История климата с 1000 года: читать начало книги онлайн

В качестве основы для наших измерений возьмем медианную точку этого фронта на карте Херборда. В настоящее время (карта 1956 г.) рассматриваемый фронт располагается в 1770 м от церкви. Измерим соответствующее расстояние на карте 1686 г. пользуясь последовательно двумя пригодными для зоны ледников масштабами (1 и 2). Мы обнаружим, что в 1686 г. ледниковый фронт был во всяком случае более продвинут, чем сегодня. Он располагался в 1070 м от церкви, если применять масштаб 2, более правдоподобный, и в 560 м, если выбрать масштаб 1. Действительно, именно масштаб 2, относящийся к четырем решающим точкам, окаймляющим нижнюю часть языка (Хейесе Платте, церковь, пересечение дороги с Черной Лючин, слияние Черной и Белой Лючин), несомненно наиболее близок к реальности. Следовательно, по карте 1686 г. можно получить следующие разумные предположения:

1. Нижний ледник опускался ниже, чем сегодня, и располагался ближе к церкви и к селению Гриндельвальд.

2. Фронт его был ниже нынешнего приблизительно на 700 м — расстояние наиболее правдоподобное.

Двадцать лет спустя, в 1705 г., появились новые иконографические и описательные данные.

11 августа 1705 г. швейцарский естествоиспытатель Иоганн Шёйхцер [330, стр. 278—279] повторил (в обратном направлении), возможно, не зная об этом, путь Себастьена Мюнстера. «Движимый любопытством», он спускается с перевала Фурка, чтобы рассмотреть Ронский ледник. Его рассказ, сопровождающая этот рассказ гравюра, на которую он ссылается, а также гравюра, выполненная позднее Феликсом Мейером, между 1710 и 1720 гг., дают довольно ясное представление о Ронском леднике в начале XVIII столетия.

«Спускаясь с Фурка, — пишет Шёйхцер, — мы заметили слева массу льда, которая, однако, была намного меньше, чем масса льда, расположенная ниже, о которой мы еще напишем. Из первой массы непрерывно вытекает поток воды, в который вливаются маленькие ручейки, стекающие со склонов окружающих гор. Поток, направляясь к западу, объединяется на расстоянии приблизительно получасового пути под сводами пещеры в нижней части ледяной горы с другими обильными ледниковыми потоками.[137] И лишь с этого момента образуется исток Роны. На самом деле, под ледяными горами собираются воды, возникающие под действием тепла, которое поступает и сверху и из земли, и это собирание вод происходит в действительности в двух местах. Однако вскоре эти воды сливаются, как это видно на гравюре XII (см. рис. VII). И Шёйхцер добавляет, что по виду этот двурогий источник Роны (Rhodani ipsius primam scaturiginem bicornem) напоминает вилку (по-французски — Fourche; Furca — намек на перевал того же названия)».

Этот текст становится понятным, если его сопоставить с гравюрой, которую Шёйхцер предназначил для иллюстрации своего рассказа. В тексте говорится о двух массах льда. С одной стороны, это небольшой ледник, видимый при спуске с Фурка слева, который не может быть ничем иным, кроме ледника Мутт. С другой стороны, масса Ронского ледника — то, что Меркантон обозначил как pecten, очень хорошо изображенный на гравюрах 1705 и 1720 гг. Этот pecten, растянувшийся в глубине долины Глеч, характеризует всю фазу многовекового наступания. Он исчезнет (до наших дней) лишь не ранее 1874 г., а вполне точно — между 1874 (terminus a quo) и 1899 гг. (terminus ad quem). Действительно, в период между этими годами ледник отступит из долины Глеч и перестанет загораживать боковую долину Муттбаха. Он превратится в тонкий язык, расположенный на скалистом ригеле (над которым с востока возвышается Бельведер), который сам возвышается над долиной Глеч.

В 1705—1720 гг. Ронский ледник, как его изображают Шёйхцер и Мейер (см. рис. VII—VIII), наоборот, имеет великолепный величественный вид «раковины», опрокинутой над равниной, — так он будет выглядеть на рисунках Бессона (1777), Бурри (1778), Эшера (1794), Ларди (1817), Мейрона (1825), Бантли и Ритца (1834) [262, стр. 44], на акварели Хогарда (1848), на дагерротипе Дольфусс-Оссе (1849), на фотографиях Шарно и Никола (1874), то есть в старинной иконографии, в отличие от иконографии современной (1899—1965 гг.), на которой Ронский ледник сократился и как бы взобрался вверх по ригелю [262].[138] Текст Шёйхцера и рисунки Шёйхцера и Мейера дают в этом отношении весьма важное уточнение: они отмечают, и не без основания, существование текущих вод, видимых слева при спуске с Фурка, которые текут на запад главным образом от «мини-ледника» Мутт, расположенного у входа в долину Муттбаха. Это тот ледник Мутт, который Шёйхцер и рисовальщики 1705—1710 гг. высокопарно называют «маленькой ледяной горой».

