— Судя по всему, у хижины две комнаты с отдельными входами, поэтому дымовые шашки Джу будут в самый раз. Если мы сможем открыть дверь и швырнуть их туда, фактор внезапности сработает на нас, — сказал Ганнибал.
— Ты одного не учел, — вмешалась Джу. — Только я одна знаю, как их бросать.
— Ну, ясно, ясно, не мне тебя учить, кровожадная карга, — сказал Ганнибал. — Симон, давай открывай дверь, а Джу метнет туда свое оружие. Потом сразу запираем дверь на засов. Через пять минут они уже не смогут сопротивляться и мы возьмем их тепленькими.
— Я не забавлялась так с тех пор, как участвовала в соревнованиях по классической борьбе и дзюдо, — призналась Джу Питеру.
Они двинулись по лужайке в направлении хижины. Папаша Дэмиэн занял позицию у двери.
— Готова? — шепнул он.
Джу вынула шашки из кармана, поигрывая ими в своих могучих ладонях.
— Так точно, сэр, готова! — кивнула она.
Дэмиэн со страшной силой рванул на себя дверь. Джу тут же метнула шашки в темную глубину. Оттуда послышались треск, звон разбитого стекла и дикий крик ужаса. Дэмиэн тoже захлопнул дверь, и в следующий момент массивный брус, заменявший замок, заняло свое место. Из хижины донеслись какофония приглушенных криков, кашель и отчаянные удары в дверь.
Как только стало ясно, что оружие возымело действие, Питер бросился к другой двери и отомкнул засов. За дверью стояла хохочущая Одри — целая и невредимая. Питер обнял ее и расцеловал.
— Ну как, всласть насиделась? — спросил он. — А то, если тебе нравится быть похищенной, я не стану силком тащить тебя домой.
— Ты мой герой, — сказала Одри и засмеялась еще громче при виде остальных своих спасителей.
— Вот неблагодарное отродье! Ты всегда была такой, — сказал папаша, целуя дочь. — Мы тут жизнью рискуем, чтобы спасти тебя, а она ржет как ни в чем не бывало!
— Но вы все так смешно выглядите! — стала оправдываться Одри. — А что вы сделали с моими беднягами-похитителями?
— Удушили, — с наслаждением сказала Джу.
— Как — удушили?!
— Джу сделала дымовые шашки, — сказал Питер, — ну, мы их и забросили. Вот откуда весь этот шум.
— А теперь мы их вытащим и повесим на ближайшем баньяне, — сказал папаша Дэмиэн, потирая руки.
— Этого не следует делать, — раздраженно сказала Одри.
— Это еще почему? — поинтересовался Питер.
— Они были так милы со мной, бедняжки, — объяснила Одри, — я не позволю причинить им зло. А если вы, ваше преподобие, отравили их насмерть, я ни за что не прощу вам. Пойдемте сейчас же выпустим их.
— Если мы их выпустим, это будет конец всему нашему делу, — сказал Ганнибал.
— Так вам вообще не надо было их трогать, — сказала Одри. — Вам нужно было только приехать, и они с радостью передали бы меня с рук на руки.
— С рук на руки? — недоверчиво произнес Ганнибал.
— Именно так.
— Почему?! — спросил Ганнибал.
— Они знали, что вы приедете, — нетерпеливо сказала Одри. — Ганнибал, ты порою такой несообразительный!
— Но кто им сказал? Откуда они это узнали?
— Я им сказала.
— Ты им сказала?! — изумился Ганнибал. — Я молчу!.. Мы тут пробираемся по лесным чащобам, словно партизанский отряд, разбавленный начинающими бойскаутами, а они, видите ли, поставлены обо всем в известность?!