– Хм, но разве я больше не обладаю способностью быстрого заживления?
– Конечно, – сказал Олдер. – Но заживление не вернет вам печень, если вам ее прострелят.
Брайан прекратил смеяться.
– А что, чудовища тоже применяют оружие?
– Конечно, применяют, – буркнул Олдер. – Они – чудовища, но отнюдь не идиоты.
То есть его могли схватить, покусать и, чего доброго, всадить парочку свинцовых пуль? Поразительно, как сказал бы его друг Пукки. И все-таки плащ – чертовски заметная штука…
– Насколько я знаю, шеф Зоу грозилась бросить меня в тюрьму, если только снова увидит, – сказал Брайан. – Поэтому мне лучше носить обычную одежду.
Адам забрал плащ из рук озадаченного дедушки и повесил обратно в шкаф.
– Если вы все-таки передумаете, у меня есть что еще вам предложить.
С этими словами он закрыл дверь.
– Адам, он не собирается носить все это смехотворное снаряжение. У нас ведь традиции. Нынешняя молодежь крайне непочтительна, клянусь всеми святыми… – Олдер повернулся к Брайану: – Не волнуйтесь по поводу Эми Зоу. Я с нею все улажу. Нам лучше всего сейчас отправиться в больницу.
Старик был прав. Если Брайан хотел помочь Эриксону, то, сидя в подвале у Джессапов, этого не сделаешь. Нужно было действовать. Как бы то ни было, Джебедия Эриксон – единоутробный брат Брайана. Он – его родственник, то есть тот, кого Клаузеру отчаянно не хватало все эти годы.
– Хорошо, – сказал Брайан. – Поехали. А что, у вас еще и машина есть?
Адам снова засмеялся.
На совете
Во время прогулки по своим владениям Рекс увидел, что люди в Доме живут весьма скромно. Электричество имелось лишь у считаных единиц. В воздухе висела сырость. Стены были покрыты капельками влаги. В некоторых местах сырость достигала такой степени, что в туннелях собирались небольшие ручейки. Дом по большей части представлял собой комплекс пещер, вырытых в многовековой толще щебня и песка.
В этом смысле покои Первенца на «Аламандралине» казались просто царскими. Превосходное дерево темно-коричневых цветов; все дырки заделаны, на глянцевом лаке отражается свет от свисающей с потолка электрической люстры и от множества свечей. На полу лежат толстые ковры. Украшения, развешенные на стенах, так или иначе связаны с человеческими костями и черепами. Там, где не было костей, Рекс видел карты: туристские карты города, схемы муниципальной железной дороги, ручные наброски, карта зоны отдыха района Золотых Ворот, карта острова Алькатрас – и на каждой карте вручную отмечены системы туннелей.
Карты наглядно иллюстрировали то, о чем говорил Слай: здесь много мест, в которых можно скрыться.
Рекс уселся во главе длинного черного стола. Позади него и немного левее встал Форт, на его толстой шее разместился Сэр Вог. Немного правее встал Пьер, который держал в руке дробовик. Это довольно внушительное оружие в его огромных руках выглядело игрушкой.
Слай сидел справа, Хиллари – слева.
На противоположном конце стола сел Первенец. Оружия у него не было. Представлял ли он угрозу? Слай в этом не сомневался. Рекс доверял Слаю, но он должен был проверить это сам.
Человек, покрытый черной шерстью, был самым старым из всех, за исключением Мамочки. И дело было не в возрасте или седине – вокруг него царила аура исключительной важности. Он действительно походил на рыцаря, вырванного прямо из кино и перенесенного в современный мир.
– У меня есть кое-какие вопросы, – начал Рекс. – Прежде всего такой: что со мною происходит? Я становлюсь все сильнее, и хорошо это чувствую. Мое тело обрело способность очень быстро заживать. Я никогда таким не был. Почему я стал таким?
Ответила Хиллари:
– Если б ты вырос здесь, то был бы силен и быстр, как другие дети. Это все из-за запахов. Здесь запахи всюду. Там, наверху, нет запахов, и поэтому ты был таким же, как они. Но я всегда знала, где ты находишься, мой король. Я ждала, пока ты подрастешь, чтобы подослать Слая к твоему дому и создать там нужные запахи.
– Запахи, – повторил Рекс, и это слово сразу же напомнило ему о странном аромате. – Подожди-ка. Перед тем, как заболеть, я почувствовал возле дома сильный запах мочи. Ты говоришь, я изменился, потому что кто-то пописал у моего дома?
Слай встал и отвесил галантный поклон.
– Мне выпала такая честь, мой король. Я очень горд, что мой запах привел тебя к нам.
– Но ведь это как-то… неприлично, – поморщился Рекс. – Совсем неприлично.
Хиллари рассмеялась.