– Эй, кот! – окрикнул я.
– Называй меня‑у, пожалуйста, Сир, – ответил усатый, аккуратно промокнув морду салфеткой.
– Ага, слушаюсь и заикаюсь – огрызнулся я, но допрос продолжил: – Неужто ты жил у кого‑то из тех дворян‑заговорщиков, что совсем королевскую власть не уважают, да всякие насмешливые имена тварям, вроде тебя, дают?
– Сир – это сокращение от Сириус. Что ж тут странного‑у? Это, между прочим, признак доверия и дружбы, раз я‑у тебе уменьшительно‑ласкательным именем себя называть предлагаю, – обиженно проворчал кот.
– Ну да, ну да, – я хихикнул. – Всего лишь сокращать до королевского обращения какое‑то собачье имя. Обойдешься.
– Да это не мое‑у имя вообще! Я‑у своего и не помню вовсе. Это Аль мне‑у такое погоняло дал. Действительно, собачье какое‑то, – кис печально покачал головой, но потом мечтательно вздохнул: – Зато, как звезду…
М‑да! У него, кроме великосветских манер, еще и болезнь звездная. Но манеры меня интересовали больше. Интересно же, где набрался.
– А серьезно, друг мой клетчатый, ты что, раньше в дворянском доме жил?
Сириус возмущенно пошевелил вибриссами и промурчал:
– Видел я‑у, котообр‑р‑разных этих, холеные такие, жирр‑р‑рненькие. Под хвостом фекалии висят, аки бусы. Мне в пору и обиду на тебя в" Асилий за подобное мяу‑сравнение затаить…
Я вспомнил нашего придворного Дермибидона IV и усмехнулся точности описания. Действительно, этот кот был настолько толст и малоподвижен, что скорее походил на пушистую подушку, нежели на что‑то немного живое.
– Ну да, – согласился я. – За такое сравнение я и сам бы обиделся. Просто уж очень ты ловко когтями, как столовыми приборами управляешься.
Грызун произвел на Повелительницу ошеломляющее впечатление. Настолько ошеломляющее, что все просто согнулись, зажимая уши.
– Стоп‑стоп‑стоп! – встряхнулся я, наконец, сообразив, что он только что сказал. – А драконы‑то тут причем?
– И что тут неясного? Просто меня хотят заставить превратиться в дракона, в целях самообороны.
– Мо‑ужет, – констатировал он через пару минут.
– Что?! – взревел я и схватился рукой за макушку. Шевелюра, хоть и невесть какая, была на месте. Я провел рукой вниз, к шее, и почти сразу нащупал пятачок гладкой кожи.
– Обменялись они‑у с Алем, – обиженно пробурчал кис. – Зайценосный наш что‑то в залог оставил, а договор магией скрепили. А Аль залог посеял. Вот и весь сказ.
– Это вот эти, что ли – подмога? – фыркнула я в сторону жавшихся за спиной Ша‑Нора эльфа, паладина и мага. И, херк, типа я специально по мирам прыгала, а?!
– Ну, почему! – обиделся я. – Меня, между прочим, в четырнадцать лет ко двору представили, даже пажом сделать хотели. Да только я уже тогда понял, что не моя это судьба. Сбежал из родительского дома, сам в Академию отправился.
– Ну что ж, потанцуем, покойничек! – ухмыльнулась я.
Все сразу встало на свои места. Уже спустя пару минут оба почтенных мага сверзились с развоплощенного дерева, лестница снова стала самой собой, после чего мы перетащили потерпевших ко мне в комнату (не напрягаться же, таская их вверх по ступенькам!) и аккуратно складировали на полу.
– Это ничего, что готовить не умеешь, – по новой начал Кевин, в который раз подходя к ней сбоку и бодрым аллюром вышагивая рядом, – у меня одна знакомая тоже готовить не умеет, зато в пос… – поймав на себе взбешенный взгляд отчего‑то ставших ярко‑красными глаз девушки, он резко оборвал начатый монолог. На этот раз надолго.
– Интересно, интересно… – задребезжал у меня над ухом голос Аля, и я невольно вздрогнул – не заметил, когда он вернулся в башню. – Вампир‑отступник нравится мне все больше, вьюнош. Поверь, он, дитя Ночи, знающий ее, как никто, станет тебе отличным спутником и проводником.
– Быстрее всего мы доберемся до Эрской гряды по реке, – да, такую глупость мог предложить только эльф. Спускаться по Драконьей крови? Самой бурной и опасной реке континента, да и еще сейчас, в летний период, когда оттуда выползает самая разнообразная и мерзкая нечисть Эмира?
Парень таинственно улыбнулся.
Кевин обернулся и увидел стоящую в дверях спальни Моргану. Она была в черной рубашке с перламутровыми пуговицами, на шее покоилась золотая цепочка‑шнурок с маленьким кулоном в виде стрелы; на запястьях – парные браслеты‑змейки. Черные брюки заправлены в высокие сапоги; на плечи накинут багряный шерстяной плащ. Он хорошо гармонировал с темно‑каштановыми, спускавшимися до плеч волосами, которые слегка вились у кончиков.
– Пи‑и‑и‑хи‑и‑и! – задохнулась от счастья мышь и постаралась прижаться к коту бочком.
– Ага, – прокомментировал сие действо Рик и выдал дежурную фразу: – Удачная покупка… с вами приятно иметь дело.
Старик пожал плечами и подошел к зеркалу, в нем отразился старый нестриженый, нечесаный, небритый, с воспаленными глазами человек. То есть, точная копия мага. Он еще немного постоял, не шевелясь, а потом, иронически приподняв свои кустистые брови, отошел в сторону, освобождая мне место.