В общем, пока мама переживала и пыталась загнать паука в кулёк из тетрадного листа, который она свернула, я сказала Гришке:
— Правда, дом нас не принимает.
— Может, нам надо хорошо себя вести? — предложил брат, забираясь на сундук, который смастерил Илмарс, и собираясь перепрыгнуть на сервант.
— Вот уж не знаю, — пробормотала я. — Вряд ли у нас получится. Как я спорила из-за списка
Утром мы пошли в магазин. Нужно было купить еды на несколько дней, потом пообедать и проводить папу. Он улетал на две недели в Москву, а мы оставались на необитаемом острове. То есть как будто на острове. На самом деле — в Риге, столице Латвии. Я это точно запомнила.
А Гришка пока путал: Рига — столица Испании или Латвии? Но он у нас такой. Много чего путает. В аэропорту пограничница спросила у брата, с кем он летит, как зовут маму и когда у неё день рождения. Это нужно, чтобы проверить, правда ли Гришка мамин ребёнок или нет. Может, его украла на улице цыганка. Тем более у мамы волосы прямые и чёрные, а Гришка кудрявый и светлый, как барашек.
— Летом? — предположил Гриша в ответ.
Пограничница в мамин паспорт посмотрела и покачала головой.
— Весной? — говорит. — Осенью?
Тут мама не выдержала и сказала, что ей стыдно: сын не знает, когда у мамы день рождения!
— А вы знаете, какого он года рождения? — проверила пограничница.
— 2006-го! — уверенно ответила мама, а потом закрыла рот рукой и быстро сказала: — Ой… Это ж Машин год! А Гриша — 2009-го!
— Теперь я вам верю, — сказала пограничница. — Сразу видно, в кого ребёнок. Похоже, вам будет о чём поговорить в самолёте, — добавила она, возвращая паспорта.
В общем, Гришке всё равно, где быть, лишь бы там были сладкая вата, пицца и мультики. Ну и ещё мама. А я железно запомнила, что мы оставались втроём в городе Рига! Что там, то есть тут, есть Старый город, зоопарк, музей шоколада и аквапарк. И что мы всюду побываем. Мама много разных названий перечисляла, где мы побываем, но я запомнила только самое интересное.
На завтрак пришлось варить мою кашу. Мою — потому что только я в семье постоянно ем кашу, остальные что-то другое едят. Мама хлопья для каши даже из дома привезла. Пришлось поделиться с остальными! Это даже весело оказалось. Обычно все едят свои йогурты и яйца, а тут — бац! Всем захотелось моей каши, потому что ничего другого нет.
После завтрака мы пошли в магазин. Список продуктов взяли с собой. Список обычно я пишу. Папа или мама мне диктуют, а я записываю. Иногда мама записывает сама, но тогда ей приходится в магазине вслух читать, чтобы все поняли, что она написала. У неё очень неразборчивый почерк. А я крупными буквами всё записываю.
Магазин оказался огромным! Гришка сразу стал канючить. Ему нужно было всё сразу! И «лего», и персики, и конфеты, и сырки шоколадные, и мыльные пузыри, и шоколадное печенье. К счастью, печенье оказалось не шоколадным, а мясным — это было специальное лакомство для собак! Про остальное я всё доказывала Гришке, что в списке такого нет. А значит, покупать не будем. Я ему громко доказывала, чтобы услышал! Мама подошла и сказала, что от звука моего голоса сейчас треснет стеклянная ваза, которую дарили в магазине тем, кто собрал много наклеек. А потом мама нагнулась и положила что-то в корзину. Что-то зелёное и круглое.
— Что это? — с подозрением спросила я.
— Сыр, — пожала плечами мама.
— А почему зелёный? — допытывалась я. — Тухлый, что ли?
— Нет, он с базиликом.
— Такого в списке не было, — заявила я. — Убирай!
— Ну Маша! — воскликнула мама. — Я же не знала, что он тут продаётся!
Только я была непреклонна. Требовала убрать сыр, раз в списке его не оказалось. Гришка тут же принялся требовать, чтобы его тоже положили в тележку, как сыр с базиликом.
— Тебя в списке тоже нет! — заявила я ему.
Тут папа сел на корточки, положил руки Грише на плечи и что-то тихо сказал ему. Я слышала, как папа объяснял, почему мы сейчас не можем купить то или это. Папа Грише даже сказал, что он уже взрослый. Я, конечно, сомневаюсь на этот счёт. Но брат ныть перестал.
А я уже потянулась за странным зелёным сыром (ну его правда не было в списке!), как увидела… Увидела чёрный хлеб! И чуть не заплакала. Ведь его тоже в списке не было! Какой ужас… Я ведь обожаю чёрный хлеб…
— Мама, — дрожащим голосом сказала я, — там… там…
— Ага! — весело сказала мама. — Вижу! Молодец, что заметила. Это хлеб с тмином, традиционный латышский хлеб. Он вкусный-вкусный. Берём!