А тех, кто всё-таки добирался до леса, встречали зелёные всполохи бластеров.
Если же стрелки промахивались, то загорались стены бревенчатых строений селения или те самые деревья, до которых так хотели добежать местные жители.
Плющ увидел это, в последний раз обернувшись, прежде чем влететь на полной скорости в лес с северо-востока от Сталочной.
«Отец… — подумал он на бегу, и от этой мысли немного сжалось сердце. — Только бы он не промедлил. Только бы не погиб. Только бы побежал за нами… Оставаться там — это самоубийство. Мы ничем сейчас там не сможем помочь. Можно лишь надеяться, что хоть кто-то спасётся. Надо бежать, чтобы потом появилась возможность вернуться».
Но в этом Плющ не был уверен даже настолько, чтобы убедить самого себя.
* * *
18:45.
Тем временем аппарат, чьи очертания еле виднелись в чёрном ночном небе, сел на заснеженный берег Сталки.
Это был десантный модуль, из которого, очевидно, и выпрыгнули те новые бойцы с реактивными ранцами за спиной и фонарями на лбу. Теперь он тёмной громадиной высился на берегу, недалеко от покрытых снегом полей сталков, и ещё более густой темнотой зиял его разверстый люк.
А бойцы продолжали своё чёрное дело.
— Хорошо, что не те… — пробормотал в микрофон внутри шлема один из них, осматривая обугленные трупы, которые валялись лицами вниз в сугробе около горящего дома близко к центру Сталочной.
— Смотри, что там? — указал другой на припёртую каким-то массивным с виду сундуком дверь самого большого строения посреди деревни.
— Наверное, здесь эти заперли их. Пошли, проверим.
Два силуэта подобрались ко входу в нужный дом. Легко подняв вдвоём с помощью экзоскелетов вместительный сундук с металлической крышкой, они отшвырнули его в сторону, и один из бойцов распахнул дверь «КПЗ».
Яркие лучи света выхватили во тьме внутри дома несколько лиц, тут же закрытых ладонями. Всего «временное заключение» здесь отбывало человек двадцать — в основном мужчины разного возраста, но с ними было и несколько женщин.
И все, прикрывая глаза от слепящего света, уставились на тёмные фигуры в проёме двери.
Один из бойцов — тот, который заметил сундук у входа, — включил внешний динамик и сказал на языке сталков:
— Не бойтесь. Мы за вами.
— Кто вы? Что вам от нас нужно? — спросил один из «повстанцев», темноволосый мужчина лет сорока, сидевший на полу сбоку от двери и первым вскочивший на ноги при появлении неизвестных.
— Мы доставим вас в одно место. Там вас научат, как правильно делать то, что вы пытались провернуть сегодня.
Боец говорил на языке сталков с небольшим акцентом, но без всяких затруднений. Похоже, где-то выучил. И это повергло «повстанцев» в молчаливый ступор: ведь до этого с ними на их наречии общалась одна лишь Зелма.
— Ч… что? — переспросил кто-то.
Неизвестный повторил свои слова.
На пару секунд в помещении воцарилось гробовое молчание.
Затем тот ближайший к двери «повстанец» прокашлялся и хриплым от потрясения голосом поинтересовался:
— А вдруг вы федеральные агенты, которые прибыли, чтобы нас забрать с другой целью?
— Мы только что уничтожили половину вашей деревни. И всё ради того, чтобы вас, факнутых «борцов против режима», отправить туда, где вас подготовят к… А, чего с вами говорить! Пошли, — бросил боец напарнику и повернулся к выходу.
— Эй-эй, погодите… Что, правда?
— Да!.. — Последовало весьма экспрессивное выражение на языке сталков, которое, похоже, и убедило «повстанцев» в истинности намерений «пришельцев».
— Мы согласны, — ответил тот темноволосый и обернулся к остальным. — Ведь так?