Книга погромов. Погромы на Украине, в Белоруссии и европейской части России в период Гражданской войны 1918-1922 гг. Сборник документов.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Возможно, здесь и далее имеется в виду д. Плесы.

473

В докладе коллегии Евотдела Наркомнаца в июне 1921 г. отмечалось, что в м. Уречье и г. Слуцке скопилось около 2 тыс. беженцев из м. Любань (ГА РФ. Ф. Р-1339. Оп. 1. Д. 449. Л. 60).

474

Любанский погром стал предметом обсуждения на совещании с участием представителей Центра, уезда, местного отряда самообороны и жителей, пострадавших от погромов, которое состоялось 31 мая 1921 г. В выступлении представителя отряда самообороны Марголина отмечалось: «1921 г. 26 мая в 3 час. ночи в м. Любань Бобруйского уезда разыгрался погром, который, по тщательно собранным сведениям, произошел при следующих обстоятельствах: внезапно по направлению к синагоге открылся пулеметный огонь. Дежурившими местными жителями (знавшими о готовящемся нападении) был дан ответный выстрел. Затем вступила банда в количестве 120 человек. Согнали жителей в синагогу, где командир банды сказал речь, вроде: “До тех пор, пока в[аш] соплеменник стоит у власти, мы будем лить в[ашу] кровь, и за то, что вы убили наших двух товарищей, мы убьем в тысячу раз больше”.

Началось избиение. Расправлялись зверски: выкалывали глаза, втыкали в рот штык, изнасиловали женщин и детей. Погром продолжался от 3 час. ночи до 10 час. дня. За это время было убито, по точным данным, 28 чел., ранено около 40. Изнасилованных много. Имущество у населения разграблено и увезено на 50 подводах, которые приехали с бандитами. Двери и окна разбиты, дома в целости [...] Связь с бандитами из местного населения бессомненна. Население знало о грядущем нападении, хлопотало о присылке помощи в Минске, Бобруйске, Слуцке неоднократно. Отбивало пороги у соответствующих властей, но тщетно. Даже после этой ужасной трагедии никто на помощь не явился. Правда, приходили чекисты, милиционеры, но их почему-то отозвали 29 мая с.г. Население жило в вечной тревоге, так было до погрома в Любани и соседнем с нею м. Уречье. Таково и теперь. Жители в страхе по ночам не спят. Дежурят одетые, повозки их готовы принять скарб несчастных и отвезти подальше от Уречья. Во время настоящего совещания мы получили от замкомиссара собеса телеграмму, что меры приняты, мы знаем им цену, ибо если после кошмарного любанского погрома “а ля Кишинев” власть могла оставить соседние местечки, в которых скопились беженцы, без помощи, то это — преступление. Обидно и горько думать, что таково может быть отношение к беззащитным людям. Любанцы отбивали пороги учреждений, просили хотя бы оружия, если живой силы нет. В Любани была организована самооборона на 100 чел., но, к сожалению, им в оружии отказали в Бобруйске, а когда ЦК КПБ решил выдать оружие, то вплоть до самого погрома медлили в выдаче, несмотря на то, что хлопоты ими не были оставлены; и результаты такой халатности сказались. Самооборона была [так] хорошо организована, что делала сама налеты на бандитов и, если бы им было выдано около 50 винтовок, то не было бы теперешних результатов [...]» (ГА РФ. Ф. Р-1339. Оп. 1. Д. 449. Л. 68).

475

8 сентября 1921 г. в газете «Звезда» появилось сообщение о том, что участники любанского погрома были установлены и привлечены к ответственности: выездная сессия Ревтрибунала приговорила Сосункевичей Макария и Ивана, Кругленю Григория и Карпеля Матвея к высшей мере наказания — расстрелу; Кукреша и Лозовского к лишению свободы с применением общественных принудительных работ на 2 г. и 3 месяца; Станкевича и Некрашевича — «к выселению за пределы Западного фронта в Пермскую губ. с конфискацией всего живого инвентаря; Карпеню Андрея — к условному выселению за пределы Западного фронта с конфискацией живого инвентаря; Котовича — к лишению свободы и принудительным работам на три года» (ГА РФ. Ф. Р-1339. Оп. 1. Д. 456. Л. 87).

476

Представитель отряда еврейской самообороны м. Любань С. Марголин 1 июля 1921 г. обратился в Наркомсобес с просьбой принять меры к возвращению беженцев: «Беженцы умоляют послать вооруженную силу в Любань, отряд по крайней мере человек в сто, благодаря чему они могли бы возвратиться домой. Нужно присовокупить, что большинство жителей Любани огородники, и огороды тянут их домой как к единственному источнику существования. В ночь на воскресенье было нападение на Уречье с целью грабежа, что тоже навело панику. Некоторые уезжают в Бобруйск и Слуцк. Войско из Любани, прошедшее Уречье, сегодня уехало и не оставило никого. Эвакуация жителей из Уречья увеличивалась, приняв панический характер. Из всего изложенного видно, что для предупреждения дальнейших погромов, чтобы дать возможность беженцам возвратиться на насиженные места, чтоб избежать развития нищенства и попрошайничества и для осмысления работы для социального обеспечения, нужно хлопотать пред военными властями о посылке вооруженной силы в Любань и Уречье, которая была бы постоянным гарнизоном местечек» (ГА РФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 717. Л. 1-2).

