Замороженное солнце (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

====== Глава 27. Почему ты все еще ждешь меня?.. ======

— Вы продолжайте-продолжайте, я слушаю. Что там про право на звание? Ибики не успел даже отреагировать, как послышался звон ломаемого стекла, и в аудиторию влетела Митараши Анко, как всегда, эффектно. После этого она оглядела недовольным взглядом оставшуюся толпу. — Что-то в этот раз многовато. Стареешь, Ибики. — хмыкнула она, предвкушающе оскалившись. — Ничего, после моего этапа не останется и половины от этой толпы.

— Подпишите эти договора. — она раздала нам бумажки с отказом от ответственности в случае смерти, отчего при прочтении многие побледнели. В этот раз Анко даже говорит немного иначе. Скорее всего, это связано с тем, что она все это время учила детишек. Первым свою размашистую подпись поставил Саске. Затем карандаш перекочевал ко мне, и я быстро провела рисующей стороной по бумаге, оставляя подпись с парой завитушек — Цунаде не успокоилась, пока мой почерк не стал по ее мнению “приемлемым”. Затем карандаш заполучил Джуго, оставляя небрежную каракулю. Последним подписался Гаара, оставив идеальную, выверенную до мелочей завитушку. Никто, кстати, так и не понял, что она значит. Еще несколько минут ожидания, и наконец-то нам вручили долгожданные свитки. Наша команда получила Небо, Гаара под боязненными взглядами Канкуро и Темари также стал обладателем Неба. Стоило лишь Анко дать отмашку, как все тут же рванули в Лес Смерти. А мы... а что мы? Лес Смерти для нас почти дом, здесь мы знаем каждый кустик... хе-хе, судя по громкому воплю и мату под одним из этих самых кустиков кто то обнаружил ловушку, чем то напоминающую капкан. Под немного недоуменным взглядом Митараши мы четверо спокойно направились в сторону ловушки. Недалеко послышался еще один вопль — кто то залез в озеро и напоролся на плотоядных рыбок, которых мы с Саске целенаправленно разводили довольно долгое время. Еще крик — кто то решил помочь бедняге в озере, и сам же стал жертвой наших питомцев. Я не сдержала веселый смешок. При этих троих можно не скрываться, даже Джуго уже достиг того уровня доверия, когда я перестаю скрывать эмоции. Настоящие, а не ложные, имеется ввиду. Позади, с опаской косясь на спокойного Гаару, плелись Темари и Канкуро. Саске чуть сдвинул куст, открывая чудесный вид на незнакомого генина, попавшего в наш недокапкан несколько... необычным способом. Гаара устало прикрыл глаза, я недоверчиво-насмешливо усмехнулась. Джуго вздохнул, привыкший с нами к крови — в Лес он уже ходил несколько раз, а потому привык к неожиданным трупам в ловушках, а к крови он вообще давно равнодушен... Саске фыркнул. Заглянувшие следом за нами молчаливые Темари и Канкуро побледнели, пытаясь не расстаться с завтраком. Дело в том, что незадачливый генин оказался довольно неуклюж, и, судя по всему, упал прямо в куст. А в кустике прятался наш капкан. Парнишка уже тихо подвывал на одной ноте от боли, стараясь не двигаться. Впрочем, вряд ли он сможет двигаться еще когда нибудь — зубчики недокапкана разорвали позвонки, теперь ниже плеч мальчик просто напросто парализован. Он лишь открыл глаза, заметив нас, безмолвно умоляя о помощи. Саске, не обращая на это внимания, быстро оглядел его одежду и вытянул свиток Земли. — Умоляю... — прошептал мальчишка сорванным от крика голосом, и все веселье как ветром сдуло. Что-то я не поняла. С каких это пор меня веселят чужие мучения? Саске, судя по взгляду, задался тем же вопросом, задумчиво уставившись на рвано дышащего парнишку. Гааре было все равно, хотя это понятно. Темари чуть ли не рыдала. Канкуро крепился, но стал еще бледнее обычного. Я вздохнула, подходя к мальчику, и подала немного чакры Кьюби в руку, прикасаясь к холодной стали. Та под моей рукой с тихим шипением начала плавиться, но до кожи мальчика не дотекала — воистину филигранный контроль над чакрой Ку позволял уничтожать металл в паре миллиметров от покрытой кровью чужой кожи. Темари и Канкуро даже забыли об ужасе при виде изувеченного тела — сейчас куда сильнее их волновала непонятная красноватая чакра, разъедающая сталь так легко, будто ей это ничего не стоит. Даже Ян чакра не была столь разрушительна... Мальчик был почти счастлив, глядя на меня и освободившийся от капкана бок. А вот мне стало даже стыдно, когда он попытался встать... и понял, что может двигать только руками и головой. “В какой то степени в этом виновна я... ” — отстраненно глядела я на медленно появляющееся отчаяние в глазах... ребенка. Дествительно. Это ребенок. Ребенок. Такой же, какими были все мы. Ребенок, не причинивший нам вреда и даже не попытавшийся напасть, едва освободившись. Так какого дьявола я еще и думаю? Ядовитая чакра Ку сменилась золотым свечением медчакры, и под моей рукой раны быстро начали зарастать. Мальчик с восторгом и одновременно затаенным страхом наблюдал — быть может, у нее не удастся излечить такое? Что, если он навсегда лишен возможности не то что быть шиноби — ходить? Все это я прекрасно видела в его глазах, в то время как золотистое свечение сменилось голубоватым, и кости с громким хрустом встали на место. Легкий удар по темечку — и мальчишка падает без сознания, ибо боль от регенерации костей по настоящему адская. Еще пара минут лечения, и Саске без лишних слов забросил ребенка в сторону дерева, легко скрыв в корнях. Еще пара секунд — и к руке мальчишки прикреплена небольшая печать. По сути, она ничего не умеет, кроме как вырабатывать чакру и выпускать понемногу при приближении кого-либо живого. Местные звери уже запомнили нашу чакру и от нее шарахаются, а значит мальчик в относительной безопасности, пока не снимет печать. Кстати, нужно будь потом разобраться с этими приступами кровожадности. В озере на поверхности воды мирно плавали два тела, и у одного из них как раз нашелся второй свиток Земли. Нам сегодня очень везет, но нахрена нам сейчас идти на место назначения? До конца этапа еще пять дней, а значит, у нас есть целых пять дней на тренировки. Комментарий к Глава 27. Почему ты все еще ждешь меня?.. Кхм... видимо, зря я не поставила в отметках автора... это НЕСЕРЬЕЗНОЕ произведение. Попытка написать хоть что то по Наруто, первый завершенный миди, переросшие в макси. Я не буду устраивать здесь политические бои, не буду делать макси на тысячу страниц — вряд ли я дотяну даже до сотни — и я не планирую тут устраивать супер-интриги или строить охуенные, один другого круче, планы по захвату мира. Концовка скорее всего будет открытая, но точно ничего не скажу. Это не что охеренное — ау, народ, это по сути второй мой фф, не считая прошлый попыток в 17-20 страниц, вы о чем? Я еще нихрена не умею, не ожидаете от меня шедевров навроде Сталкера (кто не знал, все 80 с небольшим книг по Сталкера это по сути фанфики), я всего лишь пытаюсь выбиться из лиги Йашек и дойти хотя бы до Любителя. Ничего великого и крутого от меня не ждите, я даже сюжета не имею. Каждая глава — чистая, мать ее, импровизация. Я тупая, не ждите от меня ебаных шедевров! Я и так пытаюсь написать хоть что то более менее напоминающее связный текст. Не ждите многого, разочаруетесь.

