— Кампфер! — во всю мощь своих лёгких рявкнул я, одновременно выхватывая из кобуры винтовку, очень надеясь, что она выдержала удар об камень, всё-таки приложился я пока кувыркался знатно. — Быстро сюда!
Когда же, с тем тот же вопрос задали Эстоку, мальчик, поправив свою неизменную маску, немного подумав, сказал: «Я хочу построить крепость!»
Очень странным было то, что на шум не ворвались его гвардейцы, а потому, предположив самое худшее, Принц быстро обежал кровать и схватив тяжёлый стул, изо всех сил метнул его во всё ещё закрытое окно.
Осквернённые и наполненные нежитью руины: Кобра, Сфеленна, Дайске, а также менее крупных человеческих поселений, до сих пор служат печальным напоминанием жителям этой провинции, о бесчеловечном предательстве их бывших властителей торговых магнатов. Как нельзя лучше иллюстрируя для особо свободолюбивых и независимых, что именно Империя, а не их любимый союз торгашей спасли их от неминуемого уничтожения.
Пиратка нехотя кивнула и, перехватив покрепче своё боевое весло, отправилась в только что покинутый нами проход. Я же, разложив цилиндрики перед собой, сел по-турецки прямо на каменный пол и взяв первую гранату, начал аккуратно разламывать взрыватель типа «Zippo», оголяя запальную нить.
Уже впятером, мы прикончили-таки оказавшегося на удивление живучим монстра, а заодно стало предельно ясно, что в «честном» бою, мы бы с ним вряд ли бы справились. Если бы он нас не затоптал и не пожёг своей кислотой, то тупо «пережил бы»… Хотя, не знаю, что мы смогли бы противопоставит его хитиновой броне, силе и скорости.
— Живой, Твоя Светлось… ну слава Богине! — ухнул парень, пытаясь унять дахание, а затем посмотрел на паука. — Он что? Застрял?
«Я тоже хочу крепость для наших солдатиков! — заявила вдруг Нинния, не дожидаясь своей очереди. — Как у братика!»
Её Величество Императрица Ромарская, никогда не пускала ничего на самотёк. В том числе столь важный вопрос как престолонаследие. Вся эта генеалогическая афера со свадьбой на леди Аэрис, преследовало собой на самом деле не одну цель — отодвинуть отпрысками Второго Принца других претендентов от трона и в частности как это не печально было признавать — будущих детей их сестры Ниннии, но ещё и получить определённый рычаг давления на строптивого приёмного сына.
— Ага, — кивнул я, сосредоточенно разматывая опутывающую запал тонкую медную проволочку. — Годится.
Гулкий удар за спинной, от которого затряслась земля и сильный толчок в спину, из-за которого, я кубарем покатился прямо по камням и едва не приложился головой о какой-то камень, произошли практически одновременно. Паническая мысль о том, что: «Всё — сейчас меня будут жрать…» промелькнувшая у меня в голове, не помешала мне как можно быстрее оказаться на ногах и я хотел уже было вновь дать дёру, когда услышал совсем недалеко, жалобный свисто-скрип.
Это сейчас, Первый Принц, понимал весь идиотизм той былой затеи, но тогда это предложение показалось ему настолько гениальным, что он немедленно подарил д’Рисли лучшего коня из своей конюшни, плащ с плеча, что считалось очень «красивым» жестом и разве что не осыпал разнообразными благами.
Вот Дюрер и помнил, что он на войне. Да и не собирался он дрожать от страха и отлёживаться!
В то время, в голове Дюрера всё буквально смешалось в кучу. И обида на мать, и непонимание того, зачем она усыновила этого маркизика, и банальная детская ревность, а так же слова учителей, очень негативно отзывавшихся о идеях нового Принца, как порочащих идеалы рыцарства
«А что? Должен?» — ехидно припечатал тогда высокое собрание Эсток и хлопнул по столу выпиской из годового отчёта интендантской службы, по которому выходило, что около тридцати процентов всего материального довольствия банально либо исчезает со складов, либо растворяется незнамо где при транспортировке, либо спутывается как порченное или бракованное имущество.