477

У еврейского населения м. Любань развился устойчивый «погромный синдром»: при малейшем появлении угрозы повторения событий 26 мая 1921 г. жители покидали местечко. 14 января 1922 г. уполномоченный Евобщесткома сообщал в Белорусскую комиссию Евобщесткома: «В порядке информации сообщаю, что 11.11. с.г., по случаю временного ухода гарнизона из м. Любань, все еврейское население местечка поголовно выехало в Уречье и Слуцк. По показаниям беглецов, все подозрительные личности черносотенного и контрреволюционного лагеря немедленно появились в местечке и настроение было определенное, как перед погромом. Через три дня в Любань был прислан красный гарнизон и население вернулось обратно» (ГА РФ. Ф. Р-1339. Оп. 1. Д. 456. Л. 97).

478

В других копиях документа даны иные варианты написания фамилии и имени автора: Илья Канчиц, Илья Кончиц, Капчиц.

479

Скорее всего, имеется в виду д. Печище.

480

В докладе представителя еврейских колоний Ковчицы и Козловичи Гольдмана, направленном в Белорусскую комиссию Евобщесткома 3 июня 1921 г., о нападении на м. Козловичи говорится следующее: «Козловичи расположены в 16 верстах от Глуска и в 18 верстах от своей волости Брожа, среди казенного леса; 40-45 еврейских семейства, занимавшихся исключительно земледелием, неожиданно получили удар от бандитов, среди белого дня их ограбили дочиста, начиная с сельскохозяйственного инвентаря, лошадей, телег и упряжи, до последней рубашки, сапог, так что остались совершенно голые и босые, кроме того, издевались над ними, например, заставляли прыгать, петь выдуманные ими песни о скорби еврейского народа и в то же время не жалели нагайки, чтобы погромче [пели] и покрепче скакали. На эту процедуру были созваны все бывшие там крестьяне, все хохотали, только один крестьянин плакал при виде такой картины» (ГА РФ. Ф. Р-6990. Оп. 1. Д. 6. Л. 17-18; Там же. Ф. Р-1339. Оп. 1. Д. 456. Л. 61-62). 22 июня 1921 г. уполномоченный Кавалерчик сообщил в Евобщестком, что в результате второго погрома в м. Козловичи было убито и ранено 46 чел. (ГА РФ. Ф. Р-1339. Оп. 1. Д. 456. Л. 96).

481

С помощью террора и погромов к лету 1921 г. антисоветское повстанческое движение сумело взять под свой контроль значительные территории в Мозырском, Игуменском, Слуцком и Бобруйском уездах, т.е. на большей части БССР.

482

Захаров Иван Николаевич (1885-1930) — подполковник царской армии. В РККА с 1918 г. Начштаба и инспектор пехоты 1-й армии Восточного фронта, помощник комвойсками Кавказского и Западного фронтов. Временно исполняющий должность командующего Западным фронтом (с 4 марта по 20 сентября 1921 г.). После войны — на руководящей работе в центральном аппарате РККА.

483

Муклевич Ромуальд Адамович (1890-1937) — флагман флота 2-го ранга. Член большевистской партии с 1906 г. Участник Февральской и Октябрьской революций 1917 г. в Петрограде. С февраля 1918 г. — в Красной армии, участник боев с германскими оккупантами. С 1919 г. — комиссар Западной границы, начальник штаба Свентянской группы войск, Минский военный комиссар (июль-август 1919), комиссар штаба 16-й армии. В июне 1920 г. — член Могилевского ВРК, в июле-августе 1920 г. — председатель Виленского губернского ВРК. Член Реввоенсовета Западного фронта (с 12 апреля 1921 г. по 5 августа 1922 г.), председатель комиссии по борьбе с бандитизмом. С 1923 г. — заместитель начальника и комиссар Военной академии РККА. В 1926-31 гг. — начальник (с 1931 г. инспектор) ВМС РККА. С 1934 г. — начальник Главного управления судостроительной промышленности и одновременно (с 1936) заместитель наркома оборонной промышленности СССР. Член ЦИК БССР и ЦИК Литбел (1919 г.), ВЦИК (1921-1922 гг.), ЦИК СССР (1925-1931 гг.). Член РВС (1926-1934 гг.). В мае 1937 г. арестован, погиб в Лефортовской тюрьме.

484

Ермолин П.И. — начальник штаба Западного фронта (6 декабря 1920 г. - 7 июня 1921 г.).

485

Каценбоген С.З. — нарком социального обеспечения Белоруссии с 18 декабря 1920 г. по декабрь 1921 г.

486

В мае 1921 г. начальник военного штаба «Народного союза защиты Родины и Свободы» в Варшаве С.Э. Павловский объединил все повстанческие отряды Игуменского уезда в Североминскую группу повстанческих отрядов под руководством Лобукова-Катина. Реорганизация помогла активизировать их деятельность: если в марте-апреле 1921 г. было совершено 36 рейдов на советскую территорию, то в мае уже — 53, в июне — 52 (Гудаў М. Узброеная барацьба на Беларусі ў 1921 г. // Беларускі гістарычны часопіс. 1997. № 3. С. 22).