На этот вопрос Алекс ответить не мог. Он посмотрел на черную толстовку своего друга. Айзек думал, что какой-то отморозок убивает всех, кто носит цвета «БойКо» и поэтому сам такую одежду не носил. За это Алекс обозвал Айзека трусом и бабой. Но увидев, что произошло с Джеем, он пришел к выводу, что идея расстаться с атрибутами «Бостонского колледжа», возможно, не так уж и плоха.
– Алекс, друган, что-то мне не по себе, – пробормотал Айзек. – Может быть, нам следует обратиться в полицию?
– Все копы – дерьмо.
– Да, ты же сам говорил, что они приходили к тебе домой, но ведь ничего плохого не сделали. И тот полицейский в черном, ведь он все-таки не застрелил Джея. Кроме того, ведь эти копы… Ну, не они же подожгли Джея и сбросили с крыши, правильно?
Алекс присмотрелся. Один из двух копов, которые заходили к нему в квартиру, тот, который одет во все черное, стоял позади санитарной машины. Врач обрабатывал ему лицо. Другой, толстяк, наверняка крутился где-то рядом, но Алекс пока не видел его.
Джей все еще лежал на крыше фургона. По всей видимости, он не шевелился. Рядом с ним находился второй врач, но он, похоже, никуда не спешил.
– Думаю, что Джей умер, – проговорил Алекс.
Лицо Айзека сморщилось, голубые глаза сузились, из них брызнули слезы.
– Умер? Наш Джей? Ну как же так, Алекс!
– Помолчи, – сказал Пейнос. – Я должен подумать.
Айзек был прав в одном: тот полицейский не застрелил Джея. Но, может быть, только потому, что Джей и так находился при смерти после падения с такой высоты… Если б Алекс с Айзеком оказались здесь раньше всего на несколько минут, наверное, то же самое произошло бы и с ними… Эта парочка копов явилась к Джею домой в три часа утра. А теперь Джей умер…
Айзек потянул Алекса за рукав.
– Пошли, брателло, – сказал он. – Давай сходим к полицейским. Ну, к другим полицейским, не к этим. Иначе нам точно не сдобровать.
Алекс покачал головой:
– Ни за что. К каким бы копам мы ни подошли, эта парочка обо всем узнает и не даст нам покоя. Копы всегда трутся с копами, как ни крути, и им глубоко наплевать на закон, справедливость и на все остальное. Нужно на время отыскать какое-нибудь приличное убежище и переждать там. И еще нам понадобится оружие.
Алекс зашел за угол, чтобы не попадаться на глаза полицейским, суетящимся на Джири-стрит. Он направился на север по Ларкин, затем остановился, вернулся и, схватив Айзека за шкирку, затащил его за угол.
Еще один день, еще один труп
Все свои действия Пукки совершал машинально. С одной стороны, он обращал внимание на все мелочи. С другой – руководил другими копами, отправляя их на тот или иной участок, чтобы собрать информацию. А еще не переставал думать о том, что творилось с его напарником.
Сам Пукки страдал излишним весом, был тучен и на вид неповоротлив. Но только на первый взгляд неискушенного зрителя. От Брайана он отстал на два квартала и свернул за угол как раз в тот момент, когда охваченное пламенем тело Джея Парлара рассекало вечерний воздух. Брайан стоял на тротуаре, когда тело мальчика грохнулось на крышу автофургона. Сам Брайан никак не мог сбросить оттуда беднягу.
Когда Пукки подбежал ближе, он почти задыхался. Нет, ему действительно следовало что-то предпринять для поправки своей физической формы. А потом этот сумасшедший прыжок Брайана! Прыгнуть так высоко… Нет, невозможно. Ну, может быть, Брайан подскочил, потом оттолкнулся от поручня на стенке фургона, как какой-нибудь каскадер, умеющий забираться на голые стены… Он в тот момент, конечно, находился далековато от него, да и на улице уже стемнело… Пукки бы вообще ничего не увидел, если бы не уличные фонари… И еще этот горящий мальчишка… Нет, слишком много переменных, чтобы решить такое непростое уравнение.
Но обычный человек не способен подпрыгнуть с места на восемь футов! И он так уверенно и так мягко приземлился на крышу!
Потом Пукки увидел, как Брайан сорвал с себя куртку и принялся тушить пламя. Он помогал мальчику…
Но вот когда напарник перевернул ребенка, все изменилось. Пукки знал – он сразу понял, – что если б не поспел туда вовремя, Брайан наверняка выбил бы мозги Джею Парлару.
Группа экспертов-криминалистов уже закончила свою работу. По их данным, пацан был в любом случае обречен, даже если бы его никто не поджигал и не сталкивал с крыши. Мальчику нанесли удар колющим предметом в область живота, перебив артерию – у него не осталось ни малейшего шанса.
Когда труп увезли, Пукки забрался на крышу, чтобы все увидеть собственными глазами. Там он обнаружил символы, нарисованные кровью Джея Парлара.
Такие же самые, которые они нашли неподалеку от трупа Оскара Вуди…
Вернувшись назад, Пукки увидел Брайана, который сидел в задней части машины «Скорой помощи», где врач осматривал его голову. Он выглядел ошеломленным. Никто не придал этому шоку особого значения; остальные полицейские автоматически списали это на естественную реакцию от вида горящего мальчика, упавшего с крыши…
Поглядывая на своего напарника, Пукки потер пальцами щетину на щеке. Он с трудом пытался объяснить себе происходящее, но пришло время по крайней мере согласиться с тем, что он видел собственными глазами.
Сны сбывались.
Это не какой-нибудь жуткий фокус или стечение обстоятельств. Был ли Брайан психом? Пукки не мог ответить на этот вопрос положительно, но после сегодняшней ночи уже не исключал этого. Он самолично находился в квартире Брайана, когда тому приснился Джей Парлар. Никто в этот момент не пробрался в жилище Брайана и ничего не нашептал ему на ухо. Не было никаких микрофонов в стене, никаких проводов в подушке. Брайану приснилось, что мальчику грозит опасность. После этого он выбежал из квартиры, чтобы спасти его. Он поступил так, как поступил бы на его месте любой полицейский. Это, конечно, какой-то патологический метод прозрения, но реакция вполне нормальная.