Дары данайца: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 7 Побег

Середина апреля пятьдесят восьмого года, снег уже давно сошел, только в самых тенистых местах от него осталась мокрая земля, припорошенная прозрачным пушком зелени. Трава на прогретых участках уже вовсю набирала силу, а тополя в городе начали потихоньку сбрасывать смолистые оболочки почек, на улицах поселка появились пахари. Так мы называем работников подряжающихся за небольшую плату вспахать землю на огороде хозяев под картошку, они перебираются от дома к дому и терпеливо ждут, когда хорошо знакомое населению в двадцать первом веке земноводное сдаст позиции, уступая аргументам домашних. Что такое тридцать рублей для хозяина дома? Проще отдать, зато потом не придется корячится неделю с лопатой в огороде, да и радикулит обойдет стороной, так что работу пахари себе находят легко. Нас тоже не обошли вниманием, бабушка даже не стала торговаться, как это делали соседи, ни к чему напрягаться, все одно цена окажется неизменной, она сразу распахнула ворота, приглашая пахаря со своим конем. Тот степенно поздоровался и провел своего четвероного друга через двор в огород. Там он сгрузил с коня плуг, привязанный сверху на нечто типа седла, подцепил его и легко провел первую борозду — пошла работа, двадцать минут и огород готов. Получив свои деньги, пахарь сворачивается в обратном порядке и уходит к следующему дому. Однако, не думал что так быстро управится, получается, что наши мотокультиваторы в двадцать первом веке, в которых по пять — семь лошадиных сил, не идут ни в какое сравнение с производительностью вот таких пахарей, с одной натуральной лошадиной силой.

Самое интересное, что работа этих пахарей явно шла вразрез с проводимой сейчас политикой властей, да и закон тоже был не на их стороне, ведь большая часть их оказывала услуги населению с помощью колхозной собственности, к коей относились плуги и тягловая сила. Однако никто «предпринимателей» не ловил и в кутузку не сажал, представители властей просто делали вид, что в упор не замечают столь вопиющих нарушений социалистической законности. Ну и правильно, как еще выжить колхознику в эти непростые времена?

Через неделю планируется окончательный расчёт с Софьей Яковлевной, то, что мы с ней сделали, иначе как чудом не назовешь, французским языком я теперь владею свободно, даже сны стали сниться, где мне приходится общаться с французами. Сейчас отрабатываем кое — какие нюансы в произношении, и основной упор делается на неологизмы, которые нигде в методических пособиях не упоминаются, а надо бы, иначе понять француза в «светской» беседе будет трудно. На ее предложение найти мне грамотного преподавателя для изучения другого языка, вежливо отказался, незачем, главное, что теперь мне английский дается гораздо легче, остальное будет только во вред. Вдруг кто — нибудь узнает, доказывай потом, что не агент Уругвайской разведки, нашим людям иностранные языки ни к чему, пусть весь мир лучше русский учит. Вон, в США в две тысячи четырнадцатом году так чего — то перепугались, что срочно наняли учителей для обучения армии русскому языку, еще раз пугануть и все население вслед за армией учить будет. Узнал, что пенсия у моей преподавательницы четыреста двадцать рублей, по нынешним меркам не такая уже и маленькая, однако прожить одной на нее сложно, и это если учесть, что в пятьдесят шестом году размер пенсий подняли более чем в два раза. Как люди до этого выживали, даже не представляю, теперь понятно, почему она так настойчиво искала работу и не отказалась учить наглого мелкого зазнайку.

В этот коммунистический субботник, кстати говоря, обязательное мероприятие для всего населения Советского Союза, решил тоже принять посильное участие в празднике труда, но не вообще, а адресно, чуточку улучшить жилищные условия одной строгой старушки. Специально для этого на барахолке приобрел основу люстры на пять рожков без плафонов, а потом переделал ее под три лампочки, сделать это оказалось нетрудно, из двух оставшихся рожков соорудил нечто типа бра, для подвески на стену. За плафонами пришлось побегать, так как то, что было в продаже, категорически не устраивало, ну не нравятся мне эти молочного цвета шары, голимая казёнщина. Но удача улыбнулась, нашлось нужное в комиссионном магазине, конечно, по сравнению с тем, что предлагалось в моем времени, это тоже не «айс», но смотрелось уже не так убого. Я потом долго с улыбкой вспоминал глаза Софьи Яковлевны, когда заявился к ней в комнату груженный всем необходимым для установки осветительных приборов, плюс потом еще деревянная стремянка, арендованная у местного электрика за двадцать рублей. Провозился весь день, но результаты стоили того, вместо сиротливой лампочки, свисающей с потолка на длинном проводе, теперь красовалась нормальная люстра с претензией на оригинальность. Правда, немного настроение подпортили ее соседи по коммуналке, явившиеся с субботника раньше времени, увидев, что в комнате пожилой женщины устанавливается красивый осветительный прибор стали допытываться, куда написать заявку, чтобы им установили такой же. Попытка объяснить, что это подарок, не воспринималась ими никак, в их представлении подобного рода благотворительности в снимаемой комнате быть не могло, а значит что — то тут не чисто.