«Ты хочешь себе замок? — удивилась Императрица. — Чтобы жить в нём?»
— Фин-Фин, а метнись ка по быстрому в соседнюю пещеру и принеси мне, пожалуйста, ногу какого-нибудь паука… — глядя как скривилось лицо девушки, я поспешил добавить, — ну или палку какую-нибудь!
Причём, даже так, подранок явно нагонял меня, а затем и вовсе плюнул на ходу какой-то белёсой гадостью. Да так метко, что я едва-едва едва смог увернуться, а пара капель, попавшие-таки на рукав моего плаща, немедленно задымились, обугливая хорошо выделанную, мягкую, но толстую кожу.
Громадный паук с разгону, крепко-накрепко застрял между двумя массивными сталогматами, снести которых у него просто-напросто не хватило сил. Видимо преследуя своего обидчика, он в ярости, нёсся за мной, совершенно не разбирая дороги, за что и поплатился.
Ведь по сути — так оно и будет. Будущая Императрица, не должна знать о том, кто настоящий отец её ребёнка, а потому сразу же после первой, безрезультатной брачной ночи, супругу Дюрера вечерами будут опаивать особым настоем, дабы она просто валялась в кровати, словно бревно, и не мешала выполнять дела государственной важности.
Усмехнувшись, Дюрер вновь покосился на напряжённо застывших возле бойниц кузова гвардейцев-драгун, а затем вновь перевёл взгляд на лобовое окно паромобиля, прикрытое снаружи полосками бронированных створок. Вздохнул и постарался поудобнее устроиться в своём кресле.
Вот только не учли они в своей постановке, два довольно серьёзны фактора. Один, из которых носил юбку и так и льнул к Эстоку, а другой стоял, как громом поражённый не в силах понять, как так всё обернулось.
— Как видишь, — ответил я, посылая очередную пулю сквозь дёргающиеся жвалы. — Присоединяйся. В одиночку я его похоже не завалю.
Минут через десять, когда вспотевший Кампфер уже куда медленнее, чем в начале, создавал очередное заклинание, а я так и вовсе решив поберечь пули, отдыхал, присев у стены, к нам, присоединились остальные ребята. До них, как оказалось, долетело эхо моего крика, вот они и решили, что и им стоит пойти и проверить, что там случилось. Вольность конечно, но здесь ничего не поделаешь — мы всё-таки не в армии.
Наконец, в последнюю очередь, собрав все жалобы и претензии, Первый Принц отправился прочь от линии размежевания, вглубь провинции Кадмия, ради личных визитов к местным аристократам. Частично это были всё те же иренские магнаты, поддержавшие новую власть и перекрасившиеся в имперских аристократов, правда, доверия таковым было немного. Частично — ранее безземельные имперские благородные и даже разностатусные дворяне, особо отличившиеся в предыдущей компании.
Во-первых, демон, да к тому же крылатый, уже находился в нескольких метрах от него, а это — элита. Справиться с которой один на один, могли разве что паладины религии «Двух Богинь», да кавалергарды д’Вергри, которые были по сути теми же самыми святыми воинами церкви Эллидии, только обвешанными с ног до головы ещё и смертоносными штуковинами, придуманными его братом.
Тем более что маленькая сестрёнка Нинния, с чего-то души не чаяла в «новом братике» и липла к нему каждый раз, стоило Эстоку появиться при дворе, что доводило Дюрера до кипения.
— Во первых они не бесконечные, а нам ещё к мертвякам спускаться, — ответил я, перезаряжая винтовку, — а во вторых — хрен его знает, помрёт он от неё или нет, а вот удерживающие его колонны, вполне могут разлететься к демоновой матери! Что мне потом с ним делать?
Вскоре уже все присутствующие, поняв, куда и откуда дует ветер, так или иначе, спешили присоединиться к самым прытким, буквально умоляя Её Величество, позволить и им помочь осуществить столь благородную просьбу Второго Принца.
— «Проваливай!»