– И ты храбрая, – продолжает Рейган. – У тебя хватило смелости уйти от мужа. У моей мамы было куда больше возможностей для того, чтобы расстаться с отцом, но она с ним осталась.
Джейн качает головой:
– Я оставила Билли только потому, что меня подтолкнула Ата.
– Я в это не верю.
– Я вот думаю: что, если это… не единственный путь? Кто знает, вдруг можно любить кого-то, даже если тебе ничего в нем не нравится? – говорит Джейн медленно, потому что эта мысль новая, никогда раньше не приходившая ей в голову.
– Папа любил маму, пока она играла по его правилам. Это его единственный способ любить, иначе он не умеет, – отвечает Рейган, и в ее голосе ощущается такая резкость, что у Джейн щемит сердце.
– Я не думаю, что это любовь. Я не думаю, что твой отец…
– Все условно. У всего есть свои правила. Мы все марионетки…
– Это неправда! – восклицает Джейн с яростью, которой сама от себя не ожидала. – Она смущенно отводит глаза и говорит уже тише: – Я люблю Амалию не так. И мы с ней не марионетки. – Рейган молчит. Когда Джейн поднимает глаза, то видит, что ее подруга плачет. – Из твоих рассказов мне кажется, что и твоя мать любила тебя в точности так, как я люблю свою дочь.
Джейн собирается принять душ после занятий фитнесом, когда в комнату врывается Лайза.
– Трой только что уехал. У нас ничего не было. Координатор… как ее зовут, такая рыжая… заставила нас держать дверь в комнату открытой, как будто мне четырнадцать лет. – Лайза фыркает, плюхаясь на кровать Джейн. – Не хочешь пойти прогуляться?
Джейн морщится. Во время их последней прогулки несколько недель назад дорожки были еще грязными после зачастивших дождей. В одном месте грязь оказалась такой густой и глубокой, что Лайза в ней увязла. Джейн пришлось практически вытаскивать из нее подругу, которая в конечном итоге оставила в ней сапог.
Когда они вернулись в дорм, дежурный координатор, рыжеволосая Миа, отругала дрожащую от холода Лайзу. Ее босая нога была заляпана грязью, между пальцами торчали травинки. Миа отругала также и Джейн: «Наша система дружеских связей создается не просто так. Вы должны заботиться друг о друге».
Лайзу увели по коридору, а Джейн отправили в одну из ванных комнат, примыкающих к медицинскому кабинету, и велели принять теплый душ. Потом ее напоили горячим чаем, а Миа и ее помощница высушили ей волосы и осмотрели каждый дюйм ее головы с помощью увеличительного стекла. Пока Миа изучала шею, грудь и живот Джейн, она читала ей лекции о различных болезнях, которые переносят клещи, а помощница изучала зад Джейн. Потом ее попросили лечь под лампу и раздвинуть ноги.
– Ты удивишься, узнав, куда эти клещи могут забраться, – пошутила Миа.
Джейн говорит Лайзе:
– Прости, но я скоро встречаюсь с Делией.
Это не совсем ложь. Джейн не общалась со своей филиппинской подругой уже несколько дней, и та обещала прийти в гости.
– Но я хочу прогуляться с тобой! – восклицает Лайза, всплескивая руками. – Пожалуйста, Джейни-Джейн! Я прошу, ну пожалуйста?!
Джейн краснеет, польщенная против воли. Она знает, что это ребячество, но ей нравятся прозвища, которые ей дает Лайза. И ей нравится, что Лайза, которая сначала была подругой Рейган, теперь считает подругой и Джейн тоже. Два раза на глазах у всех Лайза обнимала Джейн, и Рейган и называла их своими лучшими подругами.
Филиппинские подруги Джейн говорят, что она становится бананом («желтая снаружи, белая внутри»). Но это неправда. Джейн знает, что она совсем не похожа на своих новых подруг. Просто ей нравится быть рядом с ними. Ей нравится, как Лайза и Рейган разговаривают. Если послушать их, то может показаться, что возможно все.
Джейн смотрит в окно на еще высоко стоящее в небе солнце. Уже несколько дней тепло. Дорожки должны были высохнуть.
– Ладно, – дает согласие Джейн и улыбается, когда Лайза издает радостный вопль.
– Ты лучшая, Джейни-Джейн. Устроим пикник. Оденься и принеси полотенце, чтобы мы могли на него сесть. Встретимся в моей комнате, хорошо?
На этот раз Джейн одевается в соответствии со всеми существующими правилами. Она заправляет светлые брюки в высокие сапоги, выбирает блузку с длинными рукавами и прячет волосы под бейсболку. Она кладет в рюкзак бутылку воды, а также большое полотенце для бассейна и идет в отдельный коридор, где находится комната Лайзы. Та уже ждет в дверях. Позади нее Джейн замечает в стоящей на столе вазе высокие оранжевые цветы с похожими на клювы птиц лепестками. Они выглядят тропическими, как растения, которые могли бы расти в дикой природе на Филиппинах.
– Их называют «райские птицы», – объясняет Лайза. – Трой часто мне их дарит. Говорит, я его экзотическая птичка. По-видимому, считает, будто их присутствие делает нашу ферму раем. – Она строит гримаску.
За координаторским столом сидит женщина средних лет с каштановыми волосами. Она проверяет их браслеты и напоминает: нужно держаться вместе.
– Наслаждайтесь прогулкой, леди.
Лайза и Джейн выходят через заднюю дверь во внутренний дворик, вымощенный синим камнем. Стоящая там садовая мебель все еще покрыта водонепроницаемым брезентом. Они идут к деревьям, их сапоги хрустят по гравию.
– Как дела, Дэвид?