Прим. Беты: Вычитал, но мог кое-что пропустить. И не стесняйтесь писать конструктивную критику, но помягче, ибо, как видно, автор уже на пределе.

Прим. Гаммы: Ребятки! Скоро сюжет подъедет!

====== Глава 29. Вокруг столько суеты... ======

— До конца этапа осталось полчаса, — просветила нас вышедшая из-за кустов Темари, несущая в руках самодельную травяную корзину, полную ягод. За эти дни Темари и Канкуро немного привыкли к спокойному Гааре, но все остальные ещё косились с опаской — здесь он был еще более жестоким, чем у нас, и такая резкая смена поведения все еще пугала детей. Им всё казалось, что вот-вот Гаара вновь сойдет с ума и попытается убить их песком. Все четыре с небольшим дня мы потратили на тренировки. Конечно, к ним допускался только один Собаку из трех, и не нужно говорить, какой именно. Оставшихся двух мы просветили о том, “какие ягодки-грибочки кушать можно, а какие тут бяка.” Джуго порой психовал от подобного вегетарианского питания, и примерно раз в день бросал всё и срывался в центр Леса на охоту. Совсем мы тут одичали. Безразличный взгляд Джуго мазнул по смутившейся Темари, чтобы остановиться на мне. Ухмылка расцвела на его губах, отчего я подозрительно прищурилась. — Лис, как думаешь, те трое на дереве знают, что над ними сидит Кумохасиру*? — ну теперь понятно. Опять нас пытаются атаковать. Наивные. Трое на дереве с воплями упали на землю, и я расхохоталась. Кумохасиру я давно уже не видела, они одними из первых стали от нас убегать. Кумохасиру — это огромные пауки, обитающие в Лесу Смерти. Вроде там даже некоторые говорить умеют, но на контакт они как-то не спешат идти, а мы не очень то хотим. Что до обращения “Лис”, то Саске у нас Ястреб, Джуго — Паук, а Гаара — Енот. Мы решили не заморачиваться и просто взять свои предыдущие позывные, придумывать пришлось только Джуго. Саске, до этого дремлющий на ветку выше упавшей троицы усмехнулся, и попытавшиеся убежать Генины получили в спины по парализующей печати. Гаара молча забрал очередной свиток. — Небо. — коротко произнес он, небрежно бросив очередной свиток к горке таких же. За эти дни на нас нападали довольно часто. Песок легко подхватил парализованных Генинов, унося куда-то в дебри Леса, а я вздохнула, собирая в печать принесенные Темари ягоды, недавно пожаренное мясо, трофеи Канкуро в виде костей (он был почти счастлив, я толком ничего не поняла, только что-то о костяных куклах) и собранные Юу ядовитые иглы местных цветочков. — Все, закончились выходные. — потянулся Джуго как сытый кот, зевая. Темари с Канкуро явно не были согласны с “выходными” — именно они все эти дни убегали от мутантов, стоило нам отойти от них хоть немного. Хотя они смогли убить несколько монстриков, так что не настолько они слабые, как я думала. Саске спрыгнул с ветки, собрал в печать все свитки и встал возле меня, ожидая, пока соберутся остальные. — Паук, хватит спать, пошли. — устало потерла я переносицу, и Джуго тут же с улыбкой появился рядом, ненавязчиво забирая у меня из рук печати. Ему было совершенно плевать, что они совсем не тяжелые — при любом случае он забирал все из моих рук и нес сам, будь это теми же печатями или хворостом для костра. Я уже почти привыкла. Саске рядом неслышно фыркнул, смерив Джуго нечитаемым взглядом. Темари тоскливо вздохнула, незаметно косясь на Юу. Гаара тихо веселился. Я молчала. Канкуро с нежностью косился на печати, гадая, в какой из них лежат его прекрасные кости. Джуго расслабленно улыбался, идя вровень со мной. Идиллия, мать ее. Стоило нам дойти до Башни, как Саске бросил вытащеные из печати свитки на землю, на месте которых внезапно появилось облачко дыма. Появившийся из него Ирука оглядел нашу компанию и вздохнул. — Поздравляю, вы прошли второй этап буквально в последний момент. Есть вопросы? Мы четверо синхронно помахали головами, и Ирука кивнул чему-то своему. — Присоединяйтесь к остальным прошедшим второй этап.

