К обязанностям внизу он вернулся на следующий земной день, малость обросший, с пробивающимися усиками. Но Катаганское управление СБ навсегда потеряло одного информатора.
Но все равно главное была работа. И прежде, и ныне, и присно и во веки веков.
Воздвигнуть в Шаре Башню и наладить в ней исследования — работа многих людей с головой и руками, знаниями и умением.
Продвинуться выше в открытую ими Меняющуюся Вселенную — еще работа.
Восстановить деятельность НИИ после Шаротряса — снова работа.
…и так далее, и постоянно, все время земное и К-уровней.
Творческая и рутинная, интересная и такая, от которой хорошо бы отвертеться, а делать надо; изматывающая и вдохновляющая. И всегда — созидательная; то, в чем человек ближе всего к Богу.
Впрочем и ремонтная тоже; с учетом стремительности К-времени на верхних уровнях ее всегда хватало. Время созидает посредством людей, а разрушает и портит само. Ремонтные работы — при всей их занудности они антиэнтропийны наравне с созидательными и творческими. О приключениях этого не скажешь.
…и хорошо, что так. Что ситуация, в которой оказались не только персонажи повествования, но и планета: между двух Вселенных — породила не катастрофы (кроме мелочевки в начале), а дела, задачи, проблемы, которые надо решать головой и руками.
И решают. Это обнадеживает.
Пять этажей за уровнем К90, десятки людей готовили по чертежам детали, собирали, отправляли вверх на зарядку…
…и даже восстановленная благородная Система ГиМ служила преимущественно теперь не для наблюдения галактик, звезд и планет МВ, а для забора там пространства с высокими К в Ловушки-цистерны. Из цистерн это НПВ шло во все прочие. Как балонный газ-конденсат для дачников.
…Сначала, впрочем, вообще просто обозревали с помощью днищ далеких и высоких облаков еще более отдаленные пейзажи. За горами, за хребтами. От одного этого можно было чувствовать могущество.
Облако-отражатель высоко в небе позволяло заглянуть через Тебердинский хребет в различные, ныне независимые державки. Но лучше просто было глядеть на склоны гор, на шапки льда и снега на вершинах, на темные извивы ущелий, на блеск и белую пену водопадов в них… и на равных можно было взять вершину скалы, отделив ее от основания, от утеса, даже от далекого хребта, — и склад чего-то (не имеет значения, чего) в горном или равнинном городке. Но как спокойно-величественно происходило это в первом случае, на природе — и как суматошно-мелко во втором. Даже стреляли, поднимали вдогонку милицейские вертолеты. Фи!
День текущий 28.4113 сент ИЛИ
29 сентября 9 ч 51 мин
361-й день Шара
29+45 сент 5 час уровня К110
Взяли в сей день еще контейнер с японскими видеомагнитофонами «Панасоник» — плоские, черные, вроде чемоданчика-дипломата без ручки. Подняли в мастерские н а 110-муровне. Рассмотрели, включили — и мысли в нужном направлении:
— Вот так и Ловушки надо делать — для плоских предметов! Где касету вставляют — выброс плоского НПВ-языка и захват. Справа окошко светоиндикации…
— Нам необязательно его справа, можно сверху. И плоский экранчик. И все кнопочки, клавиатуру управления. А сбоку этот паз захвата расширим на весь размер…
— И то. Делаем чертежи.
И снова пошла работа. Что бы ни задумывали, кого бы что бы ни осенило — за них никто это не исполнит.
«Хочешь жить, умей вертеться» это чепуха, девиз для дегенерирующих городов и юрких людишек с потными ладонями.
Хочешь жить — умей работать. Это не подведет никогда.
Глава десятая. Филиал НИИ типа притон
В Катаганских Масс-медиа все подобные происшествия освещались двусмысленно: то ли это небывалые кражи, то ли «Операции Ы». Печатали образчики слухов:
1) Это сама советская номенклатура, оставшаяся у власти, использует тайное «оружие захвата». Его готовили в оборонных целях, а теперь им они гребут все под себя.
2) Это просоциалистические Робин Гуды не смирились с раскрадыванием народного достояния — и изымают, сохраняют. Чтоб вернуть.
«И вообще скоро начнется…»