– Если, конечно, смогу надеяться, что новый глава клана Торету не будет раскачивать чашу весов, заключая сделки с самой Ночью, – Валет нахмурился и кивнул совершенно серьезно. – Ну и, в качестве личного одолжения, не станет преследовать одного отрекшегося вампира, – добавил я.
– Красиво, не правда ли? – раздался сзади приятный баритон.
– Нежно с ней нужно, а то обидится и пальцы тебе обкорнает! – рявкнула я и отвернулась. Все же мне было неприятно, что кто‑то посторонний касается Ниары. Сроднилась я с ней. Наверное, когда Тиму по сопатке съездила. Делимору без проблем отдавала, а тут что‑то рука дрогнула.
Лес неприветливо шумел и прицельно ронял шишки, хвою и сухие ветки, пока путники пробирались сквозь него. Возглавлял шествие словно родившийся в лесу Джефри, без устали травивший совершенно немыслимые своим бредовым содержанием байки. О том, как в Гасторгиевой Пустоши его преследовали мутанты, горящие желанием полакомиться его плотью, а он, имея немного времени, построил из грязи игральный дом и обыграл их всухую до такого состояния, что бедные мутанты в конце клятвенно обещали ему отдать всех своих жён и дочерей, а также возвести грязевой памятник Великому Джефри. Потом он сбился и начал рассказывать другую историю. Суть её сводилась к тому, что он в погоне за сокровищами оказался в Подводном царстве Бога Черепах и ради обретения богатств согласился взять замуж его дочь – Принцессу Черепах. В брачную ночь он стащил со своей невесты панцирь, набил в него сокровищ, каких только мог, влез в него сам, затем спёр светленький парик с какой‑то модной короткой стрижкой и под видом Принцессы Черепах покинул дворец. С тех пор он, Джефри, боится купаться где‑либо, кроме ручьёв и речек… В общем, слушать подобные истории означало добровольно лишиться разума и стать таким же, как Джефри. Поэтому буквально после третьей байки Моргана отключилась и шла за ним (увы, ей не посчастливилось быть второй) просто по инерции…
От такого мудрёного словосочетания Моргана невольно вздрогнула и захлопала ресницами, чем тут же привлекла внимание брюнета, судя по всему, исполнявшего здесь главенствующую роль.
– Хор‑р‑рошо, хор‑р‑рошо. Пусть так, – фыркнул Сириус, – но ты‑у забываешь, что там тоже не маркизы какие, а сильнейшие игроки всего мира собираются. И не только нашего, между прочим. Ну, куда тебе‑у, Ася, с ними тягаться? Да и что за желание у тебя‑у такое может быть, чтобы в эту авантюру ввязываться?
И мы скрестили клинки. Ниаридесс и Лейдринигол задрожали, заплакали, оскорблено зазвенели изнутри, брезгливо зашипели на тьму Хазвинардесс. А потом с остервенением набросились на врага, словно само существование черной сабли было для них неприемлемо. Я металась и кружилась, уворачиваясь от опасного оружия некроманта, но шанс нанести ему удар все никак не представлялся.
И что именно эта дриада здесь делает? Я села на ближайшую скамейку и стала поджидать Диану. Девушка меня заметила и уже через пару минут сидела рядом со мной, а восторженная толпа наблюдала за танцем качественной иллюзии.
– Заткнись, извращенец! – с трудом выдохнул я. – Эту девочку спасать нужно!
Я начал тихо закипать. А вот не надо так смотреть на моих друзей! Да еще ребенка Она мне здесь пугать будет! О собственном решении относиться к Догу, как к молодой девушке, я, разумеется, начисто забыл, и когда Этернидад снова одарила меня своей обольстительной улыбкой, пылал праведным гневом. Повелительница удивленно расширила глаза, снова повернулась к Догу и изучила его уже боле внимательно.
На этот раз вздрогнул уже Винсент. Дернулся, тихо выругался. Граф положил руку ему на плечо.
– Где хозяин? – коротко спросил Хас, и Рику показалось, что слова дались ему с трудом.
– Ты не будешь скучать без меня?
Я удивился. Кевин, похоже, тоже. Да и остальные как‑то очень недоуменно уставились на лорда.
– Готово, – выдохнул Хасс и резко отнял, точнее, отлепил пальцы от висков Морганы.
– Хороший мальчик, – я фыркнула и отошла от парня подальше. У меня уже голова скрипит от такой загадочности. Чтоб их всех херк сожрал!