Воды образуют поток Муттбах, поведение которого, как показал Меркантон, могло характеризовать положение ледника. Действительно, возможны были два варианта:

1. Если Ронский ледник не наступал, а достаточно отступил (как с 1899 г. до наших дней), то Муттбах прямо впадал в нарождающуюся Рону, так как сократившийся язык глетчера не препятствовал ему в этом.

2. Если Ронский ледник находился в состоянии достаточно сильного наступания (как в XVIII и XIX вв. и вплоть до 1898г.),[139] то его язык преграждал выход из тальвега Муттбаха в долину Глеч. В этом случае:

а) либо воды Муттбаха проникают под боковой склон ледника и пробиваются оттуда несколько ниже самостоятельным потоком, выходящим снова под самим фронтом; и тогда, как писал Рей в 1835 г. после своего путешествия в Глеч и на Фурка, «воды, спускающиеся с Фурка, проходят под ледником» [311];

б) либо воды Муттбаха, и это не обязательно исключает случай а, текут вдоль края ледника, чтобы соединиться ниже фронта с собственно подледниковым потоком.

В обоих случаях (а и б) второго возможного варианта источник, вытекающий из Ронского ледника, оказывается раздвоенным, или, как говорит Шёйхцер, «двурогим». Текст 1705 г., гравюра, на которую ссылается этот текст, и гравюра 1720 г., подкрепляемые последующей иконографией, и особенно научной картографией Меркантона, это подтверждают. Именно второй вариант реализовался в начале XVIII в. и сохранялся до конца XIX в.: Ронский ледник, длительно наступая, образует pecten и преграждает тальвег Муттбаха, текущего вдоль ледника или проникающего под него, чтобы затем вновь появиться в виде отдельного потока. Этот поток объединяется в конечном счете с подледниковым потоком и они образуют «само русло Роны», вначале «двурогое», а затем единое.

Следовательно, ледники конца эпохи правления Людовика XIV остаются очень крупными, гораздо более крупными, чем в наши дни. В последующие годы они опять начнут наступать. В 1716 г. в одном прошении, стиль которого мы не меняем, снова раздаются жалобы жителей Шамони: «Тем более что приход все хуже обрабатывается из-за ледников, которые надвигаются на земли... вызывая большие разливы воды, опорожняя озеро, и имеется даже много деревень, находящихся под угрозой гибели, что вынуждает бедных просителей по обыкновению обратиться к вашему величеству...».[140]

Осенью 1716 г. сильно наступает также ледник Гургль в районе Эцталя. Он перегораживает боковую долину Ланг и обычно образует там озеро. Это озеро значительно уменьшится и, более того, будет временным (станет исчезать летом) на протяжении всего современного периода длительного отступания ледников, начавшегося с конца XIX в. Напротив, в период наступания, когда ледяная плотина гораздо массивнее и толще, чем в наши дни, озеро увеличивается в размерах и может существовать на протяжении года. В редких случаях оно становится опасным.

Таким образом, в конце осени 1716 и весной 1717 г. ледник Гургль «продвигается все ниже»[141] и подпруженное им озеро растет, достигая размеров до 1000 шагов в длину и 500 шагов в ширину. В эти два года растет также страх прибрежных жителей: в 1718 г. на ледник направляется крестный ход. На левом краю озера, на каменном столе — скалистой платформе, где осталась вырезанная цифра «1718», которую Эдуард Рихтер смог прочесть там через 160 лет, служат обедню. Угроза со стороны озера не исчезает до 1724 г., после этой даты тексты умолкают на полвека[142].

Снова 1717 г.: в долине Аоста происходит катастрофа. 12 декабря деревня Пре-де-Бар разрушена. Обвал, говорят, произошел так быстро, что даже птицы погибли в гнездах, не успев подняться. Но в чем причина? Обвал ледника Триоле? Просто падение скал или небольшой части горы? Вирджилио, тщательно изучив важный текст (текст Соссюра, который интервьюировал очевидца), приходит к выводу, что причина связана с ледниками [381, стр. 68; 314, стр. 9].[143]

Во всяком случае, в Гриндельвальде наступание, которым заканчивается второе десятилетие XVIII в., выявляется совершенно отчетливо и подтверждается многочисленными доказательствами. В 1719 г. в этом приходе устраиваются общественные молебствия, чтобы заставить ледник отступить.[144] Как говорят тексты, молитвы были услышаны. Однако в 1720 г. ледник, расположенный выше Гриндельвальда, был весьма развит, поскольку в 1802 г., когда ледники были значительно больше сегодняшних, туристам и путешественникам будут постоянно показывать крайнее местоположение, достигнутое Верхним ледником в 1720 г.