Дальше все шло точно также, как я и помнила с прошлого раза. Точно также объявили о начале отборочных, точно также стоял, держа во рту сенбон, Гекко Хаяте. Нас провели на трибуны, и я... уснула. — Наруто, вставай, твой бой. — я сонно оглядела сидящего рядом Саске, на чьем плече я похоже и уснула. — Твой бой. — повторил он. — И сделай уже что-нибудь с собой, который раз ты уже засыпаешь днем? Я наморщила лоб, припоминая. Действительно, уже третий день я бесконтрольно засыпаю. Саске мягко усмехнулся, подталкивая меня к лестнице. — Мой бой уже был. — мои брови взлетели вверх. — Какой-то Генин из Звука. Саске что-то непривычно добрый и многословный, впрочем, какое мне до этого дело? Гекко окинул нас скучающим взглядом. — Сайко Тора из деревни Скрытого Песка Узумаки-Намикадзе Наруто из деревни Скрытого Листа. Начали! Сайко тут же принял боевую стойку, напряженно меня разглядывая. Я скептически посмотрела на него. Миг — и в меня летит сюрикен со взрыв-печатью.

...и Сайко Тора, парализованный, падает на землю. Трибуны затихли — самый короткий и непонятный бой за весь экзамен — и непонимающе нахмурился даже Хокаге. Нагато, сидящий возле Минато, улыбнулся мне, отчего я напряглась. Слишком опасно.

— Кхм... победитель — Узумаки-Намикадзе Наруто из деревни Скрытого Листа. Это был очень простой прием. Я просто ударила уплотненным воздухом по его шее, для такого трюка даже печати на требуются. Саске улыбнулся мне, когда я села рядом, Джуго явно был заинтересован. — Как ты это сделала? — подался он вперед, и я усмехнулась. — Воздух. — Джуго кивнул — привык, что я говорю только самое основное, а до остального он должен додуматься сам. Нам с Саске не нужна послушная кукла, Джуго должен уметь думать. Тут табло показало имя Джуго, и тот встал. — Джуго Юу из деревни Скрытого Листа против Инузука Кибы из деревни Скрытого Листа. Киба напротив Юу напрягся — против Джуго, лучшего ученика нашего выпуска — мало кто мог выстоять. Стоило Гекко дать отмашку, как оба отпрыгнули друг от друга в разные концы арены. Притих даже Акамару. Секунда, другая. Оба напряженно молчат, но я-то знаю, что Джуго легко может победить, лишь зачем-то опять играет на публику. Порой мне кажется, что он считает весь мир театром, а себя — актером. Хотя должна признать, актер из него отменный. Собачник резко рванул вперед, и кисти рук Джуго мгновенно превратились в острые когти, полоснувшие по лицу Инузуки так, будто разрезали воздух. Мальчик взвыл, Акамару, отброшенный Кибой в сторону от удара Юу, зарычал. Джуго усмехнулся. Киба просто не успел уклониться, ослепленный болью. Юу схватил его за плечи, и уже через несколько секунд Киба лежал без сознания, а сбоку заходится лаем Акамару. Вот и знаменитое усовершенствованное поглощение чакры. А я наконец задумалась о призыве. Комментарий к Глава 29. Вокруг столько суеты... *Кумохасиру — сначала хотела переименовать на Кумо (паук), но поняла что звучит не круто. Теперь у нас Кумохасиру (паукбеги). Примечание Гаммы и Беты.