Да, месяц назад у меня получился неожиданный прорыв в медитации, не знаю на какой уровень мне удалось скакнуть, но теперь для меня не проблемавидеть невидимое и слышать неслышимое, во как. Звучит громко, но на самом деле это не способности Бога, как у Брюса всемогущего, все гораздо скромнее, я могу по лицу человека определить его психическое состояние. А уж если он пытается что — то скрыть или тем более соврать, то вообще становится прозрачен, аки мыльный пузырь. Даже смешно становится, видя, как некоторыестараются свои фантазии выдать тебе за абсолютную истину. Задумался, раз имею такие способности, то может быть, и на людей могу оказывать воздействие, нет, не гипнозом, это слишком грубо, а вот мягко и незаметно внушить что — нибудь, чтобы разойтись бортами, дорогого стоит. Сейчас и пытаюсь наработать такие способности, но нет, ничего не получается, как будто барьер в голове.

Завтра иду в тридцать седьмую школу, все необходимые справки у меня на руках, даже справка, что данный индивид в январе получил ушиб позвоночника, и посещать учебное заведение был не в состоянии. Последняя справка не липа, какая — нибудь, а самый что ни на есть настоящий документ, если кому стукнет в голову проверить, обратившись в клинику, то там найдут все требуемые подтверждения и даже карточку больного со всеми анализами и обследованиями. Все что там есть чистая правда, все, кроме одного, ФИО пациента, и это обошлось мне в двести рублей, нашлась добрая душа, которая сотворила шедевр, остается надеяться, что эта душа сделала это все аккуратно и при беглом знакомстве с моей историей болезни косяки сразу не вылезут наружу.

Никифоров тяжело вздохнул, откладывая очередной протокол допроса, безрыбье, полный голяк, как любят говорить у них в управлении, перелопачены тонны документов, проверены сотни подозреваемых и ничего. Получается, что на самом деле проводника не было, или ему не помогли какие — то там потоки, и он изначально сюда не попал. Осталось только отработать версию до конца и пусть Брагин спокойно отчитывается перед Комаровым, отсутствие результата тоже результат. До конца рабочего дня еще полтора часа, можно просмотреть еще пару десятков протоколов, но стоит ли? Нет, нужно сделать перерыв, Никифоров встал из — за стола, потянулся, потом подхватил пиджак, висевший сзади на стуле, и направился на выход из кабинета на улицу, по пути нащупывая в кармане початую пачку Беломора. У себя он на улицу не выходил, курил прямо в кабинете, чуть приоткрывая окно, и этого было достаточно, чтобы весь дым вытягивался наружу, но в гостях так наглеть не стоило, запах всё равно, потом чувствовался. Специального места для курения здесь не было, поэтому курильщики устраивались на большой скамье возле входа в районное отделение милиции. Не стал исключением и майор, он с наслаждением вдохнул крепкий дым папиросы и расслабился. Рядом, в пяти метрах, какой — то сержант милиции проводил беседу с подростком, и Никифоров, сам того не желая, прислушался к тому о чем они говорят. Ничего такого серьезного, конфликт с соседями, две стороны хорошо полаялись, такое часто бывает, но подросток оказался плохо воспитан, поэтому лаялся матом, а это административно наказуемо. Майор уже докурил папиросу и повернулся в сторону урны, чтобы выбросить окурок, но замер, его чуткое ухо услышало такое, что волосы враз стали дыбом.

— Ты чего как с цепи сорвался? — Удивленно пялился на него Брагин, после того как к нему в кабинет ворвались без стука и предупреждения.

— Есть зацепка, — выдохнул Никифоров.

С полковника мгновенно слетело удивление, и он сразу как — то подобрался:

— Докладывай, — кивнул он на стул, приглашая сесть.

— Тут в Ленинском отделении, начал майор, — случайно стал свидетелем разговора, сержант Самойлов проводил беседу с Борисом Григорьевым подростком. Так вот во время их беседы подросток сказал фразу: «Так что, мне теперь дожидаться когда северный пушистый зверек придет?». Самойлов не понимает и просит пояснить, что за зверек, на это ему отвечают: «Водится на севере такой зверек, пи?дец называется».

— Ох, ты ж! — Подпрыгнул на стуле Брагин. — Вон оно что оказывается, а мы все гадали, причем здесь песец. Ты этого Григорьева взял?

— Конечно, сюда привез, — кивнул Никифоров, — сейчас трясти буду, откуда — то же он это подцепил?

— Отлично, — обрадовался полковник, — наконец — то хоть что — то, к нашему ли это случаю привязано или нет выяснить надо, осталось по цепочке пройти. Завтра направлю тебе пополнение, на подростках у нас Ильина со своим выводком специализируется, своих лучше придержи, могут наследить. Всё, работай.

