– Тут моя сила не работает. После каменных ворот я обычный человек. – Призналась Лилит.
– А почему на меня это не действует? Ну, я ничего не чувствую.
– Наверное, твои физические изъяны тут приобрели силу.
До озера оставалось всего несколько шагов, но они были самыми сложными. Мишу клонило назад, потому что на его спине сидела Лилит, и он придумал идти задом. Так он быстрее доберётся до озера, ведь тяжесть теперь будет ему помогать.
Шаг, второй и всплеск. Миша не устоял на ногах и рухнул прямо спиной в озеро.
– Ай! – Лилит коротко вскрикнула. – Ты меня чуть не пришиб.
Она встала на ноги и пошла вглубь озера, подгребая рукой. Миша хотел последовать за ней, он перевернулся на живот, и даже проплыл несколько метров, но вдруг его стало тянуть вниз. Причём именно голову. Сначала Миша не понял, как это происходит. Он почувствовал, что его шею что-то обмотало. Это походило на водоросли, но ощупав своё лицо, Миша догадался – борода.
Нет, Миша никогда не носил бороды, да у него только недавно стала пробиваться чёрная щетина, а тут настоящая длинная козлиная бородка. И за эту прядь кто-то тащит его вниз.
Миша дёрнул головой и освободился от неведомой силы. Только в тот момент он заметил, что вода покрыта небольшим слоем льда, но сам он не чувствовал холода. Впереди плыла сестра, а за ней кровавый шлейф. Она выбралась на берег и легла пластом, повернув голову к озеру, чтобы наблюдать за братом. Но чем ближе он подплывал к берегу, тем больше округлялись её глаза.
– Классная бородка. И рога подросли, – прокомментировала она.
– Куда теперь? – Миша сделал вид, что не расслышал её слов.
– В дом. Там было то, что я не смогла пройти, – призналась Лилит.
– И что же это?
– Смерть.
В доме всё так же не было окон, а из распахнутой двери тянулись распевные звуки. Сердце у Лилит начало стучать. Она не хотела туда идти. Миша же, казалось, не волновался. Он зашёл внутрь первым.
Посередине комнаты на небольших табуреточках стояло два гроба. В одном лежала Лилит, а в другом он, Миша. Людей было много, а места мало, так что они с сестрой очень быстро оказались возле гробов.
– Сейчас будет самое страшное. Нам придётся как-то выбираться из ящиков, – Лилит едва успела это сказать, как ледяная рука её дёрнула и она, Лилит, снова оказалась лежащей в узкой коробочке.
Миша успел только подумать о том, что гробы-то хлипкие. Из них легко вылезти, но в ту же секунду с ним произошло то же самое.
Он смотрел в потолок. Его тело было сковано. Миша не мог даже моргнуть или дёрнуть бровью. К нему подходили незнакомые люди, целовали в лоб, слёзы с их лиц капали на Мишино лицо, а потом его накрыли деревянной крышкой. Он слышал, как заколачивают гвоздями сначала его гроб, а потом тот, где лежала Лилит.
Всё, что Миша мог делать, это думать. Перед его глазами была кромешная тьма, но он почувствовал, как откуда-то сверху подуло жаром. И в этот момент Мишу пронзила знакомая боль. На его лице стали набухать щёки. Это ужасное чувство, когда ты не можешь почесать зудящее место. Потом Миша услышал, как что-то, выросшее из его щёк стукнулось о стенку гроба, а потом оно проделало дыру и стало расти дальше. Мишу понесли в жар, но что-то мешало гробу пройти в печь. Люди снаружи уж как только не пытались, но, в конце концов, плюнули и принялись за второй гроб.
Лилит, которая всё это время уповала лишь на чудо, ощутила страх. Опять. Опять её сожгут заживо. Эта боль была невыносимой. Её быстро понесли в печь и стали заталкивать внутрь, но, когда верхняя половина ящика уже начала гореть, кто-то дёрнул её обратно, крышку гроба сорвали, она поднялась и… Миша! Или нет…
Перед ней стоял человек с козлиной мордой. Четыре рога, два изо лба, два из щёк, были крепкими длинными и загибались полукольцом. Но Лилит не испугалась. Её братец был очень похож на одного демона из книжки, которую Лилит любила читать в родительском доме.
Тут же началась паника. Люди сновали туда-сюда, со страхом глядя на Мишу и Лилит. Но почему эти люди не выбегали из дома? Ведь дверь была открыта, значит, они не могли, или не хотели, потому что что-то охраняли…
Лилит огляделась. Рядом с печкой была низенькая широкая дверь, примерно вполовину её роста. Она быстро подбежала к ней, но как только её рука коснулась ручки, Лилит тут же оттолкнули от двери.
Значит, надо как-то избавиться от этих людей.
– Миш, нам нужно попасть вон за ту дверь, но прежде надо сжечь всех людей. Они нас и близко туда не подпустят.
Миша кивнул. В нём было очень много силы. Он одной рукой схватил какого-то мужика и отправил его в печку. Остальные же, как муравьи, стали бегать по кругу, но разве от Миши убежишь. Он управился очень быстро, и когда последний из стороживших оказался сожжён, Миша закрыл дверцу печи.
Брат и сестра взялись за руки и, пригнувшись, прошли в потайную дверь. А за ней была знакомая комната, посередине которой сидели они сами с закрытыми глазами, а в уголках были другие члены общества. Все они шептали молитвы, но вот один из молившихся дёрнул головой, поднялся на ноги, и направился прямо к пришедшим.
– Это было неплохо. Осталось последнее испытание. – Его голос был булькающий, низкий, а лицо скрыто в тени сумерек.
С этими словами он подошёл к брату и сестре, которые сидели в круге, вынул из-за пазухи широкий нож без рукоятки, но зато с заострённым лезвием с двух сторон, и пристроил его между сидящими так, что обе стороны ножа упирались в виски Миши и Лилит.