Простите... экшен это вообще не мое, лучше бы вообще не писала...

Кхм... кто-то просил меня выложить результаты голосования за пейринг... 36 за Саске/Наруто, остальные просто дико отстают. Мне просто лень третий раз писать результаты, так что просто напишу лидирующий пейринг.

Прим. Гаммы: Саске теперь ястреб. И у Гаммы есть один вопрос, чем вам не нравятся жабы? Ведь они самый логичный вариант. Да и режим отшельника полезная штука. К тому же, разве это не повод ввести Джираю?

Прим. Беты: не стесняемся критиковать.

====== Глава 30. Танцы с Дьяволом ======

Я бегу. Бегу, падаю, сбивая в кровь колени, бегу сквозь взрывы и пламя. Бегу по пропитавшейся кровью земле, слышу, как грязь вперемешку с кровью противно хлюпает под ногами, но бегу. Дыхание давно сбилось, что просто неподобающе для Шиноби, но я бегу, упорно бегу, стараясь абстрагироваться от боли в боку, от черных точек перед глазами и нехватки воздуха, от горящих пламенем легких и опаляющего жара Катона вокруг. Война — это не просто пара строчек в книге. Теперь я это понимаю. Война — это запах горелой плоти, забивающий нос, это липкий, ледяной ужас, от которого подгибаются колени, это боль и запах смерти, впитавшийся в каждую клеточку тела. Это кровь, это тропа, состоящая из трупов, это запах разлагающихся тел твоих друзей и врагов. Зачем я бегу? Не знаю... не знаю, но почему-то я уверена, что бегу туда, где я сейчас очень, очень сильно нужна. Зачем? К кому? Как долго? Не знаю. — Наруто! — вскрик Хинаты больно резанул по ушам, и я медленно обернулся... лась? Кто я? — Наруто! Точно. Я Наруто. А... кто такой Наруто? Наруто... это такие спиральки в рамене. — Почему ты позволил мне умереть, Наруто? — Я? Что я сделал? Что... кто эта девушка? Почему она плачет? — За что? Почему ты убил меня, Наруто? А... кто такой Наруто? Это спиральки в рамене. Рамен... что это такое? Это... это лапша... кажется. — Для меня мир без тебя был бессмысленен. — продолжала девушка, и за ее спиной появились новые силуэты, которые я так и не могу вспомнить. — А ты? Что для тебя мир без нас? Где в нем смысл? Смысл? Смысл... что это такое? Что-то знакомое, что-то вертится на языке, что-то... бессмысленное. Не понимаю. Кто все эти люди? Почему они плачут? Почему они смотрят на меня? И... кто я? — Бессмысленно. Этот мир пуст и бессмысленен, так зачем же ты живешь? — девушка — или это парень? — печально посмотрела на небо, и все также подняли головы. И я поднимаю... Небо сочится черной кровью. Первые ее капли с шипением падают на землю, разъедая ее, будто кислота. В ноздри бьет приторный запах сладких, подгнивших яблок и крови. И я кричу. Кричу, срывая голос, но не смею оторвать взгляд от огромного, ничего не выражающего, растянувшего губы в безэмоциональной, натянутой, насквозь фальшивой улыбке лица, смотрящего на меня пустыми глазами, омываемого черной кровью, будто водой. А те люди улыбаются... — ...руто... Н...р..то... — относился до меня будто из-под воды смутно знакомый голос. Кого он зовет? Кто это “он”? — Наруто, черт побери! — неожиданно четко донесся до меня крик, полный каких-то странных ноток... точно. Это эмоции. Так. Эмоции. Какие именно? Прости, не мог бы ты повторить, я хочу разобрать твои эмоции?.. Из интереса я открыла глаза, и первым, что увидела, было бледное, перепуганное, неуловимо-знакомое лицо. Лицо облегченно улыбнулось, расслабляясь, и уткнулось лбом мне куда-то в район груди. Кто это? Ответ пришел сам. Саске. Кто такой Саске? Видимо, вот это перепуганное лицо. А почему лицо моего ручного Учихи перепуганное? Стоп. Ручной Учиха? Точно. Это перепуганное лицо, вернее, Саске. — Очнулась. — протянул чей-то голос сбоку, и я повернула тяжелую, будто налитую свинцом голову в сторону говорившего. Им оказался высокий, черноволосый парень с красными на кончиках волосами и разноцветными глазами — один был кроваво-красным, другой — изумрудно-зеленым. Джуго Юу, лучше просто Джуго — вспомнила я. Парень внешне был невозмутим, но я откуда-то знала, что он сейчас взволнован и испуган не меньше перепуганного лица, точнее, Саске. Рядом с Саске сидел бледный, какой-то потерянный мальчик с красными волосами и по-детски растерянными светло-зелеными глазами. На лбу его красовался красный кандзи “Любовь”, за спиной висела “тыква” с песком. Кто он? Кажется, Сабоку Горра... нет, Собаку но... Собаку но Гаара, точно! Что-то не так. Почему я ничего не помню? Что-то не так. Что-то совсем не так, и мне это не нравится. Где, черт побери, мои воспоминания?! Стоило мне об этом подумать, как все вернулось. Безболезненно, незаметно, но ощутимо. Тут же по мозгам ударил бешеный вопль всех Биджу сразу — впрочем, все стихли, услышав мой “ласковый” вопрос по поводу шума. Курама подозрительно облегченно выдохнул. Та-а-ак, чего я еще не знаю о своем подсознании? Саске так и не отстранился, напротив, незаметно сильнее сжал на моих плечах едва дрожащие пальцы, и медленно выдохнул, успокаиваясь. Готова поклясться, во время выдоха он сжал зубы и закрыл глаза. Я на автомате провела рукой по его волосам, боясь поднять взгляд на ночное небо. Боясь увидеть это грёбаное невыразительное лицо в черной крови-кислоте. Гаара осторожно подполз ко мне, осторожно ложась на колени и косясь на меня так, будто я сейчас сделаю что-то ужасное, и я слабо улыбнувшись, занялась пальцами и в его волосы. Джуго фыркнул, и я, усмехнувшись прекрасной актерской игре, кивнула и ему. Он понял, что это своеобразное приглашение, но просто сел рядом. Боялся, что его оттолкнут — а может, считал себя четвертым лишним. Я задержала дыхание, будто перед прыжком в воду, и резко подняла взгляд вверх, на небо. На совершенно чистое, обычное ночное небо с сотнями, тысячами ярких звездочек, небо. Невольно выдохнула. Это был лишь сон, не стоит так волноваться из-за кошмара, пусть и несколько необычного. Умершие мне и раньше снились. И плевать, что до этого я никогда ничего не забывала и не видела лицо. Плевать. Это. Просто. Гребаный. Сон. Не более. Тем не менее на душе скреблись Мататаби. Комментарий к Глава 30. Танцы с Дьяволом Ну... Я не знаю, что это. Впрочем, как и всегда. И нет, я еще не придумала, что за хрень произошла, но есть пока два варианта. В любом случае, озвучивания их будет спойлером, так что я “таинственно” промолчу. Ага. Сцука, я в конец уже ебанулась такое писать... и да, бета, тут ОЧЕНЬ много троеточий. Это вы еще моего классрука не видели, он... пишет... как-то так... ага...

