Планета матери моей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Чей это рев, Фазиль? Разве поблизости скотоводческие фермы?

— Это же марал! Отбился от стада. Осенью между самцами разгораются битвы, и побежденный целый год бродит одиноко. Слышишь, сколько обиды и ярости в его реве?

О том, что я откажусь от попытки поднять трубы, мы не говорим. Это ясно без слов.

В Кировабаде я первым делом завожу разговор о попутном грузе. Фикрет-гага хмурится.

— Значит, вы решили все-таки вернуться?

Я отвечаю несколько обиженно:

— Не могу брать на себя такую ответственность, боюсь загубить трубы и машину. Странная у вас мысль тянуть водопровод с вершины Кяпаза! Ведь рядом течет Кура. Такой дороги мне еще не приходилось видеть: передние и задние колеса описывают круг диаметром в несколько метров. Как тут развернешь прицеп? Наверняка он сорвется с кручи.

Фикрет-гага слушал меня как бы вполуха, с полным безразличием. Даже глаза наполовину прикрыл, вот-вот задремлет. Встряхнувшись, нехотя встал из-за стола.

— Что ж, пойдем к начальнику, посоветуемся.

В это мгновение дверь распахнулась и незнакомый молодой человек запросто протянул мне руку.

— Халил, — представился он.

Фикрет-гага пояснил:

— Главный архитектор города. Институт кончал в Ленинграде. Автор гениального плана перестройки Гянджа.

Халил поспешно прервал:

— На бумаге чертить легко! Поговорим, когда чертеж воплотится в дело. Полностью это не только одному, а и десятку архитекторов не под силу.

Я не удержался, чтобы не упрекнуть их обоих:

— Вы живете в таком замечательном городе, на родине великого Низами. И что же? Мавзолей поэта запущен, вокруг полынь да колючки. Но даже если посадите десяток деревьев вокруг гробницы, это не значит еще чтить старину.

Фикрет-гага согласно кивнул:

— Это и мои мысли. Есть два варианта: перевезти древний мавзолей в город или же протянуть окраинные улицы до самой гробницы. Второе предпочтительнее. Но тут мы уперлись в проблему воды.

— Городу не хватает воды?

— Вот именно. Вода — это жизнь, без нее невозможна современная культура. Мы было начали подготовительные работы перед войной, а теперь снова оказались на пустом месте. Вот почему торопимся переправить трубы на Кяпаз.

— Я осмотрел дорогу туда. Это невозможно.

— Почему? — вскричал архитектор с юношеским нетерпением. — Что вас пугает?

— Крутые повороты и обрывистые спуски. Если колеса заскользят, тяжелые трубы неизбежно потянут машину в пропасть.

— А если некоторые, особо рискованные, участки мы расширим? Тогда возьметесь?

— У меня путевой лист на три дня. Что вы успеете за такой срок?

— Ну это не разговор. Командировку продлим на сколько потребуется. Председатель исполкома сегодня же позвонит в министерство. — Халил попутно обругал формалистов, когда дело касается такого поистине всенародного дела, как вода для Кировабада. — Если откладывать до тех пор, пока каждый бюрократ подпишет входящие и исходящие, то однажды откроем глаза не в городе, а посреди пустыни. И это под боком у голубого Гейгеля! Вот тогда будет самое время глотку драть с трибуны: «Превратим родину в цветущий сад!..»

Я отшутился старой поговоркой:

— Говорю дочке, а невестка пусть слышит, так? У нас ведь тоже полно своих проблем. Апшеронская нефть истощается. Приходится бурить все в новых и новых районах. Вот и колесим по всему Азербайджану.

— Потомкам, как наследство, передают города, а не буровые вышки, — запальчиво возразил архитектор.