- Не думаю, что твоя свекровь порывалась тебя защищать, - усмехнулся Лефар. – Скорее наоборот, Дара. Но в твоих силах вышвырнуть меня прочь из этой академии.
Женщина сделала шаг вперед, осторожно коснулась моей руки – я почувствовала легкое, едва ощутимое прикосновение горной магии, - и потянула назад, заставляя отступить на полшага. Теперь между мною и Магнусом стояла моя мать, и я могла только представить, что за пламя сейчас горит в её глазах. Она уж точно не собиралась одобрять поступок Лефара и вряд ли разрешила бы нам быть вместе – что б он ни сказал.
- Продолжаешь заниматься селекцией, огненный? – холодно произнесла женщина, расправив плечи. – Считаешь, что я слепая? Моя дочь – ещё наивный ребенок. Но я не позволю тебе за её счет просто так провернуть свой коварный план.
- Какой коварный план? По воскрешению огненных магов, которых убили горные ведьмы?
Дараэлла усмехнулась. В воздухе запахло грозой, и я насторожилась, отлично зная, что это первый признак использования моей матерью морской магии.
- Мой отец, - холодно произнесла она, - всю жизнь говорил, что нельзя верить огненным. Посмею с ним согласиться. Но ты должен понимать, что теперь ты один и точно не сможешь никому навредить. Если понадобится, я сотру тебя в порошок. Но конфликт нам не нужен. Просто оставь Шарлотту в покое, и можешь спокойно работать. А для снятия проклятия найди себе другую горную ведьму. Поверь, каждая из нас до определенного момента всё же остается девственницей.
Я вздрогнула. Невинная горная ведьма - это редкость, хоть и не настолько, чтобы на эту роль подходила я одна. Но Магнус почему-то сверлил меня взглядом и, кажется, был готов сделать всё, что угодно, чтобы склонить чашу весов в свою пользу.
- Шарлотта – взрослая девушка, - произнес наконец-то он. – Если между нами, Дара, и были некоторые неувязки, это не означает, что ты имеешь право распоряжаться её собственной жизнью.
- Вот как, - усмехнулась женщина. – Может быть, ты хочешь сказать, что у вас уже есть отношения? И я должна просто принять, что моя дочь влюбилась в огненное чудовище, не знающее ни жалости, ни любви?
Я вздрогнула, вспомнив пламя, которое горело в глазах Магнуса. Сейчас он смотрел на меня совсем иначе, но у этого были причины. Он ведь в самом деле был заинтересован в том, чтобы я сейчас подошла к нему и заявила матери, что уже всё решила.
И меня словно тянуло что-то к нему. Пламя, которое было в Магнусе, находило отклик и во мне, и я вдруг подумала: а ведь если бы мы с ним воссоединились, я могла бы познать такие грани магии, о существовании которых прежде даже и не предполагала. Вот только…
- Шарлотта, - произнесла мама, - твой выбор – это твой выбор. Но помни, что всегда стоит сначала всё как следует обдумать, а только потом принимать решение. Иначе последствия могут быть очень неприятными.
Я вздрогнула. Мама говорила правду. Последствия, о которых она упоминала, в самом деле могли быть ужасными. Я ведь почти не знала Магнуса. Так с чего, не выслушав мать, должна была ему доверять?
- Шарлотта хочет остаться, - твердо произнес Лефар.
Огонь из его взгляда перетекал в меня, и было слишком мало сил, чтобы угасить эту тонкую струйку пламени, стремительно расползавшуюся по моей крови…
Я вздрогнула и тряхнула головой.
- Я не говорила, что хочу остаться, - решительно произнесла я. – Я пойду с мамой.
Дараэлла даже не пыталась скрыть торжествующую улыбку. Она взяла меня под локоть, потянула к двери и напоследок произнесла:
- Если хоть один волос упадет с головы моей дочери по твоей вине, Магнус, ты не жилец.
Я вышла из кабинета декана первой. Если честно, уже и пожалела, что согласилась на его приглашение и решилась переступить порог этого кабинета, не посоветовавшись, например, с мамой. Сердце теперь колотилось в груди, как безумное, и я чувствовала ужасное беспокойство, хоть и пыталась как-нибудь сладить со своими нервами. Мама же долгое время не произносила ни единого слова, а просто ступала следом за мной по коридору, пока мы не отошли достаточно далеко от кабинета Магнуса. Я собиралась свернуть на свой этаж, но мама придержала меня за руку, вынуждая остановиться.
- Насколько далеко это зашло? – тихо спросила она, сжимая мои ладони.
- Мама, я…
- Пожалуйста, скажи мне правду.
- Почему это так важно? – не удержалась я. – Просто потому, что ты хочешь построить между нами доверительные отношения? Или есть что-то ещё, что-то такое, о чем ты боишься рассказать мне сейчас?
Она тяжело вздохнула. Было видно, что маме непросто дается этот разговор.
- Мы никогда не разговаривали с твоим отцом о Магнусе, просто забыли встречу с ним, как страшный сон, - наконец-то произнесла она. – И я не думала, что он появится в твоей жизни, ещё и будет претендовать на твоё сердце, Лотти. Огненные маги очень честолюбивы и самолюбивы, и… Нас создала магия. Среди огненных – только мужчины, среди горных – только женщины.
Я молчала и смотрела на неё.
- Мне рассказал об этом отец, твой дедушка. Не сразу, а уже когда ты родилась. Горные ведьмы – это не только про землю. Это про воздух. Сначала маги думали, что горные и огненные будут идеально сочетаться. Земля не позволит огню зайти далеко. Воздух – даст ему пищу.
- Но?
- Но горные ведьмы сгорали, - пожала плечами Дараэлла. – Земли оказалось слишком мало. Огненный маг способен выпить твою магию и заместить её своей. Ни одна горная ведьма не согласится на этот союз.