Прим. Беты: Вычитал. Не стесняйтесь критиковать и предлагать идеи.

====== Глава 31. Посмотри в глаза — в них горят грехи ======

— Саске, ты уже можешь меня отпустить. — вместо этого его пальцы лишь сильнее сжали мои плечи, и я тяжело вздохнула. Это плохо. Гаара, поймав мой взгляд, поднялся с моих колен, и, подхватив Джуго, направился в сторону Конохи. Сейчас мы вновь ночевали в Лесу Смерти. Второй этап и отборочные закончились вчера, а сегодня мы уже вернулись в Лес. Саске даже не дернулся, когда я запустила руку в его волосы. До сих пор я видела его в таком состоянии только однажды, когда выяснилось правда о Сакуре. И это, честно говоря, пугало, ведь что делать, я совершенно не знала. В тот раз он сам отошел, но... скажем так, пара заброшенных деревенек этого не пережила. Боюсь, тут ему слишком опасно отпускать все, что накипело... — Ну и какого Мадары ты тут истеришь, Учиха? — он дернулся, и я мысленно выдохнула. — Где тот хладнокровный ублюдок, которого я знаю? Он слегка ослабил хватку, но на то, что он поведется на такую простую провокацию, я и не надеялась. Мы помолчали. Он все также неподвижно сидел, уткнувшись макушкой мне в подбородок, я все также на автомате перебирала его волосы. — Учиха Саске. — он вновь дернулся, но не отпустил. — Либо ты сейчас возвращаешься в наш бренный мир, либо я ухожу. Вздрогнул. Медленно, очень медленно разжал пальцы, но так и не отстранился. Ну надо же, это сработало. — Рассказывай,что случилось? — он медленно покачал головой. — Тогда я ухожу. Я дернулась, собираясь встать, но он вновь вцепился мне в плечо. Я села обратно, скрывая то, что сама на нервах. Этот чертов сон был слишком реалистичен. Что-то с ним было не так, и вопящие благим матом Биджу были прямым тому подтверждением. Еще и Саске... такой реакции у него не было очень давно. И если честно это его молчаливое бездействие пугало сильнее, чем если бы он рвал и метал, как я в тот раз. Это его молчание... — Ты... не дышала. Совсем. У тебя не было пульса. — тихо, хрипло произнес он, и я невольно прикрыла глаза, поняв, что с ним случилось. После смерти Сакуры Саске очень резко реагирует на любую опасность, грозящую Гааре или мне. Хотя раньше такого ступора у него не было. — Мы все проснулись от твоего крика. Ты кричала, а затем резко затихла. Шесть минут и восемнадцать секунд ты была... Я кивнула, когда он замялся, давая знак, что я поняла, что он не захотел говорить. Смерть близких для него — больная тема. Впрочем, как и для меня с Гаарой. Его реакцию я понимала. Своеобразная защита разума. Хотя того, что он отреагирует так, я не ожидала от слов совсем. — Бессмысленные боги... Саске, неужели ты думал, что я так просто умру? — он медленно поднял голову, и я с облегчением отметила привычное уже безразличное выражение на лице. — Саске... если будет нужно, я убью Шинигами, но вернусь. Узумаки — живучие твари, забыл? Он едва заметно кивнул, а затем внезапно протянул руку и коснулся моего лица. От холода по коже побежали мурашки — его пальцы были совершенно ледяными. — Что ты делаешь? — Убеждаю себя, что ты жива.