— А отвечать у нас сейчас к доске пойдет… пойдет… Калинин, — учительница победно смотрит в мою сторону.

Неспешно поднимаюсь из — за парты, при этом ворчу:

— Вот, не успел пригнуться.

Хоть ворчу тихо, но вкруг хихикают.

— Калинин, а можно без комментариев? — Делает замечание учитель.

— Э… То есть просто постоять у доски? — Изображаю сильно удивленного школьника.

— Не паясничай, — строго смотрит она на меня, — отвечай по теме.

По теме это легко, главное своего ничего не добавить, ведь и так «Россия страна с непредсказуемым прошлым», поэтому движемся строго по генеральной линии, никакой отсебятины. Побольше про ошибки Пети первого и бесправие народа, про жертвы царизма тоже, это обязательно иначе могут и трояк влепить, ну и про Ломоносова не забываем, как же от сохи до академика, это доказывает, что дворянство паразитирующая прослойка, с заплывшими жиром мозгами. Теперь обобщение, темных красок не жалеем, просто удивительно как только кто — то смог выжить в те страшные времена.

— Молодец, Калинин, отлично, — радуется учительница, — вот все бы так отвечали.

Хм, она даже не поняла моего тонкого стеба, ну и хорошо, а то еще обидится, чего тогда делать? А вообще постоянно себя одергиваю, ну не воспринимаю я здесь все серьезно, каждый лозунг для меня сквозь призму времени звучит как анекдот, вот недавно увидел: «Советская торговля есть наше родное, большевистское, дело», и люди этому радуются. А подумать? Получается, что проблема не в отсутствии товара и денег, а в проблемах торговли, а если товара мало, то чем торговать собрались? А может быть тем, что осталось в музеях? Или вот еще: «Молодые патриоты вас ждут просторы Сибири и Севера»…, а еще Магадана, Колымы … Честно скажу, патриотизм в эти времена действительно есть, и многое делается на энтузиазме. Но… эксплуатировать его долго нельзя, раз попользовались патриотическим порывом, два, потом смотрят, а патриоты — то и кончились. А то и придумают глупость вроде этой, наткнулся в свое время на дискуссию в Интернете: «Отстоим завоевания Октября!». Отстоим, в смысле защитим? От кого, кто покушается на эти завоевания после сорока лет торжества коммунистических идей? Но всем все понятно, отстоим и все тут, а спросишь, станут выяснять, откуда такой непонятливый взялся, уж не враг ли… классовый. Но окончательно добило: «Депутат — слуга народа», с чего бы вдруг так, а не наоборот? Поэтому в очередной раз отпускаю себе мысленно подзатыльник, молчи урод, целее будешь.

Ладно, на уроке истории еще терпимо, а вот сейчас пойдем на урок пения, полная засада — хоровое пение «Утро красит нежным светом», и это при уже разоблаченном культе Сталина. Причем здесь культ Сталина? А вот притом, в оригинальном тексте песни упоминался Сталин, а после съезда пятьдесят седьмого года упоминать в песне его имя стало неприлично, с политической точки зрения. Так что куплет пришлось быстренько выкинуть, но в памяти — то старый текст засел прочно, поэтому постоянно получаются накладки. Не знаю, что они разучивали в начале учебного года, но на уроке пения я третий раз и третийшлифуем исполнение этой песни хором, но петь с каждым следующим занятием хор начинает все хуже. У них что, других песен не существует? Спокойствие, только спокойствие…

Мне всего две недели потерпеть осталось, а там свободен, как птица в полете.

Ну, вроде бы все, трудовой день окончен. Устал. Не физически устал, а морально. Сейчас заскочу в столовку, благо талоны мне от спортобщества обеспечили и на стадион, с приходом теплых дней из помещения нас выгнали, так что все занятия на открытом воздухе. Дома снова работает летний душ, но мне от этого радости немного, так как в семье оценили удобства пользования им и теперь вода не успевает прогреваться, когда прихожу с тренировок, вода в баке ледяная. Одна отрада, летний душ заработал и на стадионе, правда там вода тоже не успевает прогреться, но все же не как напрямую из водопровода. Тренер плюнул на все и стал заниматься со мной индивидуально, думаю, у него появились планы относительно меня, хочет через год выставить за юниоров от спортобщества. Губа у него не дура, уже сейчас ни по силе, ни по технике, равных среди моего возраста не найти, надеется за мой счет в основной тренерский состав пролезть. Ну и пусть, главное чтобы со мной нормально работал.

По пути встретил Володю Сипягина из сорок девятой, до того как Мишка оттуда ушел, он с ним в одном классе учился. Сторониться не стал, в качестве источника информации Володя очень ценен, он мне не давал рта раскрыть болтал всю дорогу, ну а я мотал на ус, пригодится. Некоторые вещи старался пропускать мимо ушей, а к некоторым прислушивался, вот и сейчас мое ухо уловило кое какую значимую информацию: