Зейн отползает назад и всеми силами пытается встать на негнущиеся ноги. Луи что-то спрашивает у него, но Зейн не разбирает и не слышит его слов, потому что на ходу вытягивает катану из ножен и торопится к Лиаму. Поле идет слегка под уклоном, и Зейн чуть спотыкается, практически падая, но удерживает равновесие, не переставая ни на секунду убивать всех попадающихся ему на пути мертвецов.
Найл почти попадает в него, когда Зейн сломя голову проносится мимо. И Зейн благодарит бога за то, что прицел у Найла сбит, потому что пуля пролетает в каких-то сантиметрах от него. Он не останавливается и бежит, пока с силой не врезается в Лиама. Они оба падают на землю, тут же резко подскакивая.
Лиам бросает на него недоверчивый, болезненный взгляд и снова продолжает стрелять. Он молчит, не произнося ни слова, как и всегда, в отличие от Найла и остальных, перекрикивающихся между собой. Звуки выстрелов оглушительным эхом разносятся по полю, но Зейн едва замечает их. Он размахивает мечом, надеясь, что адреналин от борьбы за жизнь заглушит остальные чувства: гнев и боль за то, как поступил с ним Лиам. Но это не помогает.
Наконец они разбираются с этой группой ходячих и втроем разбредаются по полю, чтобы закончить с остальными. Они не единственные живые на поле, даже несмотря на то, что Гарри и Луи уже где-то внутри здания занимаются ранением Стайлса. Зейн находит арбалет Гарри и, подняв его, закидывает на плечо.
Он не уверен, сколько времени у них занимает, чтобы расчистить все поле, но когда они делают это, то, не сговариваясь, все вместе направляются во двор. Зейн разрывается между нежеланием когда-либо вообще говорить с Лиамом и желанием никогда его от себя не отпускать. Но он в любом случае не идет к нему и не цепляется за него, как делал это раньше. Вместо этого он старается оставаться от Лиама как можно дальше, хотя не может бороться с собой и не отводит от него глаз.
В общей комнате все молчат, за исключением Уайета, который рыдает на груди Уилсона. Гарри лежит на одном из столиков, и Луи стоит рядом с ним, пальцами нежно прочесывая его кудри. Все садятся, и Зейн занимает себя тем, что пересчитывает всех. Он просто физически ощущает пустоту в помещении из-за отсутствующих людей, даже если он еще не успел определить, кого же все-таки нет.
Мария сидит одна за столом, положив голову на руки, и Зейн понимает, что Карсон мертв. Он смотрит вокруг, чтобы подтвердить свои подозрения, замечая, что его нигде нет. Потрясенным взглядом он продолжает обводить комнату: там Джордан, сидит рядом с Уилсоном и Уайетом, Найл с Лиамом, Лена с Сэмом, а Джен… Джен…
– Где она? – тяжело дышит Зейн, немедленно требуя ответа.
Стоящий на другой стороне комнаты Лиам, о чем-то, видимо, спорящий с Найлом, замолкает и переводит на Зейна нахмуренный взгляд. Лиам не единственный, кто смотрит на него сейчас, но важен только он.
Кто-то рыдает. Но кто именно: Лена или Мэри – он не может сказать. Лиам прерывает зрительный контакт и бегло осматривает комнату. Зейн видит, как меняется выражение его лица, когда он понимает, о ком идет речь. В этот же момент и к самому Зейну приходит осознание этого.
– Нет! – говорит Лиам, качая головой. – Нет! Нет!
Найл тянется к нему, но Лиам отступает от него, продолжая качать головой.
– Мы были на вышке, – громко начинает Мэри. Зейн переводит взгляд с Лиама на нее, как и все остальные. – Мы… – ее голос дрожит, – играли в карты. И… и не особо обращали внимания на обстановку. Никто обычно и не занимается этим на дежурстве. Мы… мы думали, все было отлично. А потом… трое из них зашли в помещение и напали на него, схватили и…
Кто-то идет к Мэри, чтобы утешить ее, но Лиаму не до этого.
– Что случилось с Джен? – его голос кажется до жути спокойным. Это заставляет Зейна почувствовать себя еще более замерзшим и опуститься вниз по стене на пол, прижав колени к груди.
– Она была первой, кто выбежал на улицу, – вспоминает Мэри. – Она… она, должно быть, услышала мои крики и рванула на помощь, но их было так много, она только успела закрыть ворота, когда они…
Лиам закрывает лицо ладонями одновременно с роняющим на руки голову Зейном. Зейном, который, наверное, самый ужасный человек в мире, но все, о чем он может думать, – почему это не могла быть Мэри? Или Джордан? Или Сэм? Или Уилсон? Они его совершенно не заботят, а потерять Джен, это словно снова окунуться в боль от потери матери. Джен больше не похлопает его по плечу и не взъерошит волосы. Она больше не будет готовить ужин и не позовет стирать с собой. Она больше не улыбнется, не засмеется, и больше не будет жить, никогда. Она просто ушла, а они все будут двигаться дальше, притворяясь, будто ничего не произошло, потому что это то, что обычно делают люди, когда кто-то умирает. Вы будете двигаться дальше. Вот только Зейн не хочет.
Зейн закрывает уши, потому что не хочет слышать то, о чем все начинают говорить. Он не хочет ничего слышать, чувствовать и видеть. Он никогда не хотел приходить сюда. Он не хотел больше никогда снова проходить через все это. Он говорил Лиаму, что не хочет всего этого, и несправедливо, что ему снова придется справляться со всем этим.
Единственный голос, который он слышит – голос Лиама, но тот не разговаривает с ним. Он все еще на другом конце комнаты, далеко от него.
– Давай, возвращайся в постель, – просит он.
– Я не хочу быть один, – отвечает Уайет.
– Я посплю сегодня с тобой, – обещает Лиам.
Зейн не поднимает голову, чтобы посмотреть, как они уходят. Он слышит, как другие встают, и атмосфера в комнате меняется. Ему не нужно смотреть вверх, чтобы узнать, что все ушли, но он все равно поднимает взгляд, понимая, что с ним здесь остались только Найл, Луи и все еще находящийся без сознания Гарри.
Луи плачет, не скрываясь, по прежнему поглаживая Гарри по волосам. Найл тоже плачет, но делает это незаметно. Луи не из тех, кто заморачивается тем, чтобы прятать свои эмоции, наоборот, он открыто демонстрирует их.
– Я ударил его, – внезапно говорит Луи. – Моим пистолетом. Случайно. И он просто… упал.
– Он будет в порядке, – успокаивает его Найл. – Отнеси его в кровать, Лу.
Луи кивает и каким-то непостижимым образом умудряется снова поднять Гарри, который гораздо больше его. Когда они скрываются за углом, Найл поворачивается к Зейну.
– Ты можешь спать в нашем блоке, если хочешь, – предлагает ему Найл.
Зейн встает с пола и устало качает головой.
– Открой, пожалуйста, мой.