не доходят. Вот и стоит его яблоня песнями обласканная да неухоженная, не сирота как будто, а сиротинушка.
А третий Иван встал в то утро раньше всех, вместе с солнышком, и понёс свою яблоньку в колхозный сад.
Выкопал там глубокую яму, положил плодородной земли, полил как следует и только тогда посадил яблоню. А вместе с ней посадил ещё много-много яблонь для колхоза. Сел потом Иван-садовник на трактор, вспахал, забороновал землю в колхозном саду, чтобы легче корешкам дышалось, чтобы больше воды было в земле от долгих осенних дождей.
А на зиму укутал садовник все яблоньки еловыми ветками, чтобы зайцы у них стволы не погрызли. Много пришлось потрудиться.
Пришла весна. Ещё больше принесла она хлопот садовнику Ивану. И ветки подрезать надо, и с червяками-листогрызами воевать, и ульи пчелиные в сад надо вынести — с зари до зари трудился садовник в колхозном саду. Только и слышно, как в саду машины гудят, как пчёлы жужжат, как Иван с яблоньками разговаривает.
Растут его яблони, поднимаются, соком, солнышком наливаются. День и ночь трудился Урожай на полях и в садах колхозных.
Вот и осень пришла.
Явился Урожай к трём Иванам.
— Ну, соседушки, — сказал он, — вот я и урожай принёс вашим яблонькам.
— Вот хорошо! — говорит Иван-дымокур. — А уж мы заждались, я давно кадку приготовил — яблоки на зиму мочить. Давай быстрее…
— Погоди, Иванушка! Покажи-ка лучше свои руки. Я ведь каждому из вас по рукам вашим урожай приготовил.
Показал Иван-дымокур свои руки. А руки у него пухлые, нежные, только закоптились малость от табака.
— Вот тебе твой урожай, — сказал сурово дед и повесил на дымокурову яблоню самое мелкое, самое кислое яблочко.
Не пригодилась лентяю кадка!
Показал певун свои руки. Белые у Ивана руки, чистые, лишь одна маленькая мозоль желтеет.
Вынул Урожай из мешка яблоки чуть покрупнее и развесил, их на яблоне Ивана-певуна.
Попробовал Иван одно яблоко и говорит:
— Вот всегда у меня такие яблоки пресные.
А когда глянул дед Урожай на мозолистые и все в ссадинах руки третьего Ивана, то поклонился ему в пояс и сказал:
— За твои мозоли, за труд твой каждодневный, за ласку твою к яблоням, все самые хорошие яблоки — тебе. Где же твоя яблоня?
Пошли они в колхозный сад. Искал-искал Иван яблоньку, да так и не нашёл ту, которую ему дед подарил: он ведь за всеми яблонями одинаково ухаживал.
— Эти яблони все мои, — говорит Иван. — Мои — колхозные…