Рисунок Феликса Мейера, выполненный около 1719 г., может, впрочем, также служить подтверждением этому: два гриндельвальдских ледника, особенно Нижний, полностью заполняют свои долины и примыкают к главной долине (перпендикулярной по отношению к ним), куда вписывается тальвег Черной Лючин. Нижний ледник был тогда гораздо более развит, чем в настоящее время, он занимал положение, сходное с положением 1640 г.[145] как на гравюре Мерьяна (те же подробности, деревья, скалы, дома справа позволяют на самом деле сделать очную ставку Мерьян—Мейер).

И наконец, последний пункт, завершающий панораму всех альпийских ледников: прорыв озера Маттмарк в 1719 г. говорит о наступании ледника Аллален [241].

Стало быть, около 1720 г. мы имеем альпийский максимум на фоне стойкого наступания на протяжении десятилетий и десятилетий (наступания устойчивого, несмотря на отрицательные колебания небольшой амплитуды).

В Норвегии также наблюдается максимум наступания. Я уже говорил о «деяниях» ледника Энгабреен, относящегося к группе Свартис, который сокрушил как раз в этом году ферму. Но Свартис не один в данном случае. И ледник Ютунхейм именно в 1720 г., продвинувшись и заполнив всю долину Абрекке, увенчивает склоны основной долины, от которой она отходит. Фермы Тунгойан и Абрекке, расположенные на этих склонах и уже лишенные пастбищ, оказываются в весьма опасном положении [392].

Несмотря на незначительное отступание после 1720 г., альпийские ледники сохраняют в последующем десятилетии свое положение. Показательными в этом отношении являются 30-е годы XVIII в.: это не период максимума (в альпийских долинах никто не жалуется на нашествие ледников), это своего рода «нормальный» период, «рутинная» ситуация. А вот сардинский кадастр (1728—1732 гг.) представляет еще больший интерес. Этот очень обширный документ совершенно четко указывает, что все значительные ледники Савойи в эти годы несколько меньше, чем во времена максимума, в XVII в. или в 1720 г., но значительно больше, чем в 1910—1920 гг. и тем более в настоящее время.

Листы кадастра 1730 г., так называемой «старой карты»[146], фактически подходят к проблеме границ ледников двояким образом:

1. С одной стороны, и это наиболее предпочтительно с научной точки зрения, они указывают положение ледникового фронта (а), подледникового потока (б), пункта (в), откуда он вытекает, и места (г), где располагается гравий (graviers или glières), иначе говоря, положение свежих морен, еще не покрытых лесом. Их положение отмечает максимальную границу распространения ледников, последнюю перед выпуском карты (вероятно, границу распространения 1720 г.).[147]

2. С другой стороны, старая карта, как правило, ограничивается информацией типа б, в и г, то есть сообщает положение потока, места, откуда он вытекает, и расположение свежих морен. Данные в, очевидно, очень важны, поскольку место, откуда вытекает подледниковый поток, совпадает с фронтом ледника или по крайней мере с очень показательной частью этого фронта.

Первый случай представляет наибольший интерес для историка-гляциолога. Это как бы специально для него составленные описи ледников Тур, Аржантьер, Буа, Боссон и ледника у истоков Изера.

Во втором случае положения фронтов, известные по положению точки выхода подледникового потока, дают следующую таблицу:

[137] «Под сводами пещеры, внизу и в глубине ледяной горы» (sub rupe, imo monte glaciali); mons glacialis, гора льда и Eisgebirge — перифраз швейцарских естествоиспытателей для обозначения понятия «glacier» (ледник). См. [162; 163].

[138] См. также рис. от 12А до 12Л и VII—X и великолепную коллекцию гравюр, сохраняемую Зейлер в Отель дю Гласье дю Рон в Глече.

[139] Меркаитон, план 4, ср. с ежегодными планами до 23 августа 1898 г. и начиная с 28 августа 1899 г.

[140] АС Шамони, СС 5, №35, цитируется по [233, стр. 294—295].

[141] Текст цитирован по [351].

[142] Тексты и указания на литературу см. в [313, стр. 162—163; 314, стр. 9; 315, стр. 386, 410—420].

[143] И текст Мишеля Бериара, нотариуса из Курмайера, сохраняемый в архивах (не зарегистрированных) у кюре этого города.

[144] Текст 1719 г. цитируется по Грюнеру [162, стр. 152; 314, стр. 9—10].

[145] Репродукцию этой гравюры Мейера см. в [163; 162]. См. также рис. I и III.

[146] Шамонийские листы старой карты хранятся в архивах департамента Верхняя Савойя.

[147] Но не наступание 1643—1644 гг., как полагал Мужен [266в].