Карабас и Ко.Т. Как исправлять ошибки (полная версия): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Ты с ней наплачешься, маркиз, – сообщил Винс, входя в башенный кабинет.

Кис зашипел, зарычал, но возразить было нечего, да и наши физиономии, наверное, выражали непреклонность.

Одно неуловимое движение, и вот Она уже стоит вплотную.

– Конечно, не буду! У меня куча дел, которые вечно откладываются по твоей милости.

– Ну, на Киниаду.

Первым чувством при пробуждении стали уже привычные разочарование и обида на весь мир. Нет, ну сами посудите! Я, весь из себя очередным образом апгрейднутый, лежу на холодном жестком полу, в бока мне впивается что‑то острое – битая посуда, похоже – а эти гады мирно трапезничают. Уютное позвякивание столовых приборов, божественные ароматы каких‑то неизвестных мне блюд и тихая, дружеская застольная беседа. Но тут я понял, что не внезапное согласие кота с новоявленными героями меня так раздражает. Мне снова что‑то пригрезилось, что‑то значимое, а я не мог вспомнить сна. Беспокойство о воспоминании, казавшемся очень важным, смешивалось с печалью и неудовлетворенностью от того, что я опять бездарно забыл встречу с со своей богиней. Словно я предал Ее… Или Она меня… Сердце защемило тем самым беспросветным одиночеством, что обитало в мире белой пыли, в мире, где я встретил Ее впервые. Мне захотелось произнести ее имя, позвать, но память снова подло прятала его от меня. Я почувствовал себя никчемным глупцом, бесполезным балластом на обочине жизни, занозой в гладкой ладони мироздания. Я снова прошел мимо тайны. Главной тайны. Возможно, самой главной в данный момент. Я что‑то упустил и, тем самым, может быть, обрек нас всех на поражение. Я был жалок и беспомощен, но именно я должен был отвечать за всех них, чтобы мы смогли достичь некой цели, прийти к победе. Но за Нее, не знаю как, я отвечал тоже. А я…

Вскоре я поняла, что рисунок – это ряд странных символов, которые переплелись между собой, и состоят они совсем не из пыли, вернее из пыли, но только живой. Невероятно, но, кажется, факт. Они все быстрее и быстрее кружились в своем безумном хороводе. И так по кругу, по кругу они незаметно переместились ко мне, и я оказалась в самом центре сумасшедшей пляски. Все вокруг исчезло, кроме серой пелены, не стало студентов и преподавателя, грязной аудитории, не осталось ничего. Не знаю, как чувствуют себя люди, попавшие в торнадо, но, думаю, примерно так же. Меня закружило с такой бешеной скоростью, что я перестала ощущать свое тело, а вскоре, и свое сознание. Даже не почувствовала, когда оно распалось на мельчайшие частицы, растворяясь для того, чтобы переродиться в миллион оживших пылинок и слиться вместе с ними в безумном танце, соединиться с их общим разумом. И вот то, что еще недавно было мной, безошибочно повторяет движения вместе с остальной живой массой. Теперь, осознав наконец значение всего этого представления, последние искры затухающего сознания протестующе завопили: "Они не имеют права!".

– Да уж! Еще не хватало, чтобы вские‑у грызуны мелкие даром речи владели‑у! – гордо вставил Сириус. Мышь обиженно прикрыла мордочку лапками.

Так, кстати, а где наш паренек? Ага, вот сидит, молчит. Странный он мальчик, уж чересчур незаметный. Такое ощущение что нет его и, вообще, непонятна цель Тима в этом и без того странном походе.

– Здесь привал, говорю.

– Правда?! – по лицу Фелла разлилось неземное блаженство.

– Не так уж много, но я бы не сказал, что недостаточно.

– Я его учу магичить, а не задницы вышестоящим лизать! – мы с Творожком подскочили на месте: дверь от удара чем‑то тяжелым мелко задребезжала.

– Ну, как хочешь, это твое дело, мне все равно. А у него есть какое‑то значение, или это просто кличка? – маг так резко сменил тон, что я растерялась и не сразу поняла, о чем он меня спрашивает.

Я задумался.

Больше не сопротивляясь, Моргана положила руку на каменную плиту, готовая сделать все, что угодно, лишь бы снова не подвергнуться ментальной пытке Хаса.

