С первыми тремя сын справился быстро: «добро» – «зло», «зима» – «лето», «чёрный» – «белый». А к четвёртому, «фиолетовый», думал-думал – не смог антонима подобрать. Пошёл к Архипычу. Тот думал-думал – не смог подобрать. Но сам заинтересовался. Позвонил родителям других учеников. Те к нему навстречу: та же проблема, давайте что-то решать! Устроили заочное родительское собрание. Кто-то предложил вариант «бесцветный», кто-то «не фиолетовый». Но большинство засомневалось.
– Ладно, – сказал наконец Архипыч, – русский язык только через день, а у меня есть знакомые журналисты (это он нас с Олей имел ввиду), я у них завтра спрошу – успеем.
И на следующий день обратился к нам.
– Как? – переспросили мы. – «Фиолетовый»? Нет, Евгений Архипыч, у этого слова антонима.
– Как нет, если в учебнике просят подобрать?
– В учебнике, очевидно, хотят, чтобы дети проявили сообразительность. У слова «чёрный» антоним есть – «белый», а у слова «фиолетовый» нет. Вот и всё.
– Во-от, – протянул Архипыч.
Он когда чему-то не верит, тянет неопределённое: «Во-от».
– Ну, хорошо, Евгений Архипыч, не веришь нам, пожалуйста: «Словарь антонимов». Видишь, у слова «чёрный» антоним есть: «белый», а слова «фиолетовый» в словаре нет вообще.
– Во-от, – повторил Архипыч.
– В «Словаре антонимов» содержатся практически все антонимы русского языка. Словарь специально для того и создан. И раз нет в словаре, то такого антонима не существует. Пусть ваш сын так на уроке и скажет. И увидите, за такой ответ учитель его похвалит.
– Что ж, спасибо что помогли, – сказал Архипыч, стараясь не смотреть на нас, – так сыну и посоветую. Во-от.
На другой день был русский язык, а ещё через день Архипыч пришёл на работу, сияя, как именинник.
– Помните, я вас спрашивал про антоним к слову «фиолетовый»?
– Конечно.
– Так знаете, что это за слово?
– Ну?
– «Оранжевый»!
– Что?!
– Учительница на уроке сказала: «оранжевый»!
Он победно на меня посмотрел.
– А мы с родителями думаем, какое слово, что за слово?
(Мой одноклассник поступал в технический вуз. На экзамене по физике сзади сидел абитуриент, которому достался «Закон Бойля-Мариотта», и громко стенал:
– Какая Мариотта, что за Мариотта? Ну, блин, вопросы задают!).
– Евгений Архипыч…
– …Какое слово, что за слово? А оно вон, значит: «оранжевый»!
– Евгений Архипыч, у слова «фиолетовый» нет антонима, неправильно учительница детям сказала.
– Во-от, а мы с родителями думаем, какое слово, что за слово?
Надо бы ту учительницу, применительно к упомянутой осени, попросить найти антоним к слову «золотая». Вдруг бы она что-то предложила и, возможно, более приличное, чем крутится у меня на языке. Ибо то, что началось вокруг нашего дома с первыми осенними дождями, приличными словами трудно описать…
Прошу прощения. Конечно, я помню, что не закончил рассказ о прошедшем лете. И к этому лету в будущих письмах ещё, безусловно, вернусь. Но сейчас хочется поделиться с вами свежими впечатлениями. И, разумеется, некоторыми воспоминаниями (прошу меня извинить за эту преждевременно открывшуюся старческую слабость). Но посмотрим, как получится.