Западня: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Все готовы? Сколько вас?

— Одиннадцать — ответил давно пересчитавший спутников Хатгерн и на всякий случай добавил: — Еще четыре типара.

— Хорошо, — на секунду задумавшись, кивнул Грард, — возьму и типаров.

— А нас четверо, — важно сообщил Угорл, поспешно подбирая куском хлеба жир со сковороды, на которой жарились грибы.

— Да? — Дракон хмуро оглядел гольдов, к которым успел примкнуть усыпанный хвоей шпион, недовольно поморщился и нехотя согласился: — Так и быть, заберу и вас. Давайте по десять золотых.

Минуты на три гольды потеряли способность не только говорить, но и двигаться. Стояли, выпучив глаза, и тяжело дышали, а их лица постепенно меняли цвет. Однако если круглая рожица Вазрума все бледнела, то Угорл наливался пурпуром, а его помощники и вовсе стали пятнистыми.

— Но ведь это грабеж! — возмущенно прохрипел наконец глава гольдского отряда. — Где ты видел такие цены? И потом, мы же посланцы!

— А где ты видел ездовых драконов? — негодующе рыкнул Грард. — А посланы вы не к драконам и не ко мне лично, а к испытуемым. Ну а им, как ты хорошо знаешь, денег иметь не положено и расплачиваться не разрешено. Они должны суметь выжить и пропитаться своими умениями или заслугами. И вы это отлично знали, но напросились на бесплатный обед. Поэтому, чтобы ты случайно не забыл, я сам сообщу Шранделу, что первое задание, на уважение вашего народа и отзывчивость, наемники выполнили. А платить или не платить — дело ваше. Отходите в сторонку, когда я в драконьей ипостаси, у меня характер резко портится, сами должны понимать, драконам добродушие не положено.

Гольды и Вазрум сгрудились в кучку и принялись что-то горячо обсуждать, но дракон про них уже забыл. Поднял лицо к небу, глубоко вздохнул, раскинул руки… и вдруг начал расти.

Точно так же, как рос при надобности домовой, отметила про себя Таэльмина, наблюдая, как стремительно раздувается дракон, одновременно меняя свой облик. Ноги становились короче и шире, из мягких замшевых сапожек прорезались острые когти, вслед за ними и мощные птичьи лапы, плечи стали шире, а руки удлинились и обросли роскошной призрачно-алой бахромой, превратившей их в крылья. К этому моменту голова Грарда уже поднялась вровень с верхушкой ближайшего дерева, а висевший у него на поясе невзрачный кошель стал размером с шалаш, и в нем появилась приоткрытая дверца.

— Все быстро туда, — скомандовал Селайвен, подхватил Уатель и первым ринулся в это наполовину призрачное сооружение.

Остальные устремились за ним так же поспешно, и тень не стала спорить, почувствовав, как ее поднимают руки напарника. Наоборот, улыбнулась ему ободряюще, заметив встревоженный взгляд и нахмуренные брови, хотя ей самой тоже не казался надежным ни сам дракон, ни его мешок, в котором им предстоит добираться до Великих гор. Верила она только в одно — Селайвен никогда не стал бы рисковать жизнью соотечественницы. Чем дольше тень за ними наблюдала, тем яснее сознавала, насколько непростые отношения связывают этих детей леса.

Внутри кошель напоминал простую кибитку, только не было в ней ни сидений, ни ковров или подушек, и лишь теперь тень догадалась, почему эльф примчался сюда первым и принес Уатель. Они стояли у противоположных стенок округлого помещения и сосредоточенно вглядывались в быстро подраставшую посредине пышную кучку мха.

— И куда я его потом дену? — по-птичьи заглядывая в дверку, недовольно осведомилась огромная голова басом, смутно похожим на голос Грарда.

— Мы с собой заберем, — буркнул эльф, не отрываясь от своего занятия.

Изор с Ительсом тем временем в каком-то странном, известном только им порядке, раскладывали вдоль стены вещевые мешки, и Харн, поставив Таэльмину, отправился им помогать. Последними в необыкновенную кабинку протиснулись типары, и едва они скромно улеглись плотной кучкой у входа, как дверца захлопнулась, и пол резко дернулся. А в следующий миг чуть наклонился, и у Таэльмины захватило дух, словно она сидела на огромных качелях.

— Садитесь, — скомандовал Селайвен, и герцог, крепко державший напарницу за пояс, моментально опустился в пышную зеленую пену, увлекая девушку за собой. Через минуту все они уже сидели во мху, как грибы, а он продолжал расти, заполняя собой все свободные места и щели.

— Хорошее заклинание, и быстрое, — словно невзначай заметила тень, и Уатель ответила снисходительной улыбкой.

— Магии тут много, — нехотя буркнула она, — особенно пригодной для нас. Гольды берут только самую тяжелую энергию, а драконы используют более легкую, чем мы. Ну а верхний, самый невесомый и чистый слой, подходящий для создания заклятий света и вызывающих счастье чистых эмоций, собирали только феи.

— Выходит, раз нет фей, счастья должно стать больше? — недоверчиво уставилась на нее Таэльмина. — Почему-то это кажется мне неправильным.

— Вот именно, — невесело усмехнулся Ительс, — только не нужно сейчас об этом говорить, драконы в этой ипостаси действительно далеко не добряки, иначе гольды постарались бы пролезть вместе с нами.

— Но они вроде совещались, а вдруг решили бы заплатить? — наивно хлопнула ресницами тень. Раз не удалось ничего точнее выяснить о магии фей, то можно хотя бы попытаться немного больше разузнать про гольдов, ведь отряду придется выполнять для них задание.

— Драконы никогда не торгуются, — коротко пояснил Алдер, — и никому не предлагают своих услуг. Он пошел Угорлу навстречу, согласившись их перенести, нужно было благодарить и быстренько отдавать деньги. А они начали возмущаться и торговаться… совсем от жадности забыли, с кем разговаривают.

— Кстати, — словно только вспомнив, Ганти оглянулся на тихонько сидевшего рядом с типаром Меркелоса, — а почему мы не слышим рассказа нашего спутника о его приключениях? Зачем он понадобился Лайзрену и как попал к дракону?

Толстяк чуть побледнел, увидев устремленные на него взгляды, но не произнес ни слова.

— Он разучился разговаривать, — кротко предположил Эз, — или ему отрезали язык?

— Скорее его научили себя вести, — задумчиво поддержал его Ов, и Таэльмина вдруг с огорчением сообразила, что вовсе не о том разговаривала с типарами, когда они были в человеческой ипостаси.

Ведь они многое видят и слышат и знают ничуть не меньше, чем тот же Ительс или Тарз, не говоря уже о Мейсане. А возможно, и больше, но тут и в самом деле не самое лучшее место для подобных разговоров. Если дракон заметил появление мха, то вполне может слышать и их беседу.

— Скорее, боится соврать, — по обыкновению тихо и словно для самого себя хмыкнул лекарь.

— А ведь и точно, — заинтересованно уставилась на советника Уатель, — у драконов в этой ипостаси обостренное чувство истины, соврать дракону в это время невозможно. Кроме того, услыхав ложь, он приходит в неистовую ярость.