– Нашла тоже северную лисицу! Еще я гор‑р‑ржетку из себя не изоброжа‑ул! – возмутился Сириус. – У меня‑у, может быть, с этим тяжелые воспоминания детства связаны! У меня‑у маму на кроличью шапку порешили!
– Спускайся, – почти приказал Делимор, глядя на висящего в воздухе побледневшего паренька.
– Ты хочешь знать, как они погибли? – печально спросил Ша‑Нор, и я кивнула. – Кериад был пробой сил. Арий – сильнейший повелитель, но и он не смог бы справиться в одиночку с красным драконом. Поэтому, в дом моих родителей отправилась целая команда: сам Арий, сестра‑близнец Тима Мит, обладающая, как и ее брат, слабым, но редким и ценным даром останавливать и обращать вспять короткие промежутки времени, и страдающий имперскими амбициями Реймон, который собственно, и собрал вместе их всех, а так же еще нескольких повелителей. Те, правда, были намного слабее Ария, поэтому права участвовать в первом походе не удостоились. Наверное, они долго следили за Кедом, раз точно знали, когда и где его можно застать неподготовленным. Наш дом, по его собственным словам, был одним из немногих мест, где твой брат позволял себе расслабиться. Реймон устроил нападение толпы зомби на мою семью, и твой брат, чтобы защитить их, перекинулся. Мит крутанула время, и никто даже не успел понять, когда Арий начал брать под контроль дракона. Но Кед был очень силен духом, повелителю пришлось прикладывать максимум усилий к его обузданию, а отвлекать отца с матерью достаточно долго у Мит не было сил. Зомби‑то все сгорели в драконьем пламени. Когда девчонка ослабла, мать ее просто прирезала. Кериад тем временем не поддавался повелителю. Он метался и буйствовал, пока ударом хвоста не снес Ария, и тот, весь переломанный, отключился. Но тут подоспел с кладбища, где он поднимал покойников, Рей. Увидев, что Мит, в которую, подозреваю, он был влюблен, мертва, некромант просто обезумел. Иначе я никак не могу объяснить, откуда у него взялись силы на Волну Смерти. Мало кто рискует, да и просто умеет использовать это заклинание. Реймон же не просто уничтожил все живое в радиусе сотни метров, но еще и каким‑то образом вытащил полудохлого Ария.
– Сначала достать Белые доспехи, потом отправляться в мир Кевина.
Я дернулась, и выброс ушел в потолок. Ну, и кто тут у нас без очереди в покойники лезет? Полукровка!
– Альпинисты, – повторил Дог и улыбнулся. – Но они все равно не помогут. Авиация… – тут глаза его расширились. – Ну конечно! Как же я сразу не подумал! – воскликнул мальчик и… исчез.
Тут я не выдержал и решил проявиться, пока они совсем друг друга не поубивали. Правда, они на меня внимания не обратили. Клубок из кота и звездочета катался по полу и не слишком беспокоился о том, что может ненароком снести одного маркиза. На всякий случай я взлетел повыше и завис, предпочитая наблюдать сверху и не быть втянутым в разборки. Минут через пять Аль решил применить запрещенный – магический – прием, и я понял, что коту может не поздоровиться. Поэтому, недолго думая, применил свое новое умение и окатил их холодным душем. И заслушался. О‑о‑о! Как они костерили меня на два голоса!
– Так ты слышал наш разговор? – вяло удивился Рик.
– Я не верю в женскую дружбу. Тем более имея таких братьев, как мои, всегда приходится гадать, из‑за чего девушки общаются со мной – из‑за меня, из‑за того, что я им интересна или только для того, чтобы быть ближе к моим братьям.
Был уже вечер, так что проехали мы совсем немного и остановились на ночлег в небольшой рощице возле деревни. Ну, то, что туда не заехали, было понятно – вампиров мало где любят, а вот по какой причине остановки в каком‑либо населенном пункте избегали рыцари, я до сих пор не понимала. Уже не помню, когда в последний раз спала под крышей. Надеюсь, на подъезде к Мирторгу никто не решит ночевать у городских стен.
– А‑а, ничего, так, – спасибо Изаху, обучил меня общему языку, который был введен на Эгее с незапамятных времен. – Ты кто такая?
Ну, и так далее. Я сама всё знаю, зачем мне объяснять, как столетней девочке!
– Хорошо, что ты не дал ему никакого ответа, – сумрачно пробормотал Скотт, поднимаясь с земли.
Элла пересчитала монеты и указала на дверь.