Ни Гаара, ни Джуго благоразумно не стали задавать вопросов, вернувшись утром, и за это я была им благодарна. А с рассветом, когда все встали, я торжественно объявила: — Пришло время призыва. — Саске ностальгически усмехнулся на моих словах. Этот Учиха никому никогда не покажет, насколько ему хреново. Самое страшное, что именно его молчание его однажды убьет. Нельзя держать все в себе, иначе эта боль сожрет его изнутри, но это не мое дело. Когда все станет совсем плохо, он придет ко мне с бутылкой саке. Всегда приходил. А не придет — приду я. Джуго, как примерный ученик Академии, подпрыгнул, поднимая руку, а в глазах его плясали черти. Как всегда придуривается. — А где мы возьмем свитки призыва? — У призывных животных, разумеется. — Гаара тоже заинтересованно вскинулся, и я не сдержала усмешки, подавив зевок. По понятным причинам, я сегодня не выспалась. — Запоминайте печати. Когда попадете в мир призыва старайтесь не шуметь и... короче, там вы как в тылу врага. Неизвестно, куда вас забросит и кто будет там обитать, потому в случае опасности вам нужно будет всего лишь прожить один час, по истечении этого времени вы вернетесь обратно. Я легко сложила несколько печатей, не подавая чакру в руки, и проследила, чтобы Джуго и Гаара повторили их в точности, как я. В Саске я не сомневалась, он мгновенно запоминал абсолютно все, даже без активированного Шарингана, так что ему повторение не требовалось. — А если нас выбросит где-то высоко в воздухе? — поинтересовался Джуго, и Гаара хмыкнул. — Ты владеешь Фуутоном, Паук. Я — песком смогу смягчить себе падение или подхватить себя прямо в воздухе. Еще вопросы есть? — я усмехнулась, глядя на вздохнувшего наигранно-грустно Юу. — Джуго глупый. Джуго рад, что Гаара-семпай все ему объяснил. Мы трое вздрогнули, услышав слишком знакомую манеру речи, и уставились на замолчавшего под нашими взглядами Джуго. — Никогда. Запомни, Джуго Юу, никогда не говори так при нас. Ума не спрашивать об этом у него хватило, и он решил ретироваться, сложив печати. Миг — и он растворится в облачке дыма. Его примеру молча последовал Саске. Гаара нахмурился. — Что тебе снилось? Я посмотрела на него пустым взглядом, от которого он вздрогнул. — Тебе лучше не знать. И исчезла в облаке дыма. А Собаку но Гаара был готов поклясться, что видел в таких знакомо-незнакомых темных глазах отражение замерзшего Ада. Комментарий к Глава 31. Посмотри в глаза — в них горят грехи Кхм... объяснение жопы из прошлой главы будет завтра. По итогам голосования лидируют с разницей в два голоса демоны и Куро. Выбирайте, комбинировать это или взять что-то одно.

Прим. Беты: Вычитал. Не стесняйтесь критиковать и трогать публичную бету.

Прим. Гаммы: Первое, попрошу давать мне прочитать перед тем как выкладывать. Второе, глава средняя, пустая. Третье, (это уже и к читателям) ваша Гамма художник, с руками из жопы, но художник. Вы не против того что у фанфика появиться обложка? Повторять за Бетой не буду, ждите следующей главы. Удачи.

====== Глава 32. Vite ======

Семья Узумаки-Намикадзе. Что возникает в вашей голове при этих словах?