Я задумчиво посмотрела на огрызок яблока в моей руке. Есть все равно хочется…

– С чего‑у бы?

– Отвянь, заступничек! Он меня всю дорогу за нос водил! – второй камень отправился вслед за репликой – паладину.

– О магах? – маги еще какие‑то откуда‑то… А папа, часом, умом не того… после подчинения‑то…

Я начала медленно возвращаться к реальности, в голове шумело, мышцы сводило судорогой, кости ломило, во рту был привкус железа, но зато жива, а это уже хорошо. Постанывая и держась за начавшую болеть голову, я попыталась сесть, но мне это удалось только с четвертой попытки. Как же я ненавижу болеть весной! Я открыла глаза и тут же снова зажмурилась от яркого солнца. Что за черт? Очень осторожно я снова приподняла ресницы. Вокруг буйствовала роскошная тропическая зелень.

– Что нельзя‑то? – фыркнула драконица. – Сначала объясни, а потом уже вместе решать будем. Ты здесь не царь и бог, не тебе одному за всех думать!

Я тяжело вздохнул. Почему‑то Зеркало казалось мне печальным, и очень хотелось его как‑то успокоить, приголубить. Я нежно провел пальцами по сколу. Порезаться я не боялся, словно понимал, что старинный артефакт не станет без повода причинять мне вред. Но что‑то кольнуло, хоть и не острым краем скола, и не от зеркала исходило это ощущение. Я внимательно изучил свои пальцы, потом край стекла, ничего не увидел, пожал плечами, заглянул на обратную сторону. Сзади Зеркало крепилось к доске, а уже к ней – подставка. Только теперь я заметил, что доска эта рассохлась и кое‑где проедена до дыр мышами. Внизу, где сильнее всего пострадала амальгама, от дерева вообще почти ничего не осталось. Снова поднялась злость на мышь, как бы там Сириус ее не защищал. Я нагнулся и внимательно вгляделся в дыру. И вот тут кольнуло уже не по‑детски. Словно что‑то вонзилось в глаз, но не вошло внутрь, а зацепилось крючком, потянуло вперед, приближая пострадавшее от влаги и времени серебряное напыление. Горизонт зрения расширился, проникая все глубже в структуру металла, тронутого коррозией. Казалось, мой взгляд обрел материальность и силу. Стоило мне заметить черные пятна, как я начинал выхватывать его составляющие, и они сдавались под моим взором, дробились на матовые белые снежинки оксида, а потом и дальше, отбрасывая все ненужное, возвращаясь к первозданному блеску чистого серебра.

Ага, щаз! Так я ему и поверила! Все они такие, во главе с этой клыкастой сволочью – на моей стороне!

Хозяйка благосклонно кивнула, и мужчины направились к выходу. Я замешкалась, оценивающе оглядывая кинжальчики на витрине. Интересно, насколько здесь хорош товар? Заметив мой интерес, Элиси вежливо спросила:

– Ты уверен, что должен идти с ними? – тихо спросила девушка.

Со стороны парочки наших неудачников раздался какой‑то странный звук. Кида зажимала рот ладонью, глаза ее расширились, плечи вздрагивали, а Кевин бережно придерживал драконицу за талию. Все же она жуткая расистка! И чего так расстраиваться из‑за чужого счастья?

– Я так не считаю, – мягко улыбнулся Рик, – я в этом просто убеждён!

Вообще, все профессии, так или иначе выбираемые Говорящими, были связаны с камнями. Но Моргана, трезво рассудив, что ювелирный промысел много дохода не принесет, начала подрабатывать шантажом. План ее был прост и гениален: она изготовляла украшения с малюсенькими, совершенно незаметными на неискушенный взгляд дефектами. Некоторое время спустя украшение ломалось: отлетала застежка, серьги начинали выпадать или царапать мочки ушей, кольцо сдавливало палец. Естественно, она старалась подобные дефекты выполнять как можно реже – в основном, только богатым и туманным личностям… или их дражайшим жёнам. После выявления дефекта, все изделия отправляли обратно к Моргане, которая бралась устранить неисправность абсолютно бесплатно.

– Расскажи, пожалуйста, о них.