Он лишь махнул рукой и отвернулся. Саторину, пожалуй, рога не грозили.
Я заехал в арендованный зал, проверить, не оставил ли случайных улик: люди любопытны, вампиры, тоже, кто-то мог что-то заподозрить, но всё было чисто. Побродил по пустому пространству, где вскоре вновь разместят кресла для зрителей. Запах Шерил почти исчез, я лишь раз наткнулся на него и постоял на месте, прощаясь.
Боль уже притерпелась ко мне и терзала не слишком ожесточённо, но постоянно напоминала о себе, пульсировала внутри всякий раз, когда мысли возвращались в недавнее прошлое. Перемен предстояло немало, ведь все обязанности подруги ложились на меня. Нанять кого-то ещё нам пока было не по карману.
Разглядывая платформу, с ещё украшавшим её пустым троном, я вспоминал, как Саторин и Дина творили здесь своё волшебство и наткнулся мимоходом на любопытную мысль.
Прикинув возможности предполагаемого проекта, я невольно облизал клыки. Попробовать осуществить его стоило. Я сдал ключи, подписал бумаги, которые в простоте своей оставил без внимания Фенир, и поехал домой.
Глава 21
Мусор в мастерской уже убрали, всё блестело чистотой, пустотой и свежестью. Я обошёл помещение, показавшееся довольно большим. Теперь, когда ничто не загромождало пространство, здесь было где развернуться. Снизу ещё доносились металлические звуки и голоса, там работа шла своим чередом, но я не спустился проверять, вполне полагаясь на добросовестность слуги, а поднялся к Саторину.
Патрон всё так же возился с картинками, пожалуй, с места не сдвинулся, а не было меня довольно долго. Не успел я открыть рот, как он виновато на меня поглядел и начал сам:
— Тач, я ещё вчера хотел тебе сказать, только случая не было и устали мы, а потом ты уехал.
Я слегка запаниковал, не в силах представить, во что ещё мог вляпаться мой непредсказуемый гений. Неужели ночное представление так пагубно сказалась на его тонкой душевной организации? Он продолжал:
— Я говорил с Шерил. Подобрался к ней, когда схлынула эта паника и предложил вернуться. Я честно сказал, что был не в себе, когда её увольнял, и что тебе досталось ещё больше, но ты меня простил.
Сатрин умолк, виновато водя пальцем по рабочей панели. Рисунок на ней страшно морщился.
— А она? — поторопил я.
— Послала меня.
Какая женщина! Не слишком и стыдно стоять в длинном ряду других, отправленных в сакральное путешествие.
— А потом ещё добавила, что тебе так и надо, что сколько бы я не всыпал, ты заслуживаешь ещё большего и за то, что простил меня тоже.
— Наверное, она права. Не казнись, Саторин. Ты попытался, а это главное.
Он выдохнул воздух, испытывая явное облегчение от того, что сказал мне всё, что следовало, а я даже не рассердился. Хороший он у меня, надо беречь, а то, когда разом оскорбишь всех врагов, друзей вокруг остаётся на удивление мало.
— Собственно говоря, Ринни, я хочу поговорить по другому поводу. Знаю, как ты не любишь организационные вопросы и, поверь, решу их сам, если моя идея придётся по душе, пока просто выслушай.
Он насторожённо кивнул.
— Мне тут пришло в голову, что будет здорово, если вы с Диной поработаете вместе.
Он откинулся на спинку стула, потом нагнулся вперёд, словно намеревался встать, даже оторвал зад, но тут же опять плюхнул его на сиденье.
— Это прозвучало шокирующе? — осторожно поинтересовался я.
— Скорее невероятно. Я сам думал, что здорово было бы создать что-то вдвоём с ней, но ведь невозможно организовать такой странный союз.
— Дай согласие, и я сделаю.
— Ты это затеял, чтобы быть к ней ближе?
Как не шёл Саторину сердитый взгляд исподлобья, я всегда ценил его открытость и на всё был готов, чтобы он взирал на меня только прямо.
— Нет, чтобы ближе к ней был ты. Что объединяет лучше, чем совместный труд, часы, проводимые в мастерской за общими устремлениями и тайнами? Пусть Дина разглядит тебя — оно того стоит. Ну и заработать получится.
— У нас мало денег? — встревожился Саторин.
— По миру ещё не идём, но самое время озаботиться пополнением кармана. Если у вас сложится гармоничный дуэт, я мигом раздобуду заказы.