«Это конец, — подумал он. — Эскадрилья уничтожена, теперь им ничего не стоит разбомбить базу, лагерь, деревню… А десант — это для зачистки от тех, кто выживет. Но мы дадим им отпор и постараемся дождаться помощи. Жаль только, что крейсер мы поддержать не сможем… Короче, будем смотреть по ситуации. Главное, чтобы ретранслятор не грохнули…»
Весь персонал базы успел добраться до леса и рассредоточиться по отделениям в бесконечном лабиринте голых стволов и веток, когда сзади раздались взрывы, приглушённые защитой шлемов.
Мятежники уничтожили базу Федерации.
Картинка со станции слежения исчезла, — потому что не было уже никакой станции слежения.
«Пусть вакуум вам будет пухом, — подумал Миронов о погибших пилотах. — Мы отомстим за вас».
Взрывы сзади не прекратились, а, наоборот, приближались. Похоже, мятежники поняли, что персонал базы может скрываться в лесах, и решили побомбить окрестности.
— Всем лечь на землю! — приказал подполковник и первым подал пример. — Сейчас тут будет…
Последние слова его потонули в грохоте взрывов, сотрясающих склон невысокой горы, где сейчас находился воинский контингент Сталкерры.
«Только бы пронесло… — повторял про себя Миронов, невольно вслушиваясь в оглушительный шум вокруг, который не могла заглушить даже защита шлема. — Только бы… Без меня никому здесь не выжить. Я должен остаться в живых и начать ответные боевые действия. Я должен спасти Сталкерру».
Бомбили примерно полминуты. За это время подполковник успел раз тридцать мысленно пережить собственную смерть и столько же раз порадоваться своей удаче.
Затем сверху прокатился громкий рокот пролетающих на бреющем истребителей — и исчез вдали по направлению к деревне и лагерю экологов.
И всё стихло.
Ощущая слабый звон в ушах, Миронов поднялся на ноги и огляделся.
Со снега там и сям вставали солдаты и офицеры, поднимали оружие, собирались по подразделениям. Кое-где они так и оставались лежать, а где-то и вставать было уже некому.
— Слушайте мой приказ, — обратился подполковник ко всем своим подчинённым. — Быстро проверить, кто убит, кто контужен, кто ранен, а кто может двигаться и сражаться. Врачам и прочим специалистам — остаться здесь, присматривать за ранеными, оказать первую помощь. Если что, мы знаем, как вас найти. Остальные — за мной к Сталочной. Чувствую, сейчас мы нужнее там… Старлей, — заметил он неподалёку дежурного по штабу, данные о котором автоматически высветились внутри на щитке шлема. — Срочно свяжитесь с Федерацией и запросите любую возможную помощь. Скажите, что ситуация чрезвычайная. Также остаётесь здесь и по персональному каналу докладываете обо всём мне. А теперь — ходу, ходу!
Хронометр в углу дисплея-щитка показывал 18:41 федерального времени. Прошло всего несколько минут с начала атаки.
Но то, что случилось за эти минуты, было настоящей катастрофой.
* * *
Лагерь экологов, 18:38.
Подкрепление прибыло слишком поздно, когда бунт сталков был уже минут пять как подавлен.
Зелма встретила отряд, перебегавший замёрзшую реку по разложенному мостику, на берегу.
— Кто главный? — спросила разведчица по общему каналу связи, пока бойцы в чёрной экипировке по одному перескакивали с мостика на снег.
— Я, — поднял руку один из них. — У меня приказ подполковника Миронова найти и доставить на базу троих экологов, которые, по имеющимся сведениям, скрылись в лесу.
— Выполняйте, — кивнула Зелма. — Здесь ваша помощь не требуется.
Командир отделения махнул рукой своим бойцам, и отряд колонной побежал к лесу.
Они промчались сперва мимо трупов, сложенных рядком на снегу и прикрытых одеялами из лагеря. Потом мимо кучки строений в центре поляны. Наконец, мимо солдат основной группы охраны, которые тушили подожжённые в прямом смысле слова чьей-то злой волей деревья, закидывая их снегом с помощью пустых контейнеров со склада; огонь, кстати, гасился хорошо: всё-таки сырое дерево горит плохо…
И нырнули в лес.
Зелма обернулась, посмотрев им вслед. Задержалась взглядом на десятке неподвижно лежащих тел «повстанцев» и экологов и подумала, глядя на одно из них: «Ничего, Матвей; я отомщу за тебя».
«Интересно, как там Миронов справляется?.. — возникла у неё мысль, когда разведчица устремила взор вдаль, на юг, к федеральной военной базе. — Чёрт, далеко: не видно, что у них там… да и темно вокруг, как…»
Внезапно ей почудились какие-то светлые искорки вдалеке — как раз там, где, по всей видимости, находилась база. Зелма спешно включила голосовой командой максимальное увеличение на визире шлема — и похолодела.