– Взаимно.
…Моргана не хотела этого слышать и видеть сейчас.
– Ты все‑таки набрался наглости прийти, Первый Узник, – голос из‑под серого капюшона звучал как‑то странно, непривычно. Венн вздрогнул. – Мы ждали. Мы всегда знали, что дождемся.
Остальные тоже наконец обратили внимание на солдат и вскочили с мест. Делимор быстро окинул взглядом их группу, пытаясь понять, кого не удивило появление карательного отряда. По холеному непроницаемому лицу князя понять что‑либо было невозможно, а маг прятал свое под капюшоном. Тем не менее, оба явно готовились к схватке. Бессмысленной схватке. Потому что ни князь, ни он сам, ни оба они вместе не смогли бы эффективно противостоять такому большому отряду. А магистр едва ли справился бы с архимагом Девариусом, маячившим за правым плечом Рудвалга. Глаза бородача сверкали азартом предстоящей схватки. Лица Генриха Эрмот видеть не мог – тот стоял к нему спиной.
Боясь в последний момент уронить что‑то с тяжелого подноса, лорд осторожно толкнул ногой дверь комнаты Кевина и сделал несколько шагов внутрь.
– Наверное, не успел, – успокоила его девушка. – Насколько я знаю, больше всего он рассказал Винсу. Если Ася занят, вы можете спросить у него, граф. А я тоже не в курсе.
– Да уж! Ты как улыбнешься! – это уже Лера.
– Можно, только осторожно, – я протянула ему свой меч.
– Тогда ему придется иметь дело с нами.
– Извини, друг. А что это у него на поясе? – спросил Дог, не слишком обращая внимание на кошачье раздражение.
От упоминания дальнего родственника я пришла в себя. Я лежала в шлюпке, а прямо надо мной была радостная морда Реймона.
– Не с теми возможностями, которые у нас есть сейчас. Но это еще ничего не значит. Я все никак не смог выяснить у Аля, каким образом мы вообще должны попасть в любой из миров вашей галактики. Темнит он что‑то, уходит от темы.
– Дог… эм… – граф явно был растерян, – а что такое это… это… авиация?! И эти… как ты сказал? Аль… аль…
– Силе‑ун ты орать, в" Асилий! – с уважением покосился на меня кис.
Лера, тем временем, сделала попытку наброситься на Винсента, но вдруг оказалась спеленута воздушной тюрьмой. Подозрительно знакомой воздушной тюрьмой. И лично я сейчас ее не создавал. Я, конечно, дурак, но не настолько. Она же еще громче визжать начала.
– Сыр! – застонал я, отшвыривая когтистую лапу, выдирающую остатки моих волос. – Ты что творишь, изверг?! Хочешь, чтобы и эти пряди к тебе приросли?! Трехцветности недостаточно?
Вампир так ничего и не успел ответить – корабль резко тряхануло.
Он вскочил с кресла, забыв о возрасте, но сразу же схватился за поясницу. Радикулит не дает о себе забыть даже магам. С трудом выровнявшись, отбросил одеяло на пол и направился к двери. В своем удивлении он совсем забыл, что ему необязательно пешком спускаться с башни, чтобы попасть за ее стены. Постоянно бубня себе под нос: "Кто‑то прошел круг", – он вышел из комнаты и начал спускаться по винтовой лестнице. По ней уже много веков никто не ходил, благо она каменная, а не то сгнила бы давно. Стены, густо поросшие мохом, приобрели зеленовато‑серый оттенок. Пауки, до этого безраздельно здесь царствовавшие, разбежались по углам. Магу буквально приходилось продираться сквозь паутину, каждый шаг отдавался болью в пояснице, но об использовании магии он совсем позабыл. Наконец он дошел до двери, с трудом ее открыл (петли давно заржавели) и увидел лежавшего на ступеньках молодого парня. Взгляд мага пробежался вокруг, остановился на заклинании, вернее, на том, что от него осталось. Старик замер в оцепенении, не веря своим глазам. Парень не просто преодолел защиту, он ее уничтожил. Он, как зачарованный, прошел мимо лежащего юноши, туда, где, когда‑то был начертан Круг Чистоты. Изах сам создал эту преграду и был уверен, что для смертных Круг непреодолим. Заклинание было полностью разрушено, только клочки остались от когда‑то искусно сплетенного узора волшебных нитей. Отшельник оглянулся назад: неизвестный не подавал признаков жизни. Чтобы так разорвать на куски подобное заклинание, нужно быть сильнейшим магом, а в ауре парнишки нет и намека на присутствие силы, не говоря уж об Искусстве. Все еще испытывая непомерное удивление, маг нагнулся к лежащему вниз лицом парню и с трудом перевернул его на спину. Обычный молодец, даже, скорей, юнец. Он, не считая обморока, не имел никаких видимых повреждений, что было просто невероятным после борьбы с заклинанием такого уровня. Ан нет, развалился здесь, словно отдохнуть прилег. А лицо, как у спящего ангела – спокойное, умиротворенное. Маг в недоумении почесал затылок и почувствовал, как холодок пробежал по позвоночнику. Он передернул плечами, убеждая себя, что это от холода.
– Забудь! – вопил ректор. – Никто тебе в этом не поможет!
– Ты Дог? Ты мне не снилась?
Внезапно она улыбнулась мне, отчего я совсем растерялся. Не ожидал от себя подобной реакции на такое простое действие. Все‑таки, когда ты влюбляешься, становишься конченным идиотом, и это не может не огорчать. И почему она такая красивая?
Ученица вампира тут же подхватила Киниаду под руку, отвела в сторонку и тихо что‑то заговорила, продолжая хихикать. Через минуту хохотали уже обе, косясь на бессознательного великого мага.
Никогда не любила сражаться с нежитью и даже смотреть не хочу, как Реймон будет ней разбираться.
– О тебе, маркиз в" Асилий де Карабас – пожалуй, нет, а о подданном Ночи – запросто.
Я обалдело уставилась, пытаясь понять, как это произошло, и пришла к выводу, что сработал какой‑то скрытый механизм. И тут до меня дошло, что меня впервые в жизни назвали парнем. Это при моей‑то внешности и формах! Я почувствовала, что начинаю закипать. Подавшись вперед, я сквозь зубы процедила, даже не заметив, что без усилий заговорила на его языке:
"Остановим бесчеловечную тиранию членистоногих! Скажем своё решительное "нет" завоевателям! Дадим им п…па башке!" – раздался где‑то поблизости крик Джефри.
– Это ваша, Кинада, такая злючка! Как вы её терпите?
Велиалова писулька покорно вспыхнула, а вампир взвыл и сначала, схватившись за горло, шарахнулся в сторону, а потом начал надвигаться на волшебника.
Маркиз наш ничего не подписывал. К тому же меня вдруг осенило, что я даже не в курсе, что он собрался ставить. Те же мысли большими буквами были написаны на лицах моих спутников. Ай да мы! Ай да команда! Хороши, ничего не скажешь! Оправили человека играть ради спасения нашей галактики, а сами даже не удосужились поинтересоваться, чем он рискует!
– Да так, ерунда. Кракен должен сейчас напасть, – пока Тим недоуменно таращил глаза, я схватила его за руку и потащила поближе к Реймону, решив, что местечко, где можно спокойно отсидеться, я херк найду, а Темный, вроде как, благоволит парню.