– Вот почему он отправился к Майку. Второй образец содержал XYZ, поэтому Майк не может быть его настоящим отцом.
– Робин, второй образец не от Брайана, он…
Робин хлопнула ладонью о стол.
– Прекрати! Мы оба знаем, что я права, поэтому перестань. – Она указала пальцем ему в лицо. – И больше не смей мне лгать! Ты понял меня?
Пукки откинулся назад и кивнул:
– Хорошо. Ты, пожалуй, права.
В глазах Робин блеснули слезы.
О господи, теперь ему еще и успокаивать ревущую женщину?!
– Успокойся. Мы всё выясним. Брайан – мой друг, но он такой, какой есть, и едва ли изменится.
– Дело не в этом, – сказала она. – Я не могу представить себе, что с ним сейчас происходит. Боже, ведь он поехал ругаться с Майком, а ты пустил это все на самотек?! – Робин вытерла глаза ладонями. – Я должна непременно найти его. Он сейчас так одинок.
– Если он сейчас одинок, то только потому, что он сам этого хочет.
Робин встала.
– Дело не в том, что он хочет, а в том, что ему нужно. Тебе следовало бы понять это.
Чанг вдруг понял, что она права. В жизни Брайана разорвалась ядерная бомба, и раньше Пукки казалось, что тот сможет один во всем разобраться.
– Он – все еще тот самый Брайан, которого мы все знаем, – сказал он. – Он не должен наделать глупостей.
Она вытерла глаза и усмехнулась.
– Ты хочешь сказать, что он не войдет в дом убийцы без соответствующего ордера и не запросив помощи?
Брови Пукки поползли вверх. Туше´! Браво, Робин-Бобин.
Из его телефона зазвучала мелодия из «Симпсонов».
Робин ушла к себе в спальню. Эмма, виляя хвостом, поплелась вслед за хозяйкой. Пукки знал, что она собирается переодеться и затем отправиться на поиски Брайана. Не было никакого смысла пытаться остановить ее.
Поэтому Пукки ответил на звонок:
– Черный Мистер Бёрнс… Что бы ты сейчас ни собирался мне сообщить, это наверняка поднимет мне настроение.
– Я закончил анализ уровня преступности, – спокойно сообщил Джон.
Пукки шумно вздохнул.
– Черт. Продолжай.
– Сначала немного истории. Население Сан-Франциско достигло максимума в пятидесятые годы двадцатого века и составляло семьсот семьдесят пять тысяч жителей. Сейчас – приблизительно семьсот шестьдесят семь тысяч. За последние пятьдесят лет изменилось немногое. Таким образом, население города – это своего рода константа, от которой можно плясать и оценивать ежегодное количество убийств.
– Ты всегда говоришь, как кретин, играющий на валторне?
– Что?
– Ну, например, когда ты трахаешься, то говоришь, что, мол, я собираюсь вставить сейчас свой член, затем буду совершать им быстрые движения взад-вперед до тех пор, пока мы оба не достигнем оргазма…
– Да, но только когда я трахаю твою мамочку.