Магнус не сдержал самодовольную улыбку, увидев тень испуга на моем лице, а я вспомнила старые родительские сказки: нет магов страшнее огненных…
Нет ведьм страшнее горных.
Я ухмыльнулась в ответ и сверкнула синими глазами. Тряхнула головой, перекинула волосы через плечо и медленно поднялась со своего места. Дурацкая форма, которую надо было носить в нашей академии, не сковывала движения, но прятала женскую красоту, и в эту секунду, позволяя ведьминой сущности вырваться на свободу, я поймала себя на мысли, что мне бы сейчас облачиться в привычные ведьмины одежды, в легкое белое платье, летящее на ветру…
Горная ведьма – это не только горы. Это и ветер, и разреженный воздух, которым мы дышим, когда задыхаются другие. Это красота, которой не будет ни у одной другой девушки, хоть бы сколько она ни колдовала. Это магия, завязанная на песнях и танцах, на крови, магия, свойственная только женщинам – и редко когда способная не свести мужчину с ума, как вот моего папу.
Я обошла стол, подошла к Магнусу, склонилась к нему и скользнула пальцами по щеке, заставляя мужчину повернуться ко мне. Он подался вперед, кажется, до конца не понимая, что происходит, и огонь, до того пылавший в его глазах, погас. Усмиренный моей силой, он подался вперед, медленно поднялся на ноги и скользнул ладонью по моей спине, привлекая к себе. Я опустила руки ему на плечи, улыбнулась и покачала головой.
- Так что, огненный, - прошептала севшим голосом, полным ведьминой силы, - надо мне отравить тебя, чтобы получить то, что мне нужно?
Магнус отшатнулся от меня, шумно втягивая носом воздух, раздраженно упал обратно в свое кресло и придвинул к себе торт с таким видом, словно сладкое – единственное, что всё ещё могло его заинтересовать. Я едва сдержала веселый смех – знала же, что реакция будет такой…
- Что? – изогнула брови я. - Что-то не так?
- Ведьма, - скривился Магнус. – Твоя мать – и то была слабее!
- Моя мама была горной ведьмой только наполовину, а наполовину – морской, - рассмеялась я. – А мой отец – горный ведьмак, и кровь у меня не разведена.
- Но ведь горные ведьмы рождаются горными вне зависимости от их отца, - пожал плечами Магнус.
Уж не знаю, чем он так впечатлился, но вместо того, чтобы воротить нос от торта, принялся его есть. Я усмехнулась и, приманив к себе пальцем небольшое блюдце и вилку, тоже взяла кусочек.
- Надо же, - прищурился Лефар, - не боишься за фигуру?
Я только пожала плечами.
- Горные ведьмы, - ответила я, - не толстеют.
- Потому что много колдуют?
- Не-а, потому что много бегают, - рассмеялась я. – Ничего со мной не случится, мама не растолстела от кусочка торта, и я тоже не растолстею. А если растолстею, так тебе же лучше, меньше на меня мужчин заглядываться будет.
- Если тебе захочется кого-нибудь соблазнить, ты это и без фигуры сделаешь… А торт, кстати, вкусный, - отметил Магнус. – У леди Айрис, я так вижу, отменные рецепты.
- Ты её знаешь?
- Только знаю, кто она такая, - покачал головой Магнус. – Таких, как я, обычно не приглашают на торжественные ужины с королевской семьей. Собственно, к графам Каннингемам мне тоже ходу нет.
Он поймал меня за руку и сжал ладонь, будто пытаясь таким образом высказать некую грусть – мол, хотел бы, да не может. Я закатила глаза. В искренность Магнуса я не до конца верила, слишком уж многое он случайно открыл мне, показывая пылавший в его душе огонь.
- А это больно? – вдруг спросила я.
- О чем ты?
- Пламя когда горит внутри – это больно?
- А горной ведьме больно быть красивой?
Я усмехнулась.
- Больно, Магнус. Когда кого-то пытаешься заворожить, ты же понимаешь, что это всё ложь, гипноз. Ты выпиваешь из человека чувства, а они разные на вкус бывают. Это не просто использовать силу, не просто колдовать, черпая силы из себя. Это иное. Ты каждый день отравляешь себя, впускаешь в себя чуть больше… Например, чуть больше пламени. Да, горные ведьмы, скованные силой вершин, не чувствуют боли, но и воля их им не принадлежит. Но когда ты свободная горная ведьма, ты относишься ко всему уже по-другому. Думаешь каждый раз, когда тебе надо воспользоваться силой. Потому мама не поражает своей магией всех, с кем хоть случайно столкнулась в жизни и от кого не получила согласия…
- Вот и огненная магия жжет, - ответил Магнус. – Даже если ты не чувствуешь вреда от обыкновенного огня, даже если на кострах тебе было бы так легко, как рыбе в воде… Тебе всё равно больно. Огонь сжигает душу, если пользоваться им без меры.
- А твоя душа, - изогнула брови я, - жива ещё? Или давно обгорела.
Мужчина рассмеялся.