Каждый житель Конохи знает, что это счастливая семья. Узумаки-Намикадзе знают, что счастьем здесь и не пахло. Каждый житель Конохи знает, что эта семья дружная, что друг за друга они порвут любого. Узумаки-Намикадзе знают, что теплотой в отношениях они похвастаться никогда не смогут. Узумаки-Намикадзе знают, что в их семье нет места девочке по имени Наруто. Эта девочка не вписывается в их картину мира. Эта девочка слабая, глупая, никчемная, истерящая и совершенно непонятная. Эта девочка презираема даже жителями деревни, пусть в основном и из-за запечатанного в ней Кьюби. Её ненавидят все. Минато Намикадзе всегда был добрым человеком. Очень добрым. Но доброту в мире Шиноби всегда убивают. И Минато тоже убили. Сломали, вырвали доброту и мягкость вместе с куском души, вылепили то, что было нужно им. Хокаге был странным человеком. Он легко мог отдать приказ об уничтожении целых деревень, спокойно перерезать горло младенцу и пытать женщину, но ради семьи он был готов на все. У него была прекрасная семья: любящая, красивая жена, сильная Куноичи, бывшая Джинчуурики Кьюби, Кровавая Хабанеро. У него был идеальный старший сын, имеющий огромный потенциал, обещающий вырасти настоящим гением и сердцеедом. У него были две очаровательные дочери-близняшки, которых он любил больше жизни. Минато понимал, что нужно в равной степени любить всех детей, но близняшки… близняшки были его светом. Даже Кушина в свое время не вызывала в нем такое ощущение радости, щемящей нежности и почти что одержимости, зависимости. Наруко была яркой, очень яркой. Как солнце, она опаляла своим жаром, освещала все вокруг яркой, солнечной улыбкой и мечтала стать Хокаге, чтобы защищать семью. Она была активной, всегда что-то делала, где-то бегала, что-то напевала под нос… Наруко всегда была чем-то занята, и это не могло не вызывать в бесчувственном для всех Хокаге умиление. Наруко всегда сияла, она любила весь мир и жаждала увидеть его целиком своими глазами. Наруто же… Она была полной противоположностью сестры. Девочка была тихой, спокойной, теплой. Она улыбалась не так часто, но каждая ее улыбка захватывала дух. Такая теплая, необъяснимо-печальная, нежная и совершенно неповторимая. Рядом с Наруто всегда было просто уютно помолчать, отдохнуть, уснуть, слыша размеренное дыхание рядом. Ничто в мире не вызывало в нем таких чувств. Хотелось защищать, оберегать, сделать все, чтобы они жили счастливо, чтобы ни в чем не нуждались, чтобы они выросли и нашли себе достойных мужей. Большего отцу и не было нужно. Весь его мир, внезапно оказавшийся таким хрупким, был разбит на осколки в тот миг, когда он увидел разъеденное ядовитой чакрой тело Наруко. А Наруто сидела рядом и надрывно, на одной ноте выла. Не рыдала, не кричала, а просто выла, как собака, потерявшая хозяина. И столько боли и отчаяния было в этом вое, что Минато забыл о погибшей Наруко. Все его существо, сама его суть рвались подойти, помочь, утешить, сказать, что все в порядке, что… Но на глаза попалось тело Наруко. И огромным усилием воли он затолкнул поглубже все порывы, желания и страхи. Наруто должна справиться сама, должна быть сильной, иначе в этом мире ее просто убьют. Уничтожат, причинят боль, какую причинили ему, вырвут душу, как вырвали ему. Боль, безнадежность, отчаяние, неверие — все это смешалось в Минато Намикадзе в момент, когда его дочь, его Наруко, — вернее, ее останки, — опускали в гроб. Но Шиноби, Хокаге, должен быть сильным. И Минато вновь запихнул боль куда подальше. Он понял, что переборщил с воспитанием Наруто лишь когда она впервые крикнула, что ненавидит их. Он стоял в ступоре и видел искреннюю ненависть, чистое безумие и дикую боль в таких родных потемневших глазах. Стоял и понимал, что сам, своими руками уничтожил свое счастье. Уничтожил, убил, стер в порошок последнюю из двух сестер, из двух человек, что дарили ему счастье, что дарили ему нежность и заботу. Сам. Наруто сходила с ума, а вслед за ней уходил, отдалялся от них, прыгал за ней в бездну безумия Нагато. Прыгал в эту чертову бездну, тонул во тьме, тщетно пытаясь спасти сестру, и Минато ничего не мог поделать. Просто не умел, не знал, что он может сделать. Он не умел выражать эмоции. Он потерял эту способность ещё на Войне. Как же Минато сейчас об этом сожалел!.. Сожалел, что не мог поддержать Кушину, мечущуюся между сходящими с ума детьми и любимым мужем, сожалел, что не мог сделать ничего. Минато видел, что одним своим присутствием причиняет своей семье боль, и он сделал единственное, что мог. Он отдалился еще сильнее, надеялся, что они справятся, что без него они смогут жить спокойно, верил, что он портил все. Но не помогло. Кушина не переставала плакать по ночам, Нагато не перестал изнурять себя тренировками, Наруто не перестала падать в эту гребаную бездну. Не помогло, лишь навредило еще сильнее. Минато не разбирался в человеческих чувствах, не понимал эмоций, не знал, что нужно человеку, и сам это прекрасно понимал. Он боялся, что может все усугубить, боялся окончательно уничтожить те остатки света, что у него остались, боялся убить само знание о том, что они в порядке, что они живы и здоровы. Без Наруко семья Узумаки-Намикадзе казалась инвалидом. Минато это понимал. Минато решил не вмешиваться, лишь бы не навредить еще сильнее. И однажды все изменилось. Просто в один ужасный, как и все предыдущие день, в кухню спустилась Наруто. Не та полубезумная, жалкая тень, не молчаливая истеричка, а Наруто. Та самая, светлая, тихая, спокойная, постоянно печальная и уютная Наруто, которую Минато когда-то сам же и убил. Вот только эта Наруто все же отличалась. В ее глазах постоянно проскальзывали льдинки, некоторое презрение и еще что-то странное, будто... сожаление? Боль? Надежда? Это было совершенно нечитаемое чувство. А еще спустя пару часов Минато узнал, что сутки назад его дочь была похищена. Узнал не от АНБУ, узнал не в первые же минуты, а спустя сутки. Из письма. Из гребаного письма, лежащего на краю стола под горой документов, оставленного АНБУ. Барс, что в тот день дежурил, немедленно был доставлен к Ибики, но ничего не сказал. Лишь безумно скалился, сплевывал кровь и смеялся, хрипло крича, что так этому демону и надо. Минато был в ярости, но при этом испытывал гордость. Наруто убила сильных Шиноби, не получив ни единого ранения, и это внушало, заставляло задуматься, как много еще скрывает его дочь. Он понимал, что просто не имел права общаться с ней, не после всего, что натворил, но чертово сердце рвалось на части при каждом взгляде на резко повзрослевшую дочь. Успехи Наруто в учебе выросли до среднего уровня. По докладам АНБУ она сдружилась с отбросом Клана Учиха, Саске, но это его не волновало, напротив, радовало. У его дочери появился первый друг спустя столько времени. А потом... потом миссия по сопровождению мостостроителя в страну Волн и доклад двух Учиха.

Скупые фразы, из которых можно было лишь понять, что Наруто помогла победить самого Момочи Забузу.

Минато до сих пор помнит, как Фугаку открывал и закрывал рот, узнав, что Саске не подпускал к бессознательной девочке ни Итачи, ни Шисуи, причем успешно, что заставляло гордиться. Его дочь в столь раннем возрасте заполучила доверие Наследника Клана Учиха. И не просто доверие, а преданность Учиха, о которой уже можно было слагать легенды. А затем внезапно наступил экзамен на Чуунина. Неожиданно-официальное поведение Наруто больно резало по сердцу, но недаром Минато некоторое время учился актерскому актерству. Молчаливая готовность атаковать даже Хокаге, со стороны мальчика Учиха вызвала умиление и уважение. Мальчик знал, что против Хокаге не выстоит и минуты, но все равно был готов вступить в бой, ещё и смотрел так... без ненависти, словно на букашку, что вдруг заговорила. Первый этап, Минато был впечатлен. Идеальные ответы на все вопросы, что у мальчика Учиха, что у Наруто. Минато до сих пор с теплотой вспоминал лица экзаменаторов и АНБУ, каждого из которых зарисовала его дочь на обратной стороне листка. Хотя присутствие на рисунке людей Корня заставило напрячься и задуматься, как она вообще вычислила кого-то из этих элитных ниндзя. Второй этап был скучен. Наруто, Саске и неожиданно присоединившийся к их компании Собаку но Гаара просто жили в Лесу Смерти, так спокойно и невозмутимо, словно это был их родной дом. А вот отборочные... лишь на них Минато понял, что имели ввиду Итачи и Шисуи, говоря, что Наруто всех еще удивит. Мальчишка против нее не выстоял и минуты. Саске тоже удивил. Лишь пара движений, и он вырубил противника. Тот мальчик, Джуго Юу, просто разорвал лицо Кибы. Это были даже не бои. Это было самое настоящее избиение. Было видно что эти трое принадлежат к совершенно иной лиге, как и спеленавший в песок Рока Ли Гаара. И Минато с азартом ждал третьего этапа, желая увидеть, что на это раз покажет дочь. Комментарий к Глава 32. Vite Ну... я пыталась.

Прим. Беты: Вычитал. Не бойтесь критиковать, предлагать идеи и трогать публичную бету.

Прим. Гаммы: Обложке быть! Хотя думаю что всем на это плевать. Глава понравилась! Гамме. Очень. Надеюсь что завтра (или уже сегодня?) поговорим. И вы реально использовали ту информацию про то что наследником был Саске в оригинальной АУ? Серьезно? Я думала что вы меня не слушаете. И я немного подправила текст (Очень даже много)

====== Глава 33